Глава 7

На работу пришлось идти в том же в чём и вчера. Мартин Габриэлович ясно дал понять вчера, что дресс-код для всех, и его нельзя нарушать. Поэтому с печальным настроением натянула юбку и застегнула блузку. Похоже, придётся пройтись по магазинам и прикупить ещё одежды. Не буду же я ходить в одном и том же.

Чтобы хоть как-то сделать образ ярче, одела бордовый пояс и такого же цвета туфли на высоком каблуке. Иногда и мне можно пощеголять в шпильках.

Катрина уехала час назад, так как встреча у неё назначена раньше. Разлёт полётов у нас будет по отдельности.

Осмотрела себя в зеркале и улыбнулась. На работу надо идти с хорошим настроением, а для этого надо улыбаться.

— Не трусь, всё будет хорошо, — улыбалась я отражению. — Ну с богом! — Взяла ключи от машины и сумку с эскизами, и вышла за дверь.

До здания добралась быстро, что странно. Везёт. Посчитала это хорошим знаком. Значит, и на работе всё будет отлично.

Вышла на нужном этаже, и стараясь не трусить, прямиком направилась в кабинет директора. Надо совсем разобраться, а не накручивать себя. Вот сейчас зайду, поговорю и успокоюсь.

Когда до кабинета оставалась немного, услышала странные звуки из-за соседней двери. Там явно происходило что-то невообразимое. Дверь, конечно, была закрыта, и окна прикрыты жалюзи, но какие оттуда доносились звуки и стоны. И что самое неожиданно, рычание. Словно дикое животное заперли в комнате, и оно там всё громило, но откуда тогда женские стоны, да и какие! От услышанного сама стала возбуждаться. Что там, вообще, происходит. Правда, звуки ударяющего стола об стену пугали меня. Как такое может тут происходить? Неужели никто не слышит этого и не замечает?

На трясущихся ногах, отнюдь не от страха, я зашла в кабинет. Забыла даже постучаться, так меня вывело из строя увиденное и услышанное.

Когда меня такую испуганную и возбуждённую увидел директор, то сразу подбежал ко мне.

— Светлана, что с тобой? Что болит? — неожиданно заговорил он, вертя меня в стороны.

— Там это… — старалась сказать я, но никак не могла сформировать фразу. Горячие руки, что сейчас скользили по мне, очень отвлекали. Нет, сегодня точно, что-то не так. — Мартин Габриэлович, прекратите, пожалуйста, — прошептала я.

Теперь на меня смотрели с удивлением. Директор быстро убрал руки и посмотрел на них, словно он сам не понимал, как так получилось.

— Прости, инстинкт, — сказал он. Это как ещё понимать?

— Ладно, — постаралась сказать понимающе, но вышло больше удивлённо.

— Так что случилось? Почему ты выглядишь такой испуганной. И такой возбуждённой, — последнюю фразу он сказал, хрипя, и с такими пылающими глазами посмотрел. Его руки снова потянулись ко мне. Ну уж нет.

— Там в соседнем кабинете, кто-то запер дикое животное, и девушку, — быстро сказала я, пряча глаза.

— Животное? Девушка? Ты уверенна? — обескураженно спросил он, отходя от меня.

— Да вы только выйдите и сами всё услышите!

— Ладно, жди тут, — быстро сказал и скрылся за дверью.

Директора не было минут пять, после чего он вернулся широко улыбаясь. Что он такого узнал, что выглядит, таким счастливим.

Пока сидела, вспомнила, что и подруга должна быть тут, но что-то её не видно. Скорее всего, она уже работает на своём месте. И раз её не видно-то место не тут. Это хорошо. Значит, и мне тут работать не придётся. Не думаю, что смогу полноценно работать в присутствии директора. Уж слишком странно он на меня воздействует.

— Всё хорошо? — решила поинтересоваться я, мало ли.

— Просто отлично, — улыбаясь, ответил он, и сел за стол. — Не беспокойся, все живы, — уже посмеиваясь, сказал он.

— Простите, а что за животное там было? — моё любопытство всё не отпускало.

— Да один волк тут хозяйку нашёл, вот и мирились, — всё ещё улыбаясь, ответил он, и почему-то с горящими глазами посмотрел на меня. Странный он.

