Глава 45

Я вышла на улицу сразу же, как только вырвалась из захвата Артема. Вернуться назад в таком состоянии я, конечно же, не могла. Уселась в свой автомобиль, руки все ещё немного тряслись, а сердце никак не успокаивалось, стуча в бешеном ритме. Взглянув в зеркало, ужаснулась. Помимо взъерошенных волос и безумного взгляда, на моем лице были заметны следы неподдельной радости, а чувства, которые я испытывала в данный момент, вообще не лезли ни в какие рамки. Я как будто вернулась на восемь лет назад на ту самую новогоднюю вечеринку. Первые чувства накрывали с головой. А сейчас я ощущала все то же самое и с тем же человеком. Улыбнувшись своему отражению и пригласив волосы, я завела автомобиль и выдвинулась в сторону своего дома.

— Риточка, я думала, ты приедешь позже, — удивилась Клара Альбертовна, увидев меня на пороге квартиры. — Мы, кстати, уже готовимся ко сну. Поели, искупались.

— Спасибо вам огромное, что посидели с Владиком, — повесив верхнюю одежду в шкаф, я направилась в комнату. — Привет, мой хороший! — прижала сына к груди, наслаждаясь своей кровиночкой.

— Одно удовольствие проводить время с этим карапузом, — улыбнувшись, произнесла моя соседка. — Настоящий мужчина совсем не капризничал.

— Еще бы, вы ему спуску бы не дали, — рассмеялась я.

— Что верно, то верно, — усмехнулась Клара Альбертовна. Женщина положила руку мне на плечо и внимательно заглянула в глаза. — С Артемом виделась, что ли?

— Вы очень проницательны, Клара Альбертовна, — смутилась я, целуя сына в щеку. — Я не знала, что он там будет. И, кстати говоря, Артём был не один.

— Как не один? — в глазах женщины читалось искреннее изумление, словно у Артема никак не могло быть личной жизни.

— А чему вы удивляетесь? — улыбнулась я. — Одинокий взрослый мужчина вполне может позволить себе отношения и потерять свой статус холостяка.

— Да не в этом дело, дорогая, — задумчиво произнесла Клара Альбертовна. — Когда он подвозил меня, мы разговорились с ним о том, о сем. У Артема чувства только к одному единственному человеку, Рит. К тебе.

— Это он вам сказал? — я скривила лицо. — Не верьте всему, что говорит Данилов.

— Он не говорил, но я слишком хорошо разбираюсь в людях. Благодаря своей профессии, научилась. Ладно, — вздохнула женщина, — я пойду уже. Владика спать надо укладывать. Я была рада тебе помочь.

— Большое спасибо вам, — я чмокнула женщину в щеку, после чего закрыла за ней входную дверь.

Сын уснул довольно быстро. Я налила себе чай, достала тортик, которым меня угостила Клара Альбертовна, и уселась за стол.

Прошло не так много времени, когда я услышала стук в дверь. Нервно сжимая подушечками пальцев кружку с остывшим чаем, я не спешила открывать. Мое сердце в который раз за день билось как сумасшедшее. Он был совсем рядом. Такой близкий и родной одновременно. И несвободный. Эта мысль словно отрезвила меня. Я собралась с силами и подошла к двери.

— Что тебе нужно, Артём? — упираясь ладонями в дверь, спросила я.

— Открой, Рита, — серьезным тоном произнес мужчина.

— Это плохая идея, Тем. То, что ты хочешь, я не могу тебе дать, — я замолчала, судорожно подбирая слова. — Она не показалась мне охотницей за деньгами. Уверена, что эта девушка искренне тебя любит. Возвращайся к своей невесте, — я нервно сглотнула, давя подступающие слезы. — Поступи правильно. А к Владику приходи днём.

— Рита, я хочу, чтоб ты меня выслушала. Это важно, — упрямо сказал Артём, негромко стукнув кулаком в дверь.

— Не сегодня, — я вернулась обратно в кухню и, опустив голову, мысленно твердила себе, что поступаю правильно. Ведь нельзя стать счастливым, делая несчастным другого человека. Да и мимолетная страсть, которая кипит в Данилове, рано или поздно пройдет. Безусловно мы многое пережили вместе с ним, но все это в прошлом. Теперь у каждого из нас другая жизнь.

Я услышала, как провернулся ключ в замке. Соскочив со стула, я выбежала в коридор. Артём открыл дверь своим ключом. Я совсем забыла, что у него имелся ещё один комплект кроме того, который он оставил на комоде в прихожей, когда уходил.

Мы сверлили друг друга взглядом, понимая, что ничего между нами не закончено. Искры витали в воздухе, создавая невероятное напряжение, уловимое во всех смыслах.

Я прижалась спиной к стене, молясь про себя, чтобы он ушел. В его присутствии мой мозг отключался, давая волю чувствам, исходящим от сердца. Я чувствовала, как мои щеки пылали под пристальным взглядом Данилова, а по телу разливался жар.

— К черту всё! — произнес он.

Артём рывком притянул меня к себе, после чего его руки оказались на моих пылающих щеках. Он, наконец, нашел, что искал. Большим пальцем Данилов провел по моей нижней губе, отчего рот открылся в трепетном ожидании поцелуя. Но Артём медлил. Он продолжал ласкать меня, касаясь только пальцами, не позволяя себе большего.

