2

ЛИНА

Ночная смена оказалась в разы лучше, чем утренняя. Никто не подгонял и никакого страха, что могла чего-то не успеть, за что потом определенно получила бы выговор. А то и штраф. Хоть всю ночь убирайся – никто слова не скажет. На вторую работу все равно только ближе к полудню топать. Раньше пожилая хозяйка элитного особняка не просыпалась. А учитывая мою неуклюжесть и фантастическую способность все ронять с просто-таки оглушительным грохотом, управляющий пустит меня не раньше обеда.

Довольная новым расписанием, мысленно находя в нем все больше плюсов, двигаясь в такт мелодии из только сегодня скачанного свежего плейлиста, я неспешно продолжала уборку цеха, пока краем глаза не заметила, как меня начали обходить по широкой дуге.

Никак не ожидала, что в такое время тут еще остался кто-то живой, даже подпрыгнула от неожиданности. Мигом повытаскивала из ушей наушники и вытянулась в струнку. Мама ушастая, да это же Санта! Первая мысль: снова что-то натворила. Да такое, что сам начальник пожаловал, чтобы погнать отсюда взашей. Вторая, стоило увидеть промелькнувшее на лице мужчины удивление от моей реакции на него: может, не все так и плохо? Ладно, сейчас выясним.

– Добрый вечер. И прости, что напугал. Честно пытался этого не допустить.

– Ничего, – отозвалась смущенно, опустив голову и спрятав взгляд, завела метлу за спину.

Между нами воцарилось короткое молчание, по прошествии которого я только сообразила, что забыла поздороваться. А потом сделалось уже поздно.

– Что ты здесь делаешь в такое время? – поинтересовался мужчина. – Если правильно помню, раньше ты появлялась по утрам.

– Да, и вечно ничего не успевала, за что едва не лишилась работы, – призналась.

– Так нравится?

– Простите, не поняла вопроса.

– Убираться здесь, – присев на край стола и сложив руки перед собой в замок, пояснил собеседник.

Он продолжал меня с такой внимательностью рассматривать, что даже мурашки активизировались. Странно я себя ощущала в присутствии этого мужчины. О том, кто он, вообще старалась не думать.

– Это единственное, что у меня неплохо получается и где я приношу больше пользы, чем вреда.

– Поясни.

Вот вроде бы не в приказном тоне было сказано, но уйти от ответа, учитывая, кто сидел передо мной, вряд ли получится. Поэтому тяжело вздохнула и нехотя выполнила просьбу.

– Сколько себя помню, всегда страдаю неуклюжестью. Вечно все ломаю. Не специально. Просто так получается. А когда волнуюсь, и вовсе начинаю говорить или делать глупости.

– И сейчас волнуешься? – задал очередной вопрос мужчина.

– Немного.

– Что-то не заметил за тобой особых глупостей, – насмешливо раздалось в ответ.

– Это пока.

– Почему?

– Что почему?

– Почему нервничаешь?

– А как еще подчиненная должна чувствовать себя в присутствии начальника?

– Я такой страшный? – раздалось с очередным легким с мешком в голосе.

И тут мне сделалось любопытно, что в действительности представлял из себя мужчина напротив. Потому осторожно глянула на него исподлобья. Черные, лаковые, отполированные до блеска туфли, бордовые вельветовые свободные брюки, массивный черный кожаный пояс с серебряной пряжкой, белая рубашка и безрукавка в тон штанам. Из расстегнутого ворота виднелась массивная золотая цепочка.

Все еще боясь встречаться с собеседником взглядом, продолжила изучение теперь уже его внешности.

Короткая темная борода, больше походившая на многодневную щетину. Красивые мужские губы, в уголках которых продолжала прятаться ироничная улыбка. Нос с едва заметной горбинкой на переносице. Короткие темные волосы. Густые брови и, наконец, глаза, в которые зареклась смотреть. Поэтому, стоило добраться до них взглядом, снова поспешно опустила голову и тихо коротко произнесла:

– Нет.