Глава 21

Руслан

*****

Быстро натягиваю футболку, морщась от головной боли. Она затуманивает мой мозг. Вдалбливается острым клинком в черепную коробку, разламывая её на части.

Что ж я сам виноват – слишком много выпил вчера. Настолько много, что позволил себе лишнего. Зажал в своей постели одну из тех красных масок, что пришли покорять меня, и немного с ней поиграл.

Совсем чуточку.

Но этого хватило, чтобы девчонка стремглав унеслась из особняка моего папаши не оставив даже своих координат. Наверное, я здорово её напугал своим каменным стояком и напором.

Бедняжка.

Тем лучше для неё – в следующий раз не поддастся на провокации моего отца и перестанет искать богатого муженька для дальнейшей безбедной жизни.

Хотя девчонка была хороша. Даже очень.

Я даже был не на шутку раздосадован, когда понял, что птичку упорхнула. И ведь я был в душе не больше пяти минут, а девчонки уже и след простыл.

Она исчезла, оставив после себя лишь еле уловимый шлейф духов. Настолько тонкий, что я мог бы подумать, что она мне приснилась.

Но нет.

Чертовка совершенно точно была со мной тем вечером. Стонала, извивалась под моим каменным стояком, пытаясь заглотить его поглубже. И у неё это получилось. Сделала всё мастерски. Как будто не раз проворачивала подобное и ранее.

Вот же шлюшка.

Но какая шикарная.

Кажется, она угадывала все мои желания в ту ночь. Лизала и стонала при этом с таким наслаждением, будто у меня в штанах – леденец на палочке. Со всевозможными усилителями вкуса.

И я бы с удовольствием продолжил этот секс-марафон.

Мне бы хотелось вонзиться в её тугую киску и как следует трахнуть, чтобы эта красная маска слетела с её личика сама, непроизвольно. Чтобы чертовка орала подо мной от волн оргазма и чтобы дрожала, растекаясь по моим простыням.

Но она улизнула.

Убежала очень быстро, как молодая лань.

Я даже выглянул в коридор, чтобы успеть перехватить малышку, но её уже нигде не было. А спустившись к воротам, нашёл хмурого Демьяна. Он-то мне и сообщил, что девушка спешно покинула особняк, запрыгнув в такси.

Чертовка мастерски запутала следы!

Я был уверен, что сейчас преспокойно пробью её номер «Бентли» или «Инфинити» по базе и через пару минут у меня будут на руках все данные «красной маски», но не тут-то было. Искать некого таксиста – весьма затруднительное дело.

И утомительное.

Тогда я выругался. Со злостью и с какой-то горечью.

Послал своего папеньку с его многочисленными гостями куда подальше и отправился в свою холостяцкую берлогу. Мне совершенно не нужна тотальная слежка отца. Потому что сейчас я направляюсь на квартиру того урода, убившего мою Эмму.

Да-да, я внимательно изучил документы на этого мерзавца.

Морошкин Василий Эммануилович одна тысяча девятьсот семидесятого года рождения, уроженца города Керчь. И практически выжег взглядом на его фотографии дыру.

Я всё решил.

Возьму его за жабры с утра. Ещё тёпленького. Не отошедшего ото сна и, надеюсь, трезвого.

И вытрясу из этого ублюдка всё, что он знает о Баландине.

*****

Окраина города. Несколько многоэтажек.

Оглядываю одну из них, сплёвывая на землю. Кажется, всё моё нутро преисполнено злобой. Сейчас, через пять лет после смерти Эммы я снова посмотрю в глаза этому ублюдку.

Сделаю то, что мне не дали сделать приставы на суде, оттаскивая от этого козла.

Уверен, он всё так же будет лгать и изворачиваться. А может, даже не откроет мне дверь. Испугается, заляжет на дно. Но я не остановлюсь. Достану этого червя из его банки, чего бы мне этого не стоило. Штурмом возьму его убогую жилплощадь, вынесу дверь, подожгу квартиру.

Но я поговорю с ним.

Сегодня же. Сейчас же.

Вхожу в воняющий кошками отвратительно грязный подъезд. Задерживаю дыхание. Взлетаю на третий этаж и останавливаюсь перед дешёвой дверью, оббитой красным дерматином.

Такую хлипкую створку я вынесу с одного удара. Если этот чёрт вдруг откажется открыть дверь. Хотя лучше бы ему согласиться.

Ведь я готов заплатить за любую информацию о Баландине.

Вдавливаю грязную кнопку до упора, слушая раскатистую трель механического соловья. Один раз, второй, третий. Наконец из-за двери доносятся шаркающие шаги.

