Эпизод 9: Всему своё время

Уходя с заднего двора студенческого кафе, Лиза точно знала, что теперь всё будет по-другому, словно там, позади, оставалась одна жизнь, а впереди начиналась другая.

Грязную куртку кое-как почистила прямо во дворе ближайшего дома, но особого результата это не принесло, поэтому отправилась домой пешком: не садиться же перепачканной в маршрутку! Пока шла, позвонила куратору и заведующей кафе, сообщив обеим, что не сможет сегодня прийти.

По дороге Лиза попыталась разложить по полочкам всё, что произошло за несколько недель, взвешивала плюсы, минусы, прикидывала, как они повлияют на её жизнь, но главное — принимала сложные решения.

Первым, что она сделала, вернувшись домой, залезла в душ, переоделась, дождалась отца и как на духу всё рассказала ему. И, пожалуй, это был самый сложный разговор в её жизни. Нет, отец не ругался, не кричал, не задавал лишних вопросов, сидел тихо-тихо и удручённо молчал. А потом лишь с упрёком в голосе спросил: “Почему ты сразу ко мне не пришла?” И все те аргументы, которые она раньше приводила в своё оправдание, теперь вдруг показались ей несерьёзными и несущественными. А ещё… она точно знала, что ей и всей жизни не хватит, чтобы перестать казнить себя за ту боль, что она причинила самому значимому и любимому человеку своим недоверием.

Удивительно, но отец относительно спокойно воспринял известие о том, что Лиза обратилась за помощью к бабушке.

— Она что-нибудь сказала? — только и спросил он, разглядывая свои сцепленные пальцы.

— Поинтересовалась, не мошенники ли меня разводят на деньги, и попросила о встрече, — выпалила Лиза, решив больше ничего не скрывать и ни о чём не умалчивать. — Я рассказала ей, что стукнула дорогую машину. Пап, она приедет на следующей неделе, но если тебе неприятно, то я не пойду. Позвоню и всё объясню ей.

— Нет-нет, иди, — улыбнулся отец. — Надо бы нам уже закопать этот топор войны. — Встретился взглядом с дочкой. — Скажи, что сегодня случилось, раз ты решила обо всём мне рассказать?

Лиза тяжело вздохнула и приступила к пересказу самой неприятной части прошедших событий. Она знала, что отцу это не понравится, но нужно было рассказать всё, чтобы стало понятно. Говорила негромко, без эмоций, хотя сделать это было сложно. И по мере того как рассказ обрастал подробностями, отец всё больше хмурился, а под конец истории, когда Лиза добралась до разговора с Самойловым, вообще поднялся из-за стола и начал нервно расхаживать по кухне. Она так и не решилась рассказать про то, что ей пришлось лезть за деньгами в мусорный контейнер, побоялась, что для отца это могло бы стать серьёзным моральным ударом.

— В общем, он категорически отказался взять у меня деньги.

Отец остановился и долго пристально смотрел на дочь, словно хотел что-то ещё спросить, но промолчал. И тут Лиза вдруг поняла, почему. Она не заметила, как во время своего повествования снова начала плакать. Возможно, именно это его и остановило.

— Не расстраивайся, — попросил отец, отводя взгляд, потому что был готов рвать и метать. “А ведь я ещё впустил его в свой дом, любезничал с ним. Держи себя в руках!” Как можно спокойнее сказал: — Деньги нужно непременно вернуть! И ты их отдашь его деду. — Строго посмотрел на дочь: — Скажи мне отчество Романа.

— Алексеевич, — грустно улыбаясь, ответила Лиза.

— Я скоро вернусь, — бросил отец, выходя в другую комнату с телефоном в руках.

Лиза опустилась на стул, подперев голову руками и бессмысленно глядя в одну точку, она думала о том, что теперь уже точно обратной дороги не будет. Она так и сидела, растерянная и озадаченная, когда вернулся отец и положил перед ней листок с адресом старшего Самойлова.

— Собирайся! Поехали.

— Ну, пап, — всполошилась Лиза. — Я сама!