— Потом будет поздно, Рита! — произнёс мужчина, касаясь губами кончика уха. Это было слишком волнующе. — Я не смогу остановиться. Но я должен рассказать тебе обо всем. Хватит с нас лжи и тайн.

Оторвавшись друг от друга, мы прошли в кухню. В очередной раз остались наедине. Год назад я и подумать не могла, что мы сможем хотя бы просто говорить друг с другом.

— Хочешь что-нибудь? — спросила я. — Чай, кофе?

— Нет, спасибо, — в тоне Артема не было ни капли спокойствия.

— Тогда я тебя слушаю, — присев рядом, я наблюдала за реакцией моего бывшего мужа.

— То, что я скажу, Рита, тебе совсем не понравится, — его тон изменился. Артём был серьезен. — В тот день, когда познакомился с сыном, я чётко понял, пожалуй, впервые за свои двадцать восемь лет, где и с кем хочу находиться. Скажу так, не было ни единого гребаного дня, когда бы я не думал о тебе. Ты как наваждение, от которого невозможно избавиться. Я презирал, ненавидел тебя за то, как ты поступила. Пусть и во благо, но тогда мои глаза застилала красная пелена, и рассуждать здраво я не мог, не говоря уже о том, чтобы что-то прояснить. Ещё раз хочу попросить прощение у тебя, Рит. Понимаю, что сейчас своими извинениями я лишь сотрясаю воздух, но очень надеюсь, что ты когда-нибудь простишь меня.

— Я не держу на тебя зла, Тем, — вздохнула я, переводя взгляд в окно. — С тех пор, как родился Владик.

— Ты даже не представляешь, как я рад это слышать, — в голосе Данилова послышались теплые нотки. — Я продолжу. Помощник отца Андрей, как оказалось, был немного осведомлен в том, что происходило тогда. Хоть и отец его не посвящал в это дело, но Андрей очень наблюдателен. Целый год он был в курсе почти всего, а рассказал только сейчас, когда я в его присутствии упомянул твое имя. Та случайная встреча многое изменила, Рит.

— Да, ты, наконец, узнал о сыне, — тихо произнесла я.

— Что касается Алёны… — Артём медлил.

— Это твоя жизнь, — глухо сказала я.

— Она, в самом деле, хороший человек, но я не хочу обманывать ее, давая призрачную надежду на то, чего быть не может. Мы бы все равно разошлись рано или поздно.

— Артём, не уверена, что ты должен обсуждать это со мной. Между нами все так сложно, — выдохнула я, все еще не глядя на мужчину. — Я не готова жить с тобой. Не хочу обманывать, но я не могу тебе доверять. Тем более, в настоящий момент ты не свободен. Это ведь так?

— Не совсем, Рита, — его голос редко стал стальным. — Мы не успели поговорить. Разговор, сама понимаешь, не телефонный, а эти дни мы не виделись с Аленой. Только на лекции Коли. И то, ее не должно было там быть. Я хочу быть честен с тобой. Она еще не знает о тебе и сыне.

Данилов в своем репертуаре. Снова играл, только на этот раз партия уже сольная.

— Почему-то я совсем не удивлена, — усмехнулась я, но после его следующей фразы я замерла.

— Рита, есть еще кое-что, — серьезным тоном произнес он.

— Я слушаю, — я никак не ожидала того, что услышала в следующую секунду.

— Алена беременна, — слова повисли в воздухе, а меня будто шандарахнули чем-то тяжелым по голове.

Я испытывала странные эмоции. С одной стороны, внутри меня что-то надломилось, ведь появилась еще одна весомая причина, по которой нам не быть вместе с Артемом. А с другой… Сейчас все казалось таким настоящим, правильным, будто так и должно быть. Ведь мы столько лет знали друг друга, и, когда, наконец, решились на что-то серьезное, все пошло наперекосяк. И дело было совершенно не в договоре, дело было в нас. Мы с Артемом не могли поговорить о чувствах. За исключением того раза, когда сквозь рыдания я призналась ему. Но он растоптал, не поверил. По-другому и быть не могло. Данилов никогда не говорил мне о том, что он испытывал ко мне. Я видела в нем безудержную страсть, но не более.

Я перевела взгляд на Артема. Он выглядел потерянным. Мужчина стоял перед непростым выбором. На кону были его дети. Но зато теперь все мои сомнения рассеялись. Несмотря на свои чувства к нему, я бы ни за что не стала рушить только что зародившуюся семью. В моей памяти ещё свежи были воспоминания о беременности и первом месяце после родов. Одной, без помощи, действительно, очень тяжело за всем успевать и следить.

— Артём, — я тяжело вздохнула, переводя взгляд в окно, — я прошла через все это одна. Одно хочу сказать тебе, это трудно. Поэтому мое решение о том, что мы с тобой только родители Артема, остаётся неизменным. А Алёне сейчас как никогда нужна забота и внимание.

— Рита, конечно же, от ребенка не откажусь, — Данилов потер виски указательными пальцами. На лбу выступила испарина. — Но ты не понимаешь. Алена не та, кого я хочу видеть рядом. Я не чувствую к ней, того, что чувствую к другому человеку, — я видела, что слова давались мужчине непросто. — Ты должна знать…

Возможно, то, что он собирался сказать мне, что-то бы изменило, но в этот раз судьба распорядилась иначе. У Артема внезапно зазвонил телефон, а после разговора мужчина моментально вылетел из квартиры, не говоря мне ни слова.