Глава 50
Неудобно — это когда еда не в моей тарелке.
Всё остальное — терпимо!
— Подпишите показания. — Марк передвинул мне заполненные красивым почерком листы. — Госпожа Дион, ещё тут распишитесь.
— Запрещено покидать город? — удивлённо прочитала я и подняла взгляд на помощника Венди. — Это из-за слухов о моём якобы родстве с Броди?
— Нет, это личная просьба господина исполняющего обязанности президента, — смущённо улыбнулся мужчина и поспешно уткнулся в бумаги. — Но я этого не говорил. По официальной версии вы проходите по делу Линет как важный свидетель и нуждаетесь в круглосуточной охране.
— Правда? — выгнула я бровь. — И кто же этот несчастный, которому придётся исполнять предписание?
— Я, — вошёл Ридан. Бесцеремонно уселся на стол и, подхватив бумагу, которую я только что подписала, приказал Марку: — Зарегистрируйте у чартариуса. Он ждёт.
Когда следователь, забрав лист, исчез, у меня нехорошо засосало под ложечкой.
— Тварь меня задери, Сет! Я не прочитала условия.
Улыбка министра стала ещё шире, и я несчастно уточнила:
— Пять шагов?
Он довольно кивнул.
— Чесаться буду? — начинала злиться я.
— Возможно. — Он лукаво пожал плечами и, притянув меня к себе, шепнул: — Проверять не советую, Дион. Быть вдали от меня тебе точно не понравится.
— Ты чудовище, — вздохнула я и обняла министра. — Но любимое.
— А как же я?
Мы обернулись, глядя на застывшего у двери енота. Бальтазар сложил лапки и, прижав ушки, смотрел на меня, как на продавца, у которого закончились все печенья.
— И я? — заглянул в кабинет Нейт. Бородач потрепал енота по загривку, и эти двое переглянулись. — Придётся нам тоже присмотреть себе парочку чудовищ. Да, Тазик?
Глазки-бусинки зверька сверкнули:
— А можно?!
— Среди тварей Броди я видел подходящую самочку, — задумчиво протянул Нейт. — Если ей отрезать хвост и нарастить когти, будет немного похожа на енота.
— А с хвостом и без когтей это кто? — заинтересовался Бальтазар.
— Рыбка, — ответил Нейт и подмигнул: — Ты же любишь воду?
— Да-а, — застонал енот и снова сложил лапки. — А рыбка золотая?
— Покрасим, — пожал плечами бородач и положил ладонь на загривок зверька. — Пойдём спросим у Криса, какие у него красящие рефенты есть.
— Босс, прости, — прижал уши Бальтазар. — Но я, кажется, влюбился…
— Переживу, — рассмеялась я. И крикнула вслед этой чокнутой парочке: — Хвост девочке не трогать! Проверю лично!
— Итак, — повернулся ко мне Ридан, стоило им уйти.
— Итак? — с трепетом повторила я.
— Помнится, я обещал своей женщине, что накормлю её мороженым, — задумчиво произнёс Сет.
— Опять «женщина»?! — возмутилась я.
— Мы заключили пари, помнишь? — намекнул министр.
— Вина или невиновность Линет ещё не доказана, — не остывала я. — И пусть её защитник настаивает на том, что твой дядя отдавал чары добровольно и смерть его наступила в результате несчастного случая, я не верю в совпадения. Но даже если так… Мог бы придумать мне другое прозвище. Не понимаю, что такого ласкового в слове «женщина»! Я девушка вообще-то…
— Так это исправимо, — шепнул он, и я подавилась остатком фразы.
— Ты невыносим! — кашлянув, покраснела я.
— Пять шагов, Дион, — напомнил он и постучал себя указательным пальцем по губам. — Ты сегодня уже находилась дальше, чем положено, и я требую компенсацию.
— Это было ещё до подписи! — ахнула я.
— Так надо было прочитать условия, — прищурился он. — И обратить внимание, что бумага начала действие ещё вчера…
— Надеюсь, тебя не выберут президентом, — не выдержав, расхохоталась я. — Ты самый хитрый мужчина, которого я когда-либо встречала.
— А ты самая прекрасная женщина, которую я когда-либо любил, — серьёзно заявил он.
Волна тягучей нежности затопила мою грудь теплом, и я порывисто обняла Ридана и прижалась своими губами к его. В это время открылась дверь, и в кабинет вошёл Марк. Я смущённо отстранилась от министра, когда следователь протянул мне подписанную и утверждённую чартариусом бумагу.
— Поздравляю с помолвкой. Надеюсь получить приглашение на свадьбу.