— Не волнуйся, я только довезу тебя и подожду во дворе, — ровным тоном проговорил отец и пошёл одеваться.

Лиза проводила отца взглядом, тяжело вздохнула и пошла к себе в комнату.

А через час они уже подъезжали к шикарному многоэтажного жилому комплексу. Отец заглушил мотор, вышел из машины и открыл дверь для дочери.

— На первом этаже консьерж и охрана. У тебя паспорт с собой? — поинтересовался он, замечая камеры на внешних стенах соседнего дома, направленные на парковку и подъездные пути.

— Да, — ответила Лиза, выбираясь из машины и оглядываясь по сторонам.

Странно, но она почему-то думала, что такой человек, как Сергей Петрович (старший Самойлов, глава семейства и основатель компании), непременно должен жить за городом в собственном особняке с кучей охраны. Она бы даже не удивилась, если бы перед ней вдруг оказался замок, а тут обычное городское здание. Ну, ладно, необычное!

— Точно справишься? — негромко спросил отец с тревогой в голосе.

Лиза кивнула и уверенно зашагала к зданию. За дверью её встретил охранник.

— Здравствуйте, — поздоровался мужчина. — Девушка, вы к кому? — строго спросил он, подозрительно оглядывая посетительницу с головы до ног.

— К Сергею Петровичу, — уверенно ответила Лиза, подходя к посту и открывая сумку, чтобы достать паспорт.

— Одну минуту, — произнёс охранник и набрал номер нужной квартиры. — Сергей Петрович, к вам тут девушка пришла.

— Ну, наконец-таки, я уже заждался. Пропустите её немедленно!

Лиза удивлённо прислушалась к разговору, забыв и о документах, и о том, что именно собиралась сказать, чтобы её пропустили. “Вот это поворот!”

— Пройдёмте к лифту, — любезно предложил охранник, вытаскивая магнитный ключ и прикладывая к считывателю. — Этаж самый верхний.

Лиза вошла в кабину, нажала кнопку, створки закрылись и лифт тронулся.

“Так, что происходит? — думала Лиза, стараясь не обращать внимания на камеру под потолком; видеонаблюдение давно стало нормой. — Почему меня уже ждут, если час назад я ещё сама не знала, что приду сегодня сюда? Видно, какая-то путаница вышла”.

Лифт остановился. Лиза вышла из кабины и направилась к приоткрытой двери, осторожно постучала и негромко произнесла:

— Здравствуйте. Можно войти?

Где-то что-то упало, и из глубины квартиры недовольно ответили:

— Ну, конечно же, — нетерпеливо произнёс Сергей Петрович, выходя к посетительнице. — Почему так долго? Я вас уже заждался.

Не в силах произнести ни слова, Лиза нескромно уставилась на хозяина квартиры. Откуда-то взялась чудная мысль, что именно так Рома и будет выглядеть в старости. Перед ней стоял мужчина пятидесяти, максимум пятидесяти пяти лет, с красивым лицом и благородной сединой на висках, в прекрасной физической форме, которую выгодно подчёркивал спортивный костюм тёмно-болотного цвета.

— Вы не работник клининговой компании, — уверенно произнёс старший Самойлов.

— Нет. — Лиза прикрыла за собой дверь.

— Кто вы?

— Я Лиза Назарова. Я стукнула машину вашего сына. И я принесла долг вашему внуку.

Бровь мужчины медленно приподнялась. Лиза нервно хмыкнула и осталась стоять на месте. Повисла тишина.

Из соседней комнаты выполз, потягиваясь и изгибаясь, грязный, как чертяка, но жутко довольный мейн-кун. Ошибиться было невозможно, эта порода слишком легкоузнаваемая: помимо крупных размеров, этих кошек нетрудно опознать по характерной “серьёзной” мордочке, “лапкам-варежкам” и густым, массивным кисточкам на ушках. Да и помимо прочего, они просто нереальные красавчики.