Ладно, спрашивать, почему девушка стонала, не буду, да и ритмичные удары о стену сами за себя говорили. Я не маленькая, теперь и так поняла, что там происходило. Только вот странно, что кто-то не постеснялся устроить такое тут. И непросто в компании в рабочее время, а на этаже директора, рядом с его кабинетом. Видно, кому-то конкретно захотелось адреналина.

Ещё одна странность — это поведение Мартин Габриэлович. Вернулся и улыбается. Словно такое поведение подчинённых это норма.

— Светлана, ты ознакомилась с проектом? — перешёл он к делу, но опять обращается ко мне на тебя. Может поправить его, но злить директора мне не хотелось. Может он со всеми на тебя.

— Изучила и уже приступила к работе. У меня есть уже наброски на некоторые комнаты. Только можно вопрос, — как можно серьёзней говорила я, доставая свой альбом.

— Слушаю, — и так мягко мне улыбнулся, при этом откинулся в кресле. Теперь он сидел в расслабленной позе и буквально поедал меня глазами.

Он так открыто глазел на меня, что это начало злить. Его горящий взгляд прошёлся по волосам, лицу, чуть замедлился на шее. Там видно, что-то его порадовало, отчего улыбка стала ещё шире. Потом глаза опускались всё ниже. Я буквально чувствовала взгляд на груди, дальше был стол, чему я обрадовалась.

Вот как ему намекнуть, что не надо так на меня реагировать, и мне неудобно. Может сказать открыто, но тогда я не знаю, чего ожидать.

Ладно, пока потерплю. Главное, что руки не распускает, а глаза пусть смотрят. Я просто постараюсь на это не обращать внимания.

— Меня интересует расположение некоторых комнат.

— А что с ними не так? — спросил он, наконец-то подняв глаза к моему лицу.

— У заказчиков есть дети, или может планируются в ближайшем будущем, — от моих слов, глаза директора буквально вспыхнули.

— Думаю, они думают об этом, но это ещё неточно. А почему ты спрашиваешь? — наклоняясь ко мне, спросил он.

— Те комнаты, что были выбраны для гостей, лучше оставить под детские. Они рядом с комнатой родителей. А для гостей лучше оставить третий этаж, пусть весь второй занимают хозяева. По крайне мере так считаю я. Было бы неплохо, обсудить это с заказчиками.

— Как-то я об этом не подумал, — как можно тише сказал он, отводя взгляд, а потом уже громче и глядя на меня. — Давай ты сделаешь, как считаешь нужным. Всю ответственность я возьму на себя в случае чего.

— Так, мне и детские спроектировать? — печальным голосам спросила его. Хотела ведь помочь, а не добавить себе ещё работы. Надеюсь, пронесёт.

— Думаю, хозяйка и будущая мать, сама захочет обставить детскую, надо же ей будет чем-то заняться до родов. Так что нет, оставь комнаты пустыми, — усмехаясь, ответил он, и улыбнулся, когда я вздохнула с облегчением. Ну и пусть видит, что я против дополнительной работы. Мне бы справиться с тем, что есть.

— Хорошо, спасибо за помощь, — ответила, улыбаясь. Тут просто нереально оставаться серьёзной, когда на тебя так смотрят и так мягко говорят.

Директор, вообще, очень изменился. Нет той стали и холода, что было при нём, когда он раздавал проекты. Такого, как сейчас я запомнила его по лифту. Да и стриптиз, устроенный с кокой-то целю, всё не выходил из головы.

— Тогда проходи за своё рабочее место и продолжай работать. Старт у тебя хороший. С набросками я ознакомлюсь позже, — вставая, сказал он.

Очень кстати, мне не помешает побыть вдали от него и успокоиться. Да к тому же его запах, что заполнял всё пространство кабинета и не давал мне думать более осмысленно. Странное желание появлялось рядом с этим мужчиной. И почему моя женская натура проснулась именно сейчас. Столько лет ничего, а тут я наброситься готова. Просто кошмар какой-то.

Я постаралась встать быстро, но вот ноги слегка дрожали. Ну вот, приехали.

— Пойдём со мной, покажу твоё место, — улыбаясь, сказал он, и направился почему-то не в сторону выхода, а в противоположную сторону.

Я как-то не обратила внимание, что у дальней стены три двери. Зачем так много. Да и стена вся белая и словно стеклянная. Нет, я понимаю, что дизайны сейчас разнообразные есть, но что-то меня настораживало.

