Глава 36

Полёт может оказаться быстрым, когда у тебя приятная компания или время чем-то занято. У меня было и то и другое. Мартину не давало покоя моё слишком короткое платье, как он сказал.

— Вот зачем ты так привлекательно одета, — шептал он на ушко. — И почему оно такое короткое? — рыкнул он, в наглую пробираясь рукой под подол, и накрывая ладонью уже возбуждённое лоно.

После того как было разрешено расстегнуть ремни, меня мигом утянули на колени, с которых и не думали спускать. Также нам принесли освежающие напитки. Директор предпочёл коньяк, я же выбрала Мартини с тоником. Этот напиток мне полюбился ещё с острова. Он был непросто приятен на вкус, с ним были связаны и особые воспоминания, от которых по телу пробегали возбуждающие мурашки.

— Это обычное платье, нечего тут придумывать, — проворчала, стараясь вытянуть его руку. В самолёте мы были не одни, и я очень стеснялась охраны, хоть они и не смотрели на нас.

— Ты ошибаешься! Всё что на тебе слишком привлекательно.

— Именно поэтому ты всё уничтожаешь, разрывая на клочки, — усмехнулась я, вспоминая все те вещи, что были выброшены, из-за того, что их не восстановить. Да такие лоскутки даже на тряпки для мытья пола не годились, а для носки и подавно.

— А зачем ты прячешь своё превосходное тело под всем этим, — возмутился волк, возвращая руку на место, и с хитрым взглядом тут же рвёт трусики.

— Мартин! — вскрикнула я, вот что за неугомонный тип. И как мне теперь ходить без белья?

— Что? Я же сказал, что они лишние, — усмехнулся он, пряча разорванную ткань. — А теперь перейдём к приятному, — и пока я не опомнилась, подхватил на руки и унёс в комнату с кроватью.

Там мы и провели всё время, вплоть до посадки. Её я вовсе не заметила, пока наслаждалась ласками.

Мы вообще смогли оторваться друг от друга лишь тогда, когда очень наглая особа чуть не выломала дверь.

— Мартин! Немедленно отдай мне Светика, — кричала Катрин, тарабаня в дверь.

— Вот что за несносное создание, — проворчал Мартин, нехотя выпуская меня из своих рук.

— Я всё слышу! Ты же сам сказал встретить вас. И теперь заперся там и не пускаешь меня! — ворчала подруга, судя по голосу, она отошла от двери и где-то села. Волчий слух позволял слышать и на таком расстоянии.

— Поверь, сестрёнка, сейчас бы ты не хотела видеть меня, — посмеивался Мартин, надевая брюки.

— Упаси боги, — послышался голос Катрин.

Вот так вот смеясь, и бросаясь фразами, мы оделись. Выйдя за дверь, сразу угодила в крепкие объятия волчицы.

— Ну наконец-то, я так скучала! — радовалась подруга, обнимая меня, да и я сама с огромным удовольствием обняла её.

— Так, девушки, давайте на выход, — позвал нас мой волк от выхода из самолёта, перед тем как скрыться.

— Родная, я так рада, что вы приехали. Мне надо так много рассказать! Я приготовила сувениры для тебя, а также море фотографий из нашего путешествия. Вы просто обязаны устроить себе что-то подобное. Сидеть на острове, конечно здорово, но вот однообразие надоедает, а так и смена обстановки и много интересных мест, — весело щебетала она, подхватив меня под локоть, и ведя на выход. Чувствую, меня возьмут в плен на несколько дней, и даже самый грозный волк не сможет меня освободить.

Спускаясь по трапу, удивлённо смотрела на пять машин, что стояли рядом. Ладно, огромный внедорожник принадлежал охране, это понятно, но что за невероятные четыре красавицы рядом. Повнимательнее присмотревшись, узнала подарок Мартина для Катрин. ярко-красная красавица радовала глаз. Оставалась чёрная спортивная машина, с невероятными изгибами, но вот с крышей. Серебристая была изящнее и без верха мне понравилась ещё больше. Но вот красавица канареечного цвета, с открытой вертикальной дверью меня просто покорила.