Делаю стойку, как почуявший добычу гончий пёс.

– Кто там?

– Открывай…

Произносить свою фамилию я не очень-то горю желанием. Думается, услышав её негодяй просто затихнет, испугается, заляжет на дно.

А мне пока этого не нужно. Пусть сначала откроет свой поганый рот. Вывалит на меня всю информацию, а потом я сам уложу его.

В больницу. С одного удара.

Полежит, полечится за государственные денежки. Подумает над своими словами и поступками.

– Вы деньги принесли?

– Так точно.

– Всю сумму?

– Ага, полностью.

Рычу, пытаясь не заорать дурниной.

Значит, я не ошибся – мой заклятый враг щедро заплатил этому дуралею за подставное ДТП. За убийство моей Эммы. Так я и знал. Чувствовал на подкорке.

– Хорошо. Открываю.

Гремит замками.

Кажется, проходит целая вечность перед тем, как хлипкая створка, наконец, открывается.

Врываюсь внутрь тёмной, воняющей пылью и дешёвыми сигаретами, прихожей. Цыкаю языком, не отрывая бешеного взгляда от Морошкина.

Хозяин квартиры смотрит на меня, не мигая, а затем, ойкая, пытается просочиться на лестничную клетку. Хватаю его за шиворот и быстро захлопываю входную дверь.

Проворачиваю ключ в замке и убираю его в карман своих джинсов.

Всё. Путь к отступлению отрезан.

Теперь ему некуда деться.

– Вы кто?

Острый подбородок убийцы с козлиной рыжей бородкой трясётся мелкой дрожью. Маленькие бесцветные глазки, полные ужаса, вперились в меня будто я – сам посланец из Ада.

Впрочем, это так и есть.

Я не собираюсь церемониться этим упырём и с наслаждением отобью ему пару ненужных органов. Сердце, например. У таких беспринципных ублюдков просто его нет, иначе он бы не сотворил то, на что решился за огромные деньги.

Растягиваю слова, ядовито ухмыляясь:

– Руслан Игоревич Ковалевский. Узнал?

– Н-н-нет…

Приседает, пятясь к стене.

Презрительно фыркаю, поигрывая кулаками прямо перед носом несчастного.

– Тогда пошли, познакомимся.

Хватаю его за воротник растянутой футболки и тащу в единственную комнату, служащую хозяину и спальней и гостиной для приёма гостей. Швыряю в потёртое кресло и нависаю над ним как огромная скала.

Ему от меня не отделаться.

– Я же чист перед законом… Полностью отсидел весь срок, от звонка до звонка.

Лепечет, не сводя с меня полных ужаса глаз.

– Перед законом – может быть. Но только не передо мной.

– Ч-ч-что вы хотите?

– Услышать всю правду. Расскажи мне о причастности Баландина и выдай его с потрохами. Он посадил тебя, а сам преспокойно разгуливает всё это время на свободе, где-то заграницей.

– Я не знаю никакого Баландина!

Кричит. Срывается с кресла, пытаясь встать.

Железным кулаком возвращаю его назад, не сводя с его наглой трясущейся от ужаса физиономии, глаз. Я просто уверен, что похож сейчас на жуткого монстра. И очень удивлён, что этот приспешник Баландина ещё не раскололся.

– Сколько он заплатил тебе за убийство Эммы?

Молчит. Часто дышит.

Такое чувство, что этого придурка сейчас удар хватит – вон как посерел. Того гляди, обделается на своё собственное кресло.

Разводит руками, указывая на потрёпанный интерьер.

– У меня нет никаких денег, вы разве не видите? Если бы мне кто-то заплатил, разве бы я жил в таких условиях?

Желваки на моём лице ходят ходуном, а пальцы сами по себе сложились в железные кулаки.

– Я заплачу тебе в два, в три раза больше, только скажи где Баландин? Зачем он заказал Эмму?

Горестно качает головой. Трясётся под моим злобным испытывающим взглядом. По его рыжей противной физиономии пробежала тень, а на лбу даже выступили капельки пота.

– Клянусь, никакой Баландин мне ничего не платил.

Сука!

С плохо контролируемой яростью я молниеносно направил удар прямо в челюсть убийцы. Он крякнул, неловко дёрнулся и посинел.

Отступил на шаг. Ещё не хватало сесть за убийство этого недомерка. Нет, это не выход.

– Уходите. Я ничего не знаю.

Кидаю свою визитку на пол, перед трясущимся мужиком.

– Позвони, если вдруг в тебе проснётся совесть. Запомни – я заплачу тебе огромную сумму денег, если ты всё расскажешь.