Меня подвели к крайней правой двери.

— Прошу, твои владения, — сказал директор и открыл дверь, пропуская меня.

То, что я увидела, потрясло меня. Комната была не слишком большая, но и не маленькая. Огромные окна от пола до потолка, за которыми открывался потрясающий вид на город. Комната очень светлая. Бежевые стены, огромный белый ковёр посередине, а на нём большой стеклянный стол. С виду очень удобное белое кожаное кресло. Пара пустых шкафов у дальней стенки, и несколько горшков с растениями. Даже был маленький холодильник. Видно, надо было чем-то заполнить пространство, вот и притащили несколько больших фикусов, правда, они хорошо вписывались в окружающий интерьер. Люблю, когда есть какая-то зелень. Но это всё! Огромное пустое пространство, где я должна сидеть посередине, за стеклянным столом.

Обставлено всё как-то странно, пустовато. Нет, конечно, вкус есть, но что-то меня настораживает. О таком кабинете можно только мечтать, не чата моему предыдущему месту. Там у меня был маленький деревянный столик у стенки, не окна не ковра. А тут такая роскошь. Но был ещё один важный нюанс. Где Катрина?!

Я думала, мы будем работать вместе, но её тут нет. Даже второго стола тут нет, значит, место предусмотрено только для одного человека.

— А где Катрина? — вырвалось у меня.

— Она временно будет работать в другом месте, потом посмотрим, — усмехаясь, сказал он. Что-то было в его смехе, но что? — Тебя всё устраивает? — я удивлённо взглянула на него. Обычно дают место и ставят перед фактом, работаешь тут, и всё. А тут такая роскошь, а ещё и спрашивают, нравится ли мне. Как, вообще, ЭТО, может не нравиться! Если скажу- нет, мне что-то другое предложат?

— Всё превосходно, спасибо большое, — вот это бонус, к тому, что куратором стал лично директор. Всё на уровне, как и у начальства. Хотя мог и в коморку засунуть, как в сериале «Не родись красивой».

— Вот и отлично. Садись устраивайся. Если будут вопросы, обращайся.

— Обязательно, — улыбаясь, ответила я, садясь за стол. Отличный кабинет, и почему я думала, что что-то тут не так, странно.

— Ах да, забыл кое-что, — неожиданно сказал директор уже стоя у дверей. А смотрит на меня так лукаво, словно задумал какую-то пакость. И это что-то ему очень понравится, а мне вот не очень. — Эта комната, как и мой кабинет звукоизоляционные. — Так, это плюс, не услышит меня, если вдруг начну истерить, со мной иногда такое бывало, если вдохновения не было.

Только я подумала, что это всё, как директор с обворожительной улыбкой достаёт из кармана пульт, и с таким превосходством смотрит на меня.

— Вот ещё кое-что, — и нажимает на кнопку. Та стена, что до этого была бело-стеклянной, стала абсолютно прозрачной. Хорошо можно было рассмотреть весь кабинет директора. Это что, я под постоянным присмотром. Подстава!!! — Надеюсь, тебя не смущает частичное моё присутствие. Когда у меня будут встречи и совещания, стена будет белой, так что не пугайся и не выходи. Туалет, вот за этой дверью, — и указал на ту самую дверь. Я как-то её и не приметила. — Лёгкий перекус, можешь держать в холодильнике. Есть на рабочем месте можно, это не возбраняется. Обедать лучше в столовой, там подают горячее. Для сотрудников фирмы всё бесплатно, так что пользуйся. — Бесплатная еда! Не каждая фирма может этим похвастаться. Теперь я просто обязана остаться работать тут. А то, что под присмотром побуду несколько месяцев, ничего, перетерплю. Потом-то у меня будет другое место. Не думаю, что после этого проекта директор оставит меня при себе.

— Большое спасибо, я постараюсь вам не мешать, — как можно спокойнее старалась сказать, хотя прозрачная стена меня злила.

— Отлично, — улыбнулся он и вышел. Теперь мне было отлично видно, как он идёт к своему столу, садится, открывает ноут и начинает что-то читать, при этом водя рукой по подбородку. От этого зрелища я слегка зависла. И кто за кем будет наблюдать? Как мне, вообще сконцентрироваться. Ох и долгие три месяца меня ждут.

