Глава 30

Лера

*****

– Посиди тут, хорошо?

Опускаю сынишку на мягкий ковёр посреди своей крошечной комнаты. Оглядываюсь. Быстро переодеваюсь в платье горничной, повязывая на талии белоснежный фартук.

Мальчик смотрит на меня, не мигая, своими умными карими глазёнками. Они совсем такие же, как у отца. Такой же вдумчивый, красноречивый взгляд, под которым я нередко робею.

Опускаюсь рядом с Эриком на ковёр. Поджимаю под себя ноги.

– Малыш, я постараюсь побыстрее навести порядок и вернуться, ладно?

– Да.

– Ну и умничка. Посмотри, что я тебе купила.

Выкладываю перед сыном новенькую раскраску про автомобили и пачку фломастеров. Эрик расплылся в счастливой улыбке. Засмеялся. Начал листать красочные картинки и тыкать пальчиком в дорогие, нарисованные машины.

Эх, как жаль, что подобные автомобили он может увидеть только на страницах журналов. Был бы с нами его отец…

Закусываю губу от рваной боли, полоснувшей по сердцу.

Нет, я не должна об этом думать.

Стоит мне только появиться в жизни отца Эрика – меня тотчас сотрут в порошок.

Так что лучше постараться жить настоящим. Не вспоминая больше о той, прошлой жизни, в которой я была когда-то счастлива.

*****

Грохот раскрываемых ворот заставил меня поднять глаза. Оторвалась от взбивания подушки хозяйки и уставилась в окно, забранное тонким тюлем.

Ворота у особняка Москвиной разъехались, пропуская на участок чёрный автомобиль. Ледяная змея ужаса охватила мою грудь. Железный кулак словно сдавил горло, перехватывая и сбивая дыхание.

Это не просто автомобиль. Не просто чёрный внедорожник, коих очень много на улицах гомонящего города. Нет. Это машина Руслана Ковалевского. Этот чёрный автомобиль с «красивым» номером мне хорошо знаком.

Из той, моей прошлой жизни.

Прижалась лбом к прохладному стеклу, оглядывая глазами парковку. Чёрный джип послушно остановился. Водитель выбрался из него и поднял задумчивый взгляд на дом. Прокатился по окнам.

Метнулась за занавеску. Задрожала всем телом. Прикрыла глаза.

У меня появилось стойкое ощущение, что он видел меня. Заметил. Стрельнул взглядом прямо в сердце, прошибая до органов.

Осторожно выглянула из-за шторы.

Руслан невозмутимо достал с заднего сидения автомобиля роскошный букет белоснежных роз. Хлопнул дверцей и решительно направился к входу.

Прижалась спиной к стене, ощущая ледяную дрожь, градом катившуюся по позвонку. Мой инстинкт самосохранения буквально орал дурниной, чтобы я сидела в спальне Москвиной и не высовывалась, а любопытство толкало меня к двери.

Больше всего на свете я бы хотела сейчас стать маленькой мухой и влететь в гостиную. Услышать, о чём будут говорить Руслан Игоревич и Олеся Владимировна. Посмотреть на этого мужчину ещё раз, хотя бы сквозь щёлочку в двери.

Рука быстро нажимает на дверную ручку, и я выпадаю в пустой коридор. Тенью скольжу к лестнице и приседаю на корточки рядом со ступеньками. Отсюда мне плоховато видно то, что происходит на первом этаже. Зато – отлично слышно.

– Добрый вечер, Олеся Владимировна. Разрешите пройти?

Мягкий, обволакивающий баритон раздаётся из прихожей, и я прирастаю пальцами к перилам лестницы. Сердце стало отбивать причудливый такт, а в мозгу тотчас забили маленькие молоточки.

– Проходите, Руслан Игоревич. Не ожидала. Честно скажу, не ждала вас в гости после того, как вы сбежали.

Звонкий голос моей хозяйки прозвучал чересчур резко.

Похоже, она сильно чем-то огорчена. Обижена. Раздосадована. Но со мной она не обсуждала свой поход к Ковалевским. А я не стала вмешиваться.

Это было бы слишком бесцеремонно. И слишком болезненно для меня.

Как бы то ни было, мне было бы неприятно услышать, что Руслан сделал Москвиной предложение. Что влюбился. Что хочет быть с ней.

– Простите за мой неожиданный визит. Это вам.

Шелест крафтовой бумаги. Видимо, роскошный букет с белоснежными розами перекочевал в руки Олеси Владимировны.

– Ах, какая прелесть!

Голос моментально стал ласковым. Всё понятно, хозяйка решила пойти в наступление.

– Проходите, я пока велю поставить букет в вазу.

Замираю в неудобной позе.

Она попросит… Кого? Меня?

То есть, мне придётся выйти туда, в гостиную? Предстать перед Русланом Игоревичем? Посмотреть ему прямо в глаза вот так, без маски?

– Лера!

Зычный голос раздаётся звоном по гостиной. Заползает в каждую клеточку моего тела. Парализует дыхание.

Я просто не могу оторвать руки от перил – словно приросла к ним заживо, прикипела. Время идёт неумолимо быстро, но я понимаю, что просто не могу заставить себя спуститься вниз.

Лучше увольнение.

Я не хочу, чтобы Ковалевский увидел меня … такой.

– Валерия! Где ты?

Сглатываю слюну.

В другое бы время Москвина бы уже начала вопить дурниной и сыпать разными нецензурными выражениями. Но сейчас, в присутствии столь желанного гостя она вынуждена сдерживать демонов.

Ведь Руслан Игоревич не должен знать о её скверном характере.

– Лера! А, вот ты где.

Хозяйка начала подниматься по лестнице, заметив меня. Остановилась. Чуть прищурилась.

– Давай, нужно поставить цветы в вазу.

Сунула мне в руки огромный букет белоснежных роз.

– Я… я не могу. В таком виде.

Закусила губу.

Пусть Олеся Владимировна понимает мой отказ как хочет, но я не появлюсь в гостиной. Ни за что я не предстану перед Ковалевским в таком виде.

– Ладно. Просто поставь цветы в вазу. В моей спальне, хорошо? А чай я попрошу подать Лену.

Выдыхаю, смотря вслед удаляющейся Москвиной. Сейчас она не стала требовать от меня невозможного. Вошла в моё положение или, возможно, просто решила не связываться.

В любом случае – поступила умно.

Припала носом к нежным бутонам. Вдохнула еле уловимый аромат. Такой бесподобный, еле уловимый, как сияние звёзд на заре. Ускользающий, как моя красота.

– Простите, Руслан Игоревич, я сейчас вернусь. Отдам распоряжение прислуге.

Москвина сделалась приторно – сладкой, как медовый пряник. Смущённо улыбнулась и понеслась на кухню. Ещё бы! Добиться чаю от неумехи – Ленки будет подобно расстрелу, но другого выхода у хозяйки нет.

Значит, Руслан в гостиной сейчас один.

И стоит мне только спуститься с лестницы, он увидит меня. Но… признает ли? Возможно ли, в этом уроде с жуткими шрамами на лице узнать ту самую девушку? Чистую и любящую?

Вцепляюсь в стебли роз. Врезаюсь пальцами в шипы и, не замечая боли, спускаюсь чуть ниже, на ступеньку.

Сейчас мне видны начищенные ботинки мужчины.

Руслан сидит на диване и носок его правой ноги чуть подрагивает. Отбивает такт. Нервничает.

Осторожно преодолеваю ещё одну ступеньку вниз.

Дыхание перехватывает. Тело вибрирует.

Спуститься вниз или уйти? Сбежать. Укрыться с головой? Могу ли я поставить на карту всё сейчас, вот так бездумно?

Только потому, что я не преставала любить этого мужчину.

Боже.

Топот маленьких ножек заставляет меня заледенеть. Прирасти к этим чёртовым ступенькам и буквально превратиться в статую.

Мой Эрик, которого я просила не выходить из комнаты горничных, осмелился выйти! И не просто, а притопать прямо в гостиную!

Как же так!

– О, привет, малыш.

Бархатистый голос Руслана бархатистыми бусинами рассыпается по помещению. Мой сынок останавливается в нескольких шагах от незнакомого человека. Недоверчиво сканирует его своим умным взглядом, продолжая крепко сжимать ручками раскраску.

– Привет.

Эрик склоняет голову. Подходит чуть ближе к незнакомцу. Изучает взглядом.

– А что у тебя в руках?

– Это раскраска. Про машинки.

Ледяная змея ужаса парализует мою глотку, не даёт вымолвить ни звука. Именно сейчас, в нескольких метрах от меня происходит знаковое событие, а я даже не могу двинуться с места.

Не могу выдать себя.

– Ну-ка покажи мне свои автомобили!

Руслан приветливо хлопает по обивке дивана. Жестом приглашает моего сына подойти ближе.

Я покрываюсь ледяной коркой. Вот сейчас всё раскроется. Эта новость должна взорваться в гостиной как яркая петарда.

Ведь эти двое должны понять, что они очень похожи между собой. Как самые близкие родственники.

Как отец и сын.