— Родная моя, подойди, — позвал Мартин, протягивая руку. Он встал у чёрной машины и улыбаясь смотрел на меня. Продолжая разглядывать машины, медленно подошла. Меня обняли и нежно поцеловав, вручили знакомую коробочку.

— И как мне отработать ключ от этой шкатулки? — усмехаясь, спросила я, крутя презент.

— Брат, ты крут! — заржал Каил, что стоял, облокотившись об серебряную машину, и теперь громко смеялся, смотря на нас. — Надо взять на заметку дарить всё в шкатулках. Это ведь двойная выгода, и за подарок поблагодарят, и ключик отработают!

— Я тебе отработаю! — возмутилась подруга, даря ему подзатыльник.

— Ты уже всё отработала, так что просто открой, — рассмеялся Мартин, обнимая за талию. Хитро смотрю на него и не спеша открываю. Чудо свершилось, крышка легко поднялась, а внутри ключи от машины. Неужели те самые?!

Восторженно поднимаю глаза, с радостью сжимая заветные ключики.

— С окончанием учёбы, — нежно улыбаясь, сказал он, поворачивая меня к моей красавице. Та самая канареечная резвая лошадка моя!

— Она, правда моя? — прошептала, делая шаг к машине.

— Конечно, твоя! И мы прямо сейчас испытаем её, если ты не против, — усмехнулся он, помогая мне сесть в кожаный салон. Всё великолепно, и невероятно дорого. Могу ли я принять такой подарок?

— Вот даже и не думай об этом, — усмехнулся волк, закрывая дверь. Удивлённо поднимаю глаза, и смотрю на усмехающегося Мартина. — У тебя всё на лице написано. Это подарок и обратно я его не приму.

— Ладно, что ты там говорил про опробовать? — сдаваясь, спросила я, перебирая пальчиками по кожаному рулю. Красота!

— Погоняем, что ещё же, — довольно сказал он, отходя от машины.

— Так, стоп! Но я не знаю дороги? — а вдруг я заблужусь?

— А ты так уверена в победе? — усмехнулся Каил, садясь в свою ласточку. И как я его перевариваю?! Ах да, ради Катрин. — Не бойся малышка, езжай за мной, так как победителем буду я, — подмигнул мне, заводя мотор. Вот из кого самоуверенность прёт как из фонтана. И как он ещё не лопнул от самомнения.

— Это мы ещё проверим! — неожиданно заявила Катрин, уже подъезжая к нам. Да они друг друга стоят, оба бесшабашные.

— Светлана не бойся, у тебя в машине стоит навигатор, на случай, если потеряешься. Это мой тебе подарок. Но думаю он будет не нужен, Мартин тебя в любом случае не оставит, — заверила меня подруга. Перевела взгляд на своего волка, и он кивнул, явно слыша наш разговор и подтверждая слова сестры. Да ты мой хороший! Он уже сидел за чёрной машиной и начинал по немного газовать, призывая начать гонку.

Эх, была не была! С территории аэропорта мы выехали, как добропорядочные водители, на приемлемой минимальной скорости, за то, как выехали за ворота, тут газанули по полной. Машина ехала уверенно и мягко, легка в управлении. Пока ехали по территории города, скорость была ещё невелика, зато на трассе уже можно было ощутить всю мощь.

Четыре машины играли в пятнашки, то обгоняли, то пропускали другую машину вперёд. Невероятная скорость и азарт подгоняли водителей. За всё время езды мне так и не удалось вырваться вперёд, но это меня нисколько не огорчало. Я не азартный игрок и для меня важно просто участие, а не победа.

Зато было любопытно наблюдать за новоиспечённой семейной парой, они боролись и как. Невероятные манёвры, развороты и обгоны, вот кто истинные гонщики и экстремалы.