День тянулся очень долго. То ли оттого, что я постоянно кидала взгляда на Мартина Габриэловича. Зывать по имени у меня язык не поворачивался. Зато он с лёгкостью продолжал звать меня по имени, и обращаться на Ты. С этим я даже смирилась. Пусть делает что хочет. Высокому начальству можно многое.

Ещё я заметила, что говорит мягко и шутя, он только со мной. Разговоры по телефону или видеосвязи, а также общение с многочисленными начальниками отделов, которые часто заходили к директору, со всеми ними его тон был предельно деловой. С кем-то говорил даже чересчур холодно. Нет, я конечно, не слышала его голоса, но было достаточно видеть всё это. Не грамма намёка на улыбку или ухмылку.

По ту сторону стены сидел уверенный и расчётливый взрослый мужчина, который знает, что хочет и требует это от других. Его приказы не обсуждаются. Таким он мне и нравился. Что-то даже пугало, есть в нём какая-то звериная мощь. Какая-то внутренняя сила, которая давила на тех, кто не угодил хозяину. Хорошо, что на себе я это не испытывала, но видела, как трясутся начальники перед ним.

Стена что должна была белеть при встречах, и скрывать меня ото всех, не всегда белела. Так что я отлично могла рассмотреть, как директора бояться и уважают. А также от меня не укрылись и его взгляды, которые директор иногда кидал на меня. В них было столько нежности, что это обескураживало меня.

Неделя для меня пролетела быстро. Я даже привыкла, что за мной наблюдают. Любимая работа действительно отвлекает. К тому же на следующий день директор уехал по делам на три дня, так что видела я его лишь в пятницу.

К слову, моя подруга тоже пропала. Её я уже не видела целую неделю. Оказывается, в тот день когда, когда я видела Катрин в последний день, что-то случилось в семье, и она уехала. Расспрашивать, что и как не стала, захочет, скажет сама, как приедет. Не думаю, что это что-то хорошее, слишком поспешно она уехала. Обычно, к приятному готовятся, а плохое падает на голову неожиданно. Так и тут, скорее всего. Поэтому я не лезла с расспросами, её и так тяжело.

Мне очень не хватало подруги, не с кем было поговорить. А обсудить было что, так как директор всё никак не выходил у меня из головы. Его отношение ко мне, не мог не заметить только слепой. Он словно менял маску и из холодного и расчётливого, становился внимательным и мягким. Правда, это было только в стенах его кабинета. На людях он был сама сдержанность и вежливость. Из простой Светланы я становилась Светланой Анатольевной.

Так как подруги не было, обдумывать всё приходилось в одиночестве. Правда, ни чего конкретному, думы не приводили. Всё было очень странно. Я, конечно, не психолог, да и в отношениях мало что смыслю, но действия директора не понимаю.

После того случая со стриптизо, ничего не происходило. Директор был вежлив, иногда шутил, но руки он не распускал и ни на что не намекал. Правда, его горящие глаза, что он кидал на меня, пугали. Уж слишком красноречивые они были, но раз, никаких действий не следовало, то я посчитала правильным это не замечать.

Выходные провела одна, так как подруга не вернулась, и когда она будет непонятно. Чёткий ответ не могла дать даже она. Голос по телефону был слишком взволнованный. Неужели всё так плохо, и несчастье накроет её семью в любой момент, вот она и беспокоиться. Мысленно посочувствовала Катрине. Крепись подруга, всё будет хорошо.

Субботу провела, гуляя по магазинам. Хоть подруга и разрешила воспользоваться её вещами, я решила, что надо обзавестись и своими строгими костюмами. Если я останусь тут работать, то вещи мне ещё пригодятся. Так что я обзавелась тремя блузками, двумя разными юбками и парой брюк. Даже купила строгое платье, думаю, Мартин Габриэлович не будет против.

Воскресенье я потратила на прогулку по парку. Хотелось к природе. Ехать в лес одна, почему-то побоялась, лучше дождусь Катрин, и погуляю с ней. Странно, но рядом с ней тоже чувствовалась сила, как и от директора. Неужели от всех сильных людей веет силой, но почему тогда раньше я этого не замечала?

Спать ложилась полностью отдохнувшей. Прогулка на свежем воздухе сделала своё дело, и теперь я спала почти без задних ног. Впереди новая рабочая неделя и куча работы. Всё, как и обычно, ведь что может пойти иначе. Но как же я ошибалась.