Кот уставился немигающим, подозрительным взглядом на непрошенную гостью, а за его спиной были видны разбитые цветочные горшки с трудно определяемыми растениями и разлитая вода. Много воды, словно перевернули вместительную ёмкость. Теперь стало понятно, почему хозяин квартиры так ждал работника клининговой компании.

— Очень интересно, — улыбнулся Сергей Петрович, не замечая своего питомца за спиной, который теперь разминал задние лапы, вытягивая их поочередно. — А почему же ты, Лиза Назарова, принесла долг мне?

— Потому что сразу после аварии я не могла взять расходы на себя и Рома обратился за помощью к вам.

— Так и было, но ты не ответила на мой вопрос! Почему ты пришла именно ко мне, если раньше общалась с Ромой? — Сергей Петрович хитро прищурился и вкрадчиво спросил: — Что, мой внук отказался брать деньги?

Котяра за спиной хозяина теперь принялся с важным видом чистить когти о специальный пень, стоящий у окна. Лиза кивнула, но сама продолжала смотреть на пушистое создание.

— Скажите, для вас так принципиально важно отдать эти деньги? — серьёзным тоном спросил Сергей Петрович. Девушка снова кивнула, завороженно глядя куда-то за его спину. Хозяин кота обернулся и строго обратился к своему питомцу: — А ну-ка, иди к себе в комнату! Ты наказан.

Котяра даже усом не повёл, уставился немигающим зелёным взглядом на гостью, устрашающе ещё пару раз вонзил когти в пенёк и только потом вальяжной походкой направился знакомиться.

— Та-а-ак, — недовольно протянул старший Самойлов, наблюдая за своим своевольным питомцем. — Бунт, значит? — Кот в ответ нервно подёргал хвостом и с силой боднул головой ногу посетительницы, да так, что той пришлось отступить на шаг назад. — Вот это довольно необычно, — удивлённо произнёс мужчина и улыбнулся. — А давайте мы с вами для начала немного побеседуем. Проходите, — предложил он.

Лиза прошла к удобному креслу, за ней по пятам следовал мейн-кун.

— Вы вместе учитесь? — спросил Сергей Петрович, располагаясь на соседнем кресле и наблюдая ревнивым взглядом за своим питомцем, который пытался подобраться поближе к девушке и хорошенько её обнюхать.

— На одном курсе, но на разных факультетах. — Лиза, не глядя, потрепала по голове любопытного кота, стряхивая землю с его шёрстки.

Старший Самойлов не верил своим глазам: его своенравный питомец дал незнакомке себя погладить.

— Как вы познакомились? — негромко спросил он.

— Я стукнула Бентли и попыталась сбежать с места преступления, — бесцветным голосом проговорила Лиза.

А у Сергея Петровича удивлённо взметнулись брови вверх.

— Но меня поймали и заставили взять на себя ответственность за происходящее, — продолжала девушка, не замечая его удивления. — Но если честно, я и не собиралась скрываться, просто в первый момент на меня что-то нашло, я как в ступоре была.

— Лиза, расскажи мне немного о себе, — попросил старший Самойлов.

— Зачем? — Лиза удивлённо покосилась на хозяина квартиры.

— Мне любопытно, — честно сознался Сергей Петрович, и это было правдой, ему хотелось побольше узнать о девушке, которая снова заставила жить и чувствовать внука в полную силу; после смерти матери он сильно изменился, замкнулся и никого к себе не подпускал. — Уважь старика.

— Хорошо, — согласилась Лиза. — Спрашивайте.

И дальше вопросы посыпались один за другим. Нет, они не были личными, лишь общая информация. О таком обычно спрашивают на собеседованиях или при приёме на работу. Не вдаваясь в подробности, Лиза вкратце рассказала о соглашении между ней и его внуком, то, как хотела возвращать свой долг частями, но сегодня решила отдать всю сумму разом.

Сергей Петрович посмотрел на гостью взглядом пронзительным и проницательным, но не стал задавать вопросов. Лиза выдержала взгляд мужчины.

— Вас ещё что-нибудь интересует? — спросила она.