Дорога до особняка заняла невероятно короткое время, учитывая, что мы непросто ехали, а мчались. На подъезде к воротам, они сами открылись и пропустили нас. Я ехала сразу за Кайлом, так как первой всё же вырвалась Катрин. Не знаю, повезло ли ей, или муж уступил жене, но она вела нас теперь. Мы подъехали прямо к центральному входу, где на крыльце нас уже ждали.

Родители Мартина с улыбками смотрели на азартных волчат, въезжающих в их имение. Скоро в их семье произойдёт пополнение, на одну дочь станет больше. И хоть Светлана им и так была близка, и они относились к ней как родной дочери, скоро это произойдёт официально. В планы сына были все посвящены.

— Светлана, я так рада тебя видеть, с приездом! — раскрыла объятия Николь, идя ко мне навстречу. — Поздравляю с отличной сдачей диплома, ты умница, — хвалила меня обнимая. Нет, я точно люблю эту женщину!

— Благодарю, полёт прошёл легко, — ответила, обнимая её в ответ.

— Я приготовила вам комнату. — Сегодня отдыхайте, а завтра будем праздновать, — говорила Николь, а к нам приблизился Мартин.

— Здравствуй мам, ты великолепна, как всегда, — подарив комплимент, обнял и поцеловал женщину в щёчку.

— Ах ты льстец, весь в отца, — звонко смеялась она, обнимая сына.

— Дорогая, мы не врём, ты у нас самая замечательная и любимая, — улыбаясь, сказал альфа, подходя к нам. — Здравствуй, Светлана, с возвращением, — радостно сказал он, и на мае удивление обнял.

— Здравствуйте, — пропищала я. Объятия со стороны матери я ещё понимаю, но чтобы грозный альфа снизошёл до таких объятий, меня очень удивляло.

— Папа рад тебя видеть, — почтительно сказал Мартин, пожимаю руку отцу, а потом и обнял.

— С возвращением сынок. Ты отлично справляешься с компанией, молодец. И про свою пару не забываешь, вдвойне молодец, — хвалил сына Габриэль, от этого Мартин встал по стойке смирно, и радостно принимал похвалу. Он выглядел так, словно его не хвалили, а премию вручали.

— Так хватит тут стоять, пойдёмте в дом, — крикнула Катрин, поднимаясь по лестнице с Кайлом.

— Действительно, дети, пойдёмте. Родной, сына ты можешь и дома похвалить, — улыбаясь, сказала хозяйка, беря альфу под руку. Мартин сжал мою ладошку и улыбнувшись повёл внутрь. Главное, ничего не бояться, если бы я им не нравилась, они сразу сообщили об этом, а тут радушно встречают, так что расслабляемся и живём дальше.

Так как мы прилетели уже под вечер, нас ждал скромный семейный ужин, и всё. Просидев в столовой два часа и болтая обо всём, не заметила, как приблизилась ночь.

Меня расспрашивали про учёбу и практику. Про то, почему я отработала всего несколько рабочих дней, у меня не спрашивали. Но Катрина так и кидала красноречивые взгляды, намекая на то, что эта тема не закрыта и мы ещё поговорим вдвоем. Что ж, я не против, с ней я готово это обсудить и возможно, даже выплакаться, так как обида не ушла, но немного отпустила.

Сама же подруга с радостью рассказывала о сказочном медовом месяце. Где они только не были: Дубай, Париж, Венеция, и ещё несколько городов, что они посетили за месяц. Как по мне, так слишком много. За такое время не успел немного обжиться в одном месте, как пора на новое. Немой вариант отпуска, зато для их парочки само то.

После ужина Мартина забрал отец на разговор, а я пошла в комнату одна. Точнее, я только дошла до лестницы, как меня перехватила подруга.

— Свет, давай ещё поболтаем, я так соскучилась, — говорила она, идя со мной.

— Я не против. В последние дни мне очень не хватало женской компании, — улыбнулась я, смотря на радостную волчицу. Видно, мой ответ обрадовал её.

— И не говори, мне тоже не хватало наших посиделок.

— Так, о чём ты хотела поговорить? — надеюсь, не об эксцессе на работе, но видно, именно это и интересовало её.