— Какой помолвкой? — растерялась я.
— Третий пункт, — с усмешкой пояснил Сет и легонько щёлкнул меня по носу: — И когда моя женщина научится читать то, что подписывает? Эх, надо было включить десяток детишек…
— Марк! — Я схватила со стола одну из толстых тетрадей. — Что мне светит за совершённое в состоянии аффекта непреднамеренное нападение на министра высших чар?
— Ну, если непреднамеренное, — с удовольствием наблюдал за нами следователь, — то штраф. Размер его определяет пострадавшая сторона.
— Засада. — Я отбросила тетрадь и вздохнула: — Нет в жизни счастья!
— Есть. — Ридан взял меня за запястье и потянул к выходу. — И я тебе это докажу. Экипаж уже внизу, и у нас есть время, пока Нейт перекрашивает акулу Броди в золотой цвет.
Я позволила себя увлечь и по пути помахала Люку, который скармливал пирожные, полученные в дар от чаровниц из морга, красной от смущения и удовольствия Элфи. Секретарь Ридана при виде министра вскочила и попросила подписать несколько бумаг по новому закону.
Делл вежливо предложил помощь:
— Мы с Элфи могли бы прийти в выходные. Я могу починить клетки…
— А я покормлю тварей, — с энтузиазмом кивнула девушка и тут же покраснела: — Ой, прости… Зверей, я хотела сказать.
Когда они ушли, я повернулась к Сету.
— Ты точно не против, что я оставила зверей? Не все верят, что я смогу их перевоспитать…
— Я верю, — перебил он и помахал бумагами, которые принесла Элфи: — Настолько, что предложил законопроект по реабилитации жертв, пострадавших от магии чаровников. Будь то человек или животное, все получат помощь и поддержку государства. Кстати, в план прекрасно вписывается благотворительная организация твоего друга-целителя и его матери-чаргинала. Только с небольшой поправкой применимых методов…
— И это правильно, — спускаясь по лестнице, рассмеялась я. — Хотя бедная старушка будет жестоко разочарована, что её любимое лечение министерство не поддерживает.
Ридан помог мне подняться в экипаж и, поцеловав руку, проникновенно сказал:
— Я невероятно счастлив, что ты появилась в моём доме и…
— Выбросила тебя из окна? — не сдержалась я.
— Если Валентайн Броди оставит карьеру злодея, он всегда может подрабатывать сводником, — подмигнул Сет и уселся рядом. Обняв меня, прошептал: — Соединять сердца у него получается намного лучше, чем создавать чаромодифицированных тварей.
— Только не говори это Бальтазару, он очень расстроится, — прижалась я к нему. — Он считает себя едва ли не венцом творения Броди! Умный и в меру упитанный енот.
— В меру? — переспросил Сет.
— Ну, может быть, чуточку сверху, — поправилась я. — Но разве лишнее печенье или пирожное не стоят ещё одной минутки тишины?
— Тут возражений нет, — согласился со мной Ридан. — Но как бы ни был я благодарен Валентайну, ему придётся ответить за все свои преступления. Надеюсь, твой план сработает и ловушка захлопнется!
Любуясь огнями города, я без сомнений заявила:
— Уверена, что сработает, и скоро. Циара столько лет любила и ненавидела его, что вряд ли упустит возможность заполучить того, кого так долго желала. Но Натану лучше не знать о том, что он на крючке… Вряд ли он переживёт эту новость! Хватит нам того, что из-за травм, полученных Ванессой, приходится раз за разом откладывать суд.
— С другой стороны, скоропостижная женитьба на настоящей дочери злодея может спасти обнищавшего чаргинала, — задумчиво возразил Сет. — Когда это случится, я предложу ему спонсировать исследования по методу своей студенческой работы. Раз я был прав в том, что чары можно передавать, то, возможно, существует способ их и восстановить…
— Натан избавится от жены, сохранит деньги её отца и получит шанс стать чаровником? — подивилась я. — И за всё это он будет премного благодарен исполняющему обязанности президента. Я же говорила, что ты самый хитрый из всех мужчин?
— Я же говорил, что ты самая прекрасная из всех женщин? — с улыбкой парировал Ридан.
— Ты забыл добавить, что самая любимая и только твоя, — сдалась я.
— Добавлю сразу после мороженого, — поцеловав мою руку, пообещал он.
— Тогда стоит позвонить Нейту и намекнуть, что серебряные узоры в виде тёмных очков, как у енота, очень понравятся Бальтазару, — прошептала я. — Выиграем ещё полночи!
— И сохраним несчастной рыбе хвост, — вынимая переговорник, поддакнул министр.
Конец