Глава 19

Вечером я снова везу Софью к себе. Мы буквально вваливаемся в мою квартиру, не переставая целоваться. Я проникаю руками под ее длинную тонкую юбку и сжимаю сочные половинки ягодиц. Соня стонет мне в рот, царапая затылок, а потом обвивает мои бедра ногами, как только я дергаю эту сочную задницу вверх.

– Разуться, – шепчет она мне в губы, а я качаю головой.

Наощупь сбрасываю свои туфли и несу Софью дальше в квартиру. Прижимаю к каждой свободной поверхности, чтобы вжаться в нее еще крепче, потереться твердым членом о ее промежность и застонать в унисон от переполняющих ощущений. Где—то по дороге Софья умудряется извернуться так, чтобы по очереди сбросить свои босоножки, которые с грохотом встречаются с паркетом. Губы уже саднят от жадных поцелуев, перемежающихся с укусами, и голова кружится от нереальных ощущений. Я даже не знал, что так бывает. Обожаю секс во всех его проявлениях: жадный, быстрый, медленный и томный, горячий и порывистый, но такого, как с Софией, у меня еще не было. Когда все эти ощущения смешиваются в одно и хочется смаковать женщину, растягивая удовольствие, и в то же самое время растерзать ее буквально за каких—то десять минут.

Бросаю Соню на кровать, и она заливисто смеется. Срываю с себя пиджак, галстук и расстегиваю рубашку. Как только снимаю ее, Соня тут же садится на край кровати и перехватывает мои ладони на поясе брюк. Смотрит так, что член дергается, рвется к ней.

– Можно я?

– Соня…

– Ну пожалуйста…

Она округляет глаза и так жалобно смотрит на меня. Это могло бы оттолкнуть, но нет, не отталкивает, заводит еще сильнее. Киваю, опуская руки по швам. Соня закусывает губу и медленно щелкает автоматической защелкой на ремне, немного с ней повозившись, и наконец тянет за хлястик, добираясь до ширинки. Меня бросает в жар, когда она задевает пальчиками волоски на животе, по телу тут же бегут мурашки. Соня так же медленно, словно издеваясь, расстегивает пуговицу на брюках и тянет молнию вниз. Хочется поторопить ее, но я торможу себя, напоминая, что она впервые раздевает мужчину. По крайней мере, хочется в это верить. Софья спускает брюки по моим ногам и, как только они падают на пол, я наклоняюсь, чтобы снять носки.

Восторженный взгляд Софьи пробуждает во мне нечто дикое, собственническое. Хочу схватить ее и накрыть своим телом, но она вцепляется в резинку моих боксеров и смотрит жадно и вопросительно. А я – с вопросом, что же она будет делать дальше. Развожу руки немного шире, оставляя ей поле для деятельности. И Соня не мешкает. Она стягивает по ногам боксеры, намеренно при этом поглаживая кожу ног. Член пружинит, оказавшись на свободе, прямо перед лицом Софьи. Я хотел помедлить с минетом? Забудьте. Теперь я хочу его так, как никогда в жизни.

Софья облизывает губы, глядя на член, а потом оборачивает вокруг него теплую ладошку. Этого мало и много одновременно. Хочется, чтобы она сжала сильнее, но в таком хождении по краю тоже есть особая прелесть. Соня подается вперед и легонько касается кончиком языка головки, как будто пробует на вкус. Мои руки непроизвольно сжимаются в кулаки, когда она смелеет и теперь вбирает головку в горячий рот, аккуратно посасывая.

– Сожми рукой сильнее, – севшим голосом командую я. – Еще. Блядь, Соня, еще.

Она сжимает и теперь активнее облизывает и посасывает головку, отчего у меня кружится голова. Мне надо за что—то схватиться, иначе я рискую упасть. И я не нахожу ничего лучше, чем положить свои руки по обеим сторонам от Сониного лица и проникнуть немного глубже. Она стонет, и этот стон отдается вибрацией в чувствительном органе. Поднимаю голову и закрываю глаза, впитывая нереальные ощущения. Да, в том, что минет тебе делает неопытная девочка, которая была только с тобой, определенно что—то есть. Это как поставить на ней собственное клеймо и знать, что она принадлежит исключительно тебе. От этих мыслей зверь внутри меня пробуждается, тряхнув огромной головой, и требует двигаться энергичнее. Опорочить этот сладкий рот с припухшими губами, заставить давиться членом, плакать от переполняющих эмоций. Я держусь на остатках силы воли и здравого рассудка, которые стремительно покидают меня. Уговариваю себя не жестить с девочкой, для нее все это слишком ново.

Соня так увлеченно сосет, поглядывая на меня в поисках одобрения, что это еще сильнее заводит и выбивает из привычного состояния.

– Умница, – хвалю ее. Голос совсем сел, а сердце колотится где—то в горле. Чтобы сказать хотя бы слово, приходится сделать над собой неимоверное усилие. – Чуть глубже. Вот так. Ох, Соня, – выдыхаю, когда она берет член глубоко, практически касаясь горла. Очень старательная девочка, которая заслужила награду.