— Лучик мой, что случилось на работе? Мартин мне ничего толком не говорит. Один раз лишь позвонил взволнованный, спрашивал, где ты? — Ты тогда с работы убежала, оказывается, — спрашивала она, обеспокоенно смотря мне в глаза, а мне тяжело вспоминать, поэтому отвожу взгляд. — Так и знала, что мне не надо было уезжать, доучились бы вместе, — сердилась она, заходя за мной в комнату. Я сразу иду к бару и не спрашивая её наливаю нам что покрепче из ассортимента. Зелёненькая жидкость меня привлекла, её то я и налила. Мне надо с кем-то поговорить, выговориться, а для этого нужно набраться храбрости, или снизить барьер алкоголем.

— Ого подруга! Вижу, у нас намечается продуктивный разговор, — подбадривала она меня, принимая стакан.

— Поговорим обязательно, только дай набраться храбрости. С Мартином я так и не обговорила всё случившееся, застеснялась, а тебе всё расскажу. Будешь моей жилеткой! — вздохнув, выдала я, и залпом выпила содержимое бокала. Неожиданно всё запылало, аж слёзы выступили, ого, вот это напиток.

— Что там тебе наговорили эти курицы? — зло рыкнула подруга, тоже всё выпивая залпом. Только вот в отличие от меня у неё ни один мускул не дрогнул, вот это выдержка.

— Там много чего было, меня расстроили их слова. Но обиднее слышать это именно от них. Я ведь думала мы подруги! — слегка заплетаясь языком, начала говорить я. Что это за напиток? С одного стакана меня так понесло. Зато так легко стало говорить.

— Я уже поняла, что они там что-то наговорили, но что? — не унималась подруга, садясь рядом со мной на кровати.

— Оказывается, я сплю с главным боссом, чтобы получить работы, я ведь бездарь и лентяйка, — начала жаловаться я, рассматривая бокал в руке. Может повторить? — Ещё я жалкая уродина, которую используют, как подстилку, — вздыхая, выдала я, поднимаясь и идя к бару. — Там, вообще много чего было. Столько слухов по зданию ходило, но это не самое страшное. После я узнала, что слухи о том, что я подстилка богатого папика ходят и у нас в институте. Я заходила на кафедру проконсультироваться по теме, да и к экзаменам готовилась, а на меня там так смотрят. Столько презрения и зависти, — прошептала я, наливая до краёв стакан по новой, и залпом выпиваю. Второй пошёл легче, правда, голова стала больше кружиться, но это чувство лёгкости так радовало.

— Вот ведь жалкие. Я так и знала, что они с гнильцой. То на меня смотрели с завистью, то вон на тебя накинулись. И ведь осмелели так, потому что меня не было, — выдала Катрин, подходя ко мне и наливая себе бокал. — Ну я им покажу, как приеду, — и выдохнув выпила залпом. — Знаешь, никогда не пила абсент бокалами, лишь стопками, но так даже интереснее, сшибает наповал уже со второго стакана, — заплетаясь языком, выдала она. Ого, похоже, не только меня проняло.

— Да не надо им мстить, это всего лишь зависть. Побуянят и перестанут, — выдала я, наливая очередную порцию.

— Ты у меня святая! Они за спиной шушукаются, обсуждают, козни строят, а ты их жалеешь, — вздыхая, сообщила подруга, не отставая в наливании напитка.

— А на что обижаться-то, на правду? — с грустью сказала я.

— С чего вдруг? — от моей фразы, Катрин аж протрезвела малость.

— Так, ведь правда. Я что не сплю с ним? Сплю! Работаю на него? Работаю, хоть и не за то, что они думают. Некрасивая? Ну так и не совсем уродина, но и часть правды тут есть, — всхлипнула я, осушая очередной бокал. Эх, хорошо пошла! Да ну эти стаканы, буду пить из горла. Вот устроюсь на кроватке мягкой, так и продолжу.

Пять шагов до кровати дались с трудом. Пол всё время куда-то вертелся, да и потолок время от времени приближался. Что за комнату нам такую не путевую дали?