— Пожалуй, нет. Спасибо, — поблагодарил Сергей Петрович.

— Тогда я пойду. Меня отец внизу ждёт. — Лиза вытащила пакет из сумочки, положила на столик рядом с собой и поднялась. — Здесь вся сумма. Все сто двадцать пять тысяч. Извините, что не смогла раньше отдать.

— Лиза, я не возьму эти деньги, — твёрдо произнёс старший Самойлов. — Не нужно ссорить меня с моим внуком. Если Рома отказался их брать, значит, у него на то были свои причины.

Лиза недоумённо взглянула на мужчину и не заметила, как произнесла вслух:

— Что же с вами так сложно-то?

— Разве? — задал встречный вопрос старший Самойлов и задумчиво покивал. — Охо-хо, я так давно живу на этом свете, что думал, что уже ничто и никто меня не сможет удивить. Но вы удивили. Лиза, скажите, где вы взяли эти деньги?

— Почему вы об этом спрашиваете? — удивилась Лиза. — Вот и Рома без конца задавал этот вопрос.

— Потому что сначала у вас не было денег, а теперь вдруг вы нашли всю сумму.

— Я не сделала ничего противозаконного, если вас это беспокоит, — поспешно ответила Лиза. — Я взяла их у бабушки.

— Знаете, как мы с вами поступим? — Сергей Петрович улыбнулся. — Вы вернёте эти деньги своей бабушке и скажете, что один вредный старик наотрез отказался взять их.

— Но…

— Никаких “но”, Лиза, — категорически заявил старший Самойлов, взял свёрток со стола и протянул своей гостье. — Это моё право распорядиться ими так, как я хочу! — настаивал он.

Они долго смотрели друг на друга, и каждый решал для себя трудную задачу.

“Может, и правда так будет лучше для всех?” — Лиза кивнула и взяла деньги.

Именно в этот момент входная дверь открылась и на пороге появился Рома. Он ошеломлённо уставился на гостью, стоящую посреди гостиной, перевёл взгляд на деда и негромко спросил:

— Что происходит?

— Странный вопрос. — Сергей Петрович хитро прищурился. — Меня что, уже не может навестить прекрасная девушка?

— Конечно, может, — издевательски протянул Рома, окидывая рыжую цепким взглядом. — Наябедничала уже?

Лиза выпрямилась и гордо вскинула голову. Странно, но у Ромы почему-то была разбита нижняя губа и расцарапан лоб, так обычно случается, когда с высоты человеческого роста рухнешь лицом об пол и забудешь подставить руки.

— Роман! — повысил голос старший Самойлов. — Где твои манеры?

— Надеюсь, ты не стал ничего брать у неё? — поинтересовался Рома.

— Мы только поговорили по душам. — Сергей Петрович знал, что беспокоит внука.

— Я пойду, — коротко бросила Лиза и шагнула к двери.

Рома, не оборачиваясь к двери, повернул ключ в замке у себя за спиной. Гостья смущённо посмотрела на хозяина квартиры, весь её вид говорил: ну вот видите, как можно спокойно разговаривать с этим человеком?

— Младший, а ну, немедленно открой дверь! — потребовал дед. — И выпусти девушку.

— Открою, — не стал препираться Рома. — Мы сейчас вместе пойдём. Ты просил зайти рассказать, как всё прошло. У отца получилось уладить это дело. Так что всё хорошо. Не волнуйся!

— Это точно? — Сергей Петрович выглядел обеспокоенным. — А то я тоже могу сделать пару звонков, куда следует.

— Нет, не надо. Давай с тобой потом поговорим, — предложил Рома и многозначительно покосился на гостью. — Я только провожу её домой и сразу вернусь.

— Не надо меня провожать, — возразила Лиза. — Внизу ждёт мой отец.

— Даже так. — Рома явно был удивлён этим фактом. — Что, Лиза, пришло время говорить?

— Да, самое время и говорить, и действовать, и раздать все долги.

Рома открыл дверь, подхватил Лизу под локоