Глава 22

Никогда и никого я не ждала так нетерпеливо, как господина Ридана этим вечером! Ни в академии, когда студенты считали дни до каникул, ни позднее, когда сослуживцы по конторе ставили галочки, сколько осталось до выплаты жалования.

Время тянулось невыносимо медленно. От безысходности я разбрасывалась чарами направо и налево… Пасс рукой, немного зелья, и дырявый плащ Нейта превращается в симпатичные шторки с оборочками.

— О том, что дырками он обзавёлся за пять минут до преображения гостиной, бородачу лучше не знать, — хихикает Бальтазар и, поглядывая в окно, потирает лапки. — Надеюсь, погода будет отменная! Не дождь, так снег.

— Добрее надо быть к людям, — проворковала я, лёгким движением руки расставляя по полочкам безделушки. Тут же чертыхнулась, когда пасс вышел из-под контроля и прибитые к стене доски разлетелись в щепки. — Да чтоб тебя!

— Меня не надо! — выставил лапки Бальтазар и хищно оскалился: — Я попытаюсь стать добрее… Жаль, тебе это не грозит.

— Да я сама доброта и очарование, — возмутилась я, мановением руки убирая устроенный погром.

Создав малюсенькую «чарку», вымела в неё мусор. Отряхнула ладони и с улыбкой посмотрела на енота:

— Дом в идеальном состоянии!

— Э… А почему здесь так пусто? — растерянно огляделся вошедший Нейт.

Я заметила в его руках поднос с печеньем и цапнула одно. Захрустела им без опаски, что этот прохиндей меня снова отравит. Ему ещё за договор сегодня придётся ответить перед суровым хозяином, вряд ли бородач рискнёт присовокупить к списку проделок ещё одну.

— Новомодный стиль, — жуя, ответила я. — Минимализм! Коллекции безделушек признаны дурным тоном, вы не знали?

— Но это не безделушки! — страдальчески простонал Нейт. — А призы господина Ридана. Сет выигрывал во всех соревнованиях, в которых принимал участие… Куда вы их дели?

— Оу, — икнула я. — Нехорошо получилось. Они… Где-то!

— Где это? — опешил бородач.

— Да где угодно, — криво ухмыляясь, ответил за меня Бальтазар и принялся загибать блестящие пальцы на лапке. — На крыше министерства, на дне реки или в кастрюле на кухне Броди…

— Точно! — подскочила я и уставилась на енота. — У Броди!

— Не, ну ты невероятно жестокая, — покачал головой енот. — Днём ребята ему в спальню подкинули мусор из подвала, а сейчас ты ему ещё в кашу приправу из побед министра добавила?!

— Я не о том, — задумчиво почесала я шею и многозначительно спросила Бальтазара: — Почему Крис и Люк так легко открыли «чарку» в дом Валентайна Броди? Нет идей?

— Есть, — помрачнел зверёк. — Но твоему Ридану она не понравится.

— И что же мне не понравится?

— Сет! — воскликнула я и торопливо приблизилась к господину Ридану. — Я так вас ждала, чтобы… — И снова в рот будто клея налили. — М-м-м!

— Я тоже скучал, — саркастично парировал он и перевёл взгляд на Нейта. — Значит, ты не только принял на работу кого попало, ты ещё и подпись под зачарованным договором обманом заполучил?

Я воздела руки, молча благодаря всех богов за прозревшего Ридана, а потом с любопытством уставилась на бородача. Интересно, что сделает министр? Уволит? Вряд ли, раз этот человек работал ещё на отца Сета. Лишит премии? Нет, это не проймёт хитреца. Судя по всему, он тоже не беден. А служит по каким-то своим причинам. То ли из преданности, то ли из сентиментальности.

Ну же! Я перевела взгляд на Нейта и увидела перед собой не дрожащего, как осенний лист, подчинённого, а слегка смущённого… компаньона? Бородач даже плечами пожал! Мол, оно само, я ни при чём.

Ещё как при чём! Но мне об этом высказаться не удастся. Увы, договор всё ещё действует… Но что же господин министр? Я многозначительно постучала пальцем по наручным часам, намекая, что девушку пора бы отпустить домой, и начала:

— Позвольте отчитаться, господин Ридан…

— Сет, — перебил он.

Я поперхнулась остатками фразы и, откашлявшись, удивлённо воззрилась на мужчину.

— Что «Сет»?

— Думаю, после всего, что между нами было, пора перейти на «ты», — огорошил Ридан.

— А… что между нами… было? — растерялась я, не понимая резкой перемены в поведении министра.

— Продолжай отчёт, — уселся министр в кресло и с улыбкой посмотрел на меня снизу вверх.

Ох, какая у него улыбка обаятельная, оказывается! Хорошо, что он не так часто её демонстрирует, иначе моё сердце бы дрогнуло.

— А… Да! — встрепенулась я и с трудом выговорила: — Конечно… Сет.

Словно что-то внутри сломалось при этом. А Ридан не так ужасен, как я думала. Конечно, про министра рассказывают разные ужасы, но меня он не обижал. За то, что выбросила из окна, не наказал. И проделки Бальтазара мужественно терпел. А теперь ещё и улыбается.

Почти нормальный человек! Я взяла себя в руки и, вспомнив то, что хотела поведать, приступила к атаке:

— Итак, Сет. Лис пойман… Но это вы… Тьфу! Ты и сам знаешь. Второе: дом очищен от мусора. Стены, полы, потолки восстановлены. Новая мебель стоит на своих местах, старая сдана, и Нейт договорился, что нам вернут деньги. — Я победно улыбнулась: — Ведь гарантия ещё не закончилась!

— Отличная работа, — расщедрился Ридан на похвалу.

— Я могу идти? — с предвкушением тёплой ванны и любимой книжки уточнила я.

— Конечно, — поднялся он и протянул руку: — Идём, Дион. Э… Как твоё имя?

— Айлин. — Я покосилась на его протянутую ладонь как на скорпиона. Руки у министра красивые. Пальцы длинные, с выраженными суставами и аккуратными ногтями. Но вот жест настораживал безумно. Я осторожно поинтересовалась: — Куда мы идём?

— В нашу спальню, где теперь, судя по твоему отчёту, стоит большая удобная кровать, — снова улыбнулся Ридан. — Ты спишь на правой стороне, я помню.

Глаза его таинственно замерцали. Я даже отшатнулась в ужасе.

— Что?!

Помотала головой, прогоняя наваждение. Нет, министр, наверное, что-то не то на обед принял. Может, ему Элфи вместо кофе зелье подала? Или же, узнав о договоре, решил поиздеваться надо мной? Знает, что я и слова о документе произнести не в силах.

Как и то, что не могу быть от него дальше пяти шагов…

Спина похолодела, а мужчина, будто прочитав мои мысли, развернулся и направился к двери. Я глянула на Нейта так, что слуга отскочил к стене и поспешно пожелал:

— Спокойной ночи.

— Мечтать не вредно, — процедила я, чуя новые неприятности. И зуд кожи. Не в силах больше терпеть разлуку с министром, позвала: — Бальтазар. За мной!

— Слушаюсь, босс, — отсалютовал оскалившийся в предвкушении енот.