— Так, стоп! Откуда такие мысли, вы пара! — возмутилась она, идя за мной по той же кривой. Может и правда тут пол кривой? Ну не можем же мы вместе ходить так странно.

— А чем докажешь, что он мой, кроме того, что мы пара. Как понять, что я его? — подруга, сбитая вопросом села на месте так и не дойдя до меня.

— Ну, колечко там, — показывая рукой на свой палец, стала перечислять она, медленно ползя на четвереньках.

— Какое? — спросила, показывая свою пустую руку.

— Ну, тогда метка, — заплетаясь, сказала она, с трудом залазив ко мне на кровать. А я думала, меня сильнее проняло, но я хоть дошла, а Катрин вон уже ползает.

— Какая метка? — задумалась удивлённо. Может я что-то упустила?

— Так вот, — весело ответив, подруга показала плечо, где был слегка виден укус. Ооо я его помню, ещё на свадьбе его приметила, но я думала это просто так, не успела ещё зажить ранка. Мало ли какие там игры у них в постели.

— А у меня и такого нет! — чуть не плача сказала я, отпивая из горла. — А когда её делают? И как давно она у тебя?

— Так как пару встречают, так и ставят! Это знак принадлежности волку, пока его нет считай ты свободна, — гордо выдала она, а я заревела как ребёнок.

— Я свободная! — рыдала я. — Я ему не нужна, у меня не кольца, не метки. Я действительно подстилка богатого папика.

— Ну не плач, ещё поставит, — утешала она, и отобрав бутылку, сделала несколько глотков.

— Вот тебе, когда поставили? — обиженно смотрю на нее, забирая свою прелесть. Кстати, о ней, осталось-то чуть-чуть, пора за новой идти.

— Так как встретились, и через час я была уже меченная, — пропищала она, видя, как у меня начинается истерика.

— Метка, это как кольцо? — спросила, заканчивая с напитком.

— И это тоже. Но в островном её ставят, чтобы партнёр ни ходил налево. После метки нельзя изменить, у них ни на кого не стоит, нас ни к кому не тянет.

— А Мартин, значит, хочет ещё погулять получается. Удобно устроился, пару нашёл, но и потусит ещё, — смесь слёз и смеха вырывалось из груди.

— Не думаю, хотя странно это всё, — призадумавшись, сказала она, с грустью смотря на моего пустого друга. — Надо повторить, — вынесли мы вердикт, и пошатываясь, держась, друг за друга побрели к бару. Штормило так, словно мы на корабле. Пока подходили к столику снесли вазу, разбили цветок, порвали занавески. И чего они вдруг возникали на нашем пути!

Зелёной бутылочки не было, но была голубая, ещё была белая, её надо поджигать, оказывается. Прихватив её и спички, пошли обратно к нашему мягкому берегу.

— Слушай, а чего у вас пол такой кривой, — выдала я, когда мы уже преодолели полпути.

— Да вот сама хотела узнать, это мне одной, кажется, или дом клинит конкретно, — задумчиво выдала подруга.

Ура! Кровать! Взбирались на неё мы тоже долго, она почему-то стала выше, ещё и эти шторы свалились на нас, и столбики что так неудобно, почему-то всё время возникали перед нами.

— Все мужики козлы, им нужен только секс! — выдала я, ложась на подушки.

— А знаешь, ты права! Я вот романтики хочу, свидание там, подарки, цветы. И что в итоге я уже замужем, а мне Каил ни одного цветочка не подарил, — возмущалась она, отпивая голубенькую жидкость. На вкус она, кстати, была слаще, но ничуть не хуже первой.

— А мне дарил цветы, пока в кровать не утянул, и всё. Теперь не цветов, не конфет. Вот что за дела? — выдала я, смотря как потолок кружится, или это я кручусь на кровати?

— Знаешь, а я ведь думала встречу пару, он будет ухаживать, а вышло. Как встретил меня выходящей из кабинета брата, так и утащил в соседний кабинет, где сразу и поим…, ну ты поняла, — посмеиваясь, выдала она, отбирая моего друга. Так, это они тогда разносили комнату, я ещё подумала, что за звери там. В принципе в чём-то я угадала, звери там были.