Медленно отстраняюсь, заставляя Софью выпустить член изо рта. Провожу большим пальцем по влажным губам, пока она жадно хватает ртом воздух.

– Тебе понравилось? – спрашивает тихо, и я улыбаюсь.

– Не могло не понравится, ты так старалась. Теперь моя очередь.

Тяну Софью за руки, заставляя подняться. Она все еще так смотрит на меня, как будто доверила мне самое дорогое, и это немного сбивает с толку, но вместе с тем заставляет себя чувствовать королем целого мира. Снимаю с нее футболку, стягиваю по ногам юбку на резинке, и Соня остается передо мной в простеньком трикотажном белье, отделанным тонким кружевом. Такая красивая и все еще невинная на вид. Ее щеки полыхают румянцем, от которого мои внутренности скручивают.

– Смотри на меня. Я уже говорил, тебе нечего стесняться, ты прекрасна.

Соня, видимо, чтобы скрыть свою неловкость, тянется к моим губам и впивается в них жадным поцелуем. Я не помню, как срываю с нее бюстгальтер и трусики, помню только как укладываю ее на матрас и нависаю сверху, накрывая своим телом. Мы оба тяжело дышим в губы друг друга. Я спускаюсь поцелуями по ее скуле к шее и груди, прикусываю и посасываю соски, как – я теперь уже знаю – она любит. Соня выгибает спину и проводит ногтями по коже моей головы. Она довольно громко протяжно стонет и совершенно бесстыдно трется об меня бедрами. Мне нравится, что она настолько вовлечена в процесс, что забывает обо всех стеснениях и всем, что сковывает ее. Когда я прокладываю дорожку из поцелуев ниже, Соня тянет меня за голову вверх, и мы встречаемся взглядами.

– Потом. Не сейчас.

– Что?

– Ну, то, что ты собрался делать. Я снова хочу почувствовать тебя внутри.

Каждое ее слово, произнесенное с придыханием, будит во мне вулкан, который бурлящей лавой несется по венам. Поднимаюсь выше и располагаюсь на коленях между ее ног. Так хочу войти в нее без резинки. Потираю кончиком члена горячие складки, и мы оба содрогаемся от ощущений.

– Есть ли хоть какой—то шанс, что ты на таблетках? – спрашиваю севшим голосом, Софья отрицательно качает головой, а мне хочется разочарованно завыть.

Ничего не поделать. Тянусь рукой к тумбочке, достаю из ящика презерватив и быстро раскатываю его по члену. Пристраиваюсь у входа и снова мысленно торможу себя, напоминая, что Софья еще пару дней назад была девочкой, жестить нельзя. А так хочется одним протяжным толчком до упора, а потом врываться в ее тело, не щадя ни себя, ни Софью. Но нельзя. Поэтому я погружаюсь настолько медленно, насколько хватает моей выдержки. Соня закатывает глаза от удовольствия и вцепляется пальцами в мои предплечья. Мне не нравится расстояние между нами, поэтому я прижимаюсь к ее телу, обнимаю настолько крепко, насколько могу себе позволить, чтобы не сломать ее. Наш секс размеренный, с оттяжкой. У меня даже начинают саднить бедра от практически статичного положения, но я бы не променял эти ощущения ни на какие другие. Они особенные.

Мы целуемся теперь не так жадно и порывисто. Смакуем друг друга, ласкаем руками и ртами, пока внизу наших животов разгорается пожар. Я потерял счет времени и себя – в Софье. Чувствую, что ее тело начинает подрагивать. Опускаю руку между нашими телами и безошибочно нахожу пальцами тугой комок клитора. Ей не нужно много – всего несколько круговых движений, чтобы Софья впилась ногтями в мою спину и, выгнувшись дугой, взорвалась. От того, как ее внутренние мышцы сжали член, у меня потемнело в глазах. Очень туго. И жарко. И… просто невероятно.

– Быстрее, Макар, – задыхаясь, просит она, а я благодарю богов секса, если такие существуют, за то, что мне досталась именно Софья. Маленькая жадная девочка, которая подталкивает меня к себе, выше поднимает ноги и пытается вобрать меня целиком.

Я ускоряю движение бедер – и уже через пару минут, с рычанием вцепившись зубами в хрупкое плечо, кончаю. Ощущения настолько яркие, что, кажется, мир вокруг меркнет, пока я наполняю презерватив своим удовольствием.

Заваливаюсь набок, стягиваю резинку и отбрасываю ее на пол возле кровати. Ставлю себе мысленную пометку купить в спальню мусорную корзину. Я никогда здесь не занимался сексом, поэтому и нужды в ней не было. Я и презервативы—то в тумбочку положил только тогда, когда понял, что Софья – это надолго.

Притягиваю к себе притихшую Соню. Поднимаю за подбородок ее голову и смотрю в светящиеся глаза. Наклоняюсь и целую в распухшие покрасневшие губы. А потом прижимаю к себе настолько близко, насколько могу. Ощущение такое, словно не могу дышать без нее. Странные ощущения, и совершенно новые для меня. Пока еще не могу определиться, нравится мне или нет, поэтому просто живу с ними и пробую на вкус.