Глава 16. Ревнивый мужчина

Остап

Я не знаю, как умудряюсь дождаться, пока Эля завершит выступление.

Все эти бесконечные пятнадцать минут буравлю ее взглядом. Вижу, как ей некомфортно, наверняка чувствует, что натворила серьезных дел. И правильно чувствует!

Наконец Эля машет ребятам на прощание, спускается со сцены и бежит прямиком ко мне.

– Привет, ты как здесь очутился? – чуть виновато спрашивает она.

– Вещи забрала и спустилась к машине, – шиплю на нее и указываю пальцем на выход.

Эля смотрит на меня непонимающе, но спорить не решается. И слава богу. Иначе я сорвался бы прямо посреди развлекательного центра.

Когда она уходит, бросаю агрессивный взгляд на козла в эльфийском костюме, который все еще продолжает общаться с детьми на сцене.

Он ловит мой взгляд, отвечает ровно таким же.

Всего пара секунд глазного контакта – и мы друг друга прекрасно поняли.

Он явно имеет виды на моего Эльфа, только хрен он угадал, если думает, что я позволю ему еще хоть раз к ней прикоснуться.

Если бы не дети, я бы его вывел и сказал пару ласковых, заодно наглядно показал, что чужих девушек обнимать – себе дороже. Руки прямо так и чешутся… Но я же не неандерталец какой, чтобы устраивать разборки в общественном месте.

Иду к выходу, жду Элю.

Она вскоре появляется с уже знакомым мне рюкзаком.

Эля все еще в эльфийском костюме, видно очень ко мне спешила и не стала тратить время на переодевание.

Хватаю ее за локоть и веду к лифту.

– Ты что такой грозный? – спрашивает она, когда подвожу ее к машине.

– Садись! – командую строго и открываю для нее дверь.

Едва мы оба оказываемся в салоне автомобиля, даю выход гневу:

– Это вот так ты работаешь, да?

– Да, – кивает она и при этом кажется чуть-чуть обиженной.

Смотрю на нее и недоумеваю – она надо мной прикалывается, что ли? Правда не понимает, что мне такая ее работа поперек горла?

Рычу, почти не сдерживаясь:

– Что в моем запрете спать с другими тебе было непонятно, Эля?

Она задыхается от возмущения, отвечает:

– Ты нормальный, Остап? Не видишь разницы между переспать и когда меня кто-то чуть приобнял за плечи?

Я-то как раз нормальный и прекрасно вижу, что кто-то положил глаз на мою девушку. А вот у Эли, кажется, проблемы с ориентирами.

– Он – моя эльфийская пара, – продолжает объяснять Эля. – У нас такая сценка по сценарию. Ты чего так завелся? Все же было невинно…

Ее последняя фраза меня выхлестывает.

Пусть там были дети, пусть дело происходило в общественном месте. Однако тот придурок обнимал ее как угодно, но совсем не невинно.

– Эльфийская пара, значит, – тяну обманчиво спокойным тоном. – Так вот, у меня для тебя новости, Эля. Ты там больше не работаешь, усекла?

– Ты совсем сумасшедший? – она хлопает ресницами. – У меня с Лешей ничего нет.

Он для нее Леша, значит. Как мило!

– Прям так и нет? – хмыкаю зло. – Я же видел, как по-хозяйски он на тебя смотрел.

– Нет ничего, – качает Эля головой. – Он только иногда меня подвозит, вот и все…

– Так он тебя еще и подвозит?! – шиплю сквозь плотно сжатые челюсти. – С завтрашнего дня ты увольняешься, это даже не обсуждается.

Эля со мной категорически несогласна. Она стаскивает с головы диадему, вертит ее в руках и продолжает спорить:

– Это хорошая работа, здесь платят каждый день. И детей я люблю, и совмещать с учебой можно. Мы не всегда эльфы, я много кого играла… В конце концов, жить мне на что?

– Тебе деньги надо? – смотрю на нее зло. – Без проблем, Эля, сумму мне озвучь, какая тебе нужна, я заплачу!

Понять не могу, с чего вдруг моя нежная Эля превращается в злобную фурию. Смотрит на меня так, будто хочет заколоть своей пластмассовой диадемой.

– Иди ты знаешь куда со своими деньгами? – возмущается она, сощурив глаза. – Я никогда не возьму от тебя денег, ясно?

– Лучше будешь позволять всяким ублюдкам себя лапать? – выдаю ей очевидный аргумент.

Но он на нее не действует, Эля продолжает злиться:

– Обнять за плечи – не равно лапать, и Леша не ублюдок, он ни разу ко мне не пристал, а работаем мы вместе уже какое-то время.

Смотрю на Эльфа и не понимаю, как можно работать с ней хоть пару дней и даже не пригласить на кофе. Нонсенс… К тому же меня изрядно бесит, что она его защищает.

– Например, меня на работе никто не обнимает, – заявляю ей с апломбом.

– У нас разные работы, Остап, – продолжает ругаться Эля. – Я ничего плохого не сделала. Ты ведешь себя сейчас как ненормальный!

– Я ненормальный? – искренне удивляюсь.

– Ты почему такой ревнивый? – вдруг спрашивает Эля. – Мне, может, вообще нельзя из дома выходить? Ездить в маршрутках, например, тоже опасно, вдруг кто прижмется в час пик. Или в университете сядет со мной за один стол. Тут так же, мы разыгрывали сценку мужа и жены перед детьми. Мы не целовались, не обжимались, он просто положил руку на мои плечи, все! А ты взбесился, даже не разобравшись, хочешь, чтобы я уволилась. Ну бред же!

Когда она так об этом говорит, мое поведение и вправду кажется бредом.

Я, вообще, раньше особенных проявлений ревности за собой не замечал.

Все Эля виновата. Довела меня до ручки сценкой со своей эльфийской парой… Вашу ж мать! Что за словосочетание-то такое.

– Ты больше не будешь парой этого придурка, поняла меня?

– Не буду, – кивает она. – Но не потому, что ты так сказал, а потому что сегодня был последний вечер эльфийской тематики. И вообще, я не понимаю, почему ты считаешь себя вправе командовать?

Почему, почему… Потому что так устроен мир. Я мужчина, а она – моя девушка. Мы договорились об этом, и она дала на это согласие, значит по умолчанию должна учитывать мое мнение. И да, мне против шерсти то, что кто-то на нее зарится.

Впрочем, понимаю, что сегодня я и вправду перегнул палку. Да, мне дико не понравилось, что кто-то посмел обнимать моего Эльфа. Но это и вправду с натяжкой тянет на попытку измены.

Смотрю на нее и подмечаю, какая она эротичная в гневе. Глаза горят, грудь вздымается от частых возбужденных вздохов. Так бы и затискал!

– Элька, иди ко мне…

Наклоняюсь к ней, нежно обнимаю, целую в губы. Чувствую, как она раскрывает их для меня, пускает язык внутрь.

С трудом от нее отрываюсь.

Тут же завожу машину, трогаюсь с места.

– Куда ты меня везешь? – спрашивает она настороженно.

– Ко мне поедем, – отвечаю, выруливая на дорогу.

– Зачем? – не успокаивается она.

Зачем, зачем – что за глупый вопрос? Ужинать и заниматься сексом, зачем же еще.

Впрочем, ей озвучиваю другую версию:

– Мириться.