— Вот и вывод, козлы, а не волки, мой так вообще, свободный кобель, — шмыгая носом и стараясь не думать о плохом, стала изучать новую бутылку. — Слушай, а как это пить?

— Надо налить и поджечь, — знающи заявила Катрин, ища два наших бокала. Нашлись они быстро. — давай наливай, я покажу, как пить. — Это ещё и пить надо, что прям горящим? Ну ладно, я тут не мастер, посмотрим.

Бутылка вроде нормальная и бокалы тоже, но вот напиток всё никак не хотел попадать по назначению. Мы уже вылили половину бутылки на кровать, а в стаканы попало лишь на донышке.

— Да что это такое, ты держи ровнее! — ворчала я, целясь в стакан горлышком бутылки.

— Да ладно и так сойдёт, давай поджигай! — мастер сказал, значит, делаю.

Только открыла коробок, как все спички стали убегать.

— Держи их! Убегают! — закричала я, хватая деревянных гадов.

— Ты чего их всех выпустила, надо было по одному, — возмущалась она, стараясь сцапать деревяшку.

— Занятная картина. Каил ты только взгляни, — посмеивался от дверей мой волк. Вот ведь кабель, ещё и ржёт.

— Вход мужикам воспрещён! — выдала подруга, отворачиваясь от них.

— Очень интересно почему, — посмеивался, её муж входя.

— Вы все козлы, вот и идите на пастбище, — выдала я, наконец-то ухватив спичку.

— Так, девушки, а ну как покажите, что вы тут пьёте, почему уже козлов видите вместо волков. Увидев пустую бутылку одну штуку и полупустую другую, присвистнули. — И это всего за час? — выдал Каил, читая этикетку. — Абсент!

— Ну и что, я свободная девушка мне можно! — гордо сказала я, начиная чиркать спичкой.

— Это с каких пор ты свободная? — удивился Мартин, подходя ко мне.

— А чем докажешь, что твоя? Ни кольца не метки, кабель ты не нагулявшийся. Что мало меня, и других ещё хочешь, — слёзы опять полились по щекам.

— Так, Катрин я дал разрешение на разговоры, а не на пьянку с бредом! — возмущённо зарычал волк.

— Так, мы и общались. Наш вердикт, что мы вам нужны лишь для постели. Где наша романтика, где цветы! — возмущалась она, и жаловалась мужу. — Где мой хоть один цветочек? Тебе только постель и нужна! — от такого напора Каил опешил и смотрел на нас, как на не нормальных.

— И мои где цветы? Думаешь, раз в кровать затащил так всё? — не менее ярко возмущалась я, смутно смотря на своих волков. И почему их три одинаковых, а не один? Мы что в угадайку играем?

— Так, разбираем девушек и по кроваткам, — устало сказал Каил, стараясь ухватить жену. А я наконец-то смогла чиркнуть спичкой.

— Ура! — радостно закричала я с Катрин, вот только огонёк сразу был потушен вредным волком, который вмиг поднял меня на руки.

— Спички детям не игрушка! — строго сказал он, качая головой. Вот что за незадача, а я так долго пыталась схватить деревянного нахала.

— Сестрёнка спать, всё Каил забирай её, а мне надо уложить своё чудо, — как-то устало прозвучало.

Возмущённую подругу унесли, а меня посадили на кресло, в котором так оказалось уютно и хорошо.

— Сейчас перестелем кровать, а то вы её изрядно вымочили в алкоголе, и ляжем спать, — говорил Мартин, но я его уже плохо слышала, так как сознание стало покидать меня. Ужасно хотелось спать.

— Ты не мой, — грустно сказала я, закрывая глаза и проваливаясь в блаженную темноту. Вот только и там всё продолжало крутиться. Что за незадача!?

— Я давно твой малышка моя. Как ты это не поймёшь, — усталый голос на краю сознания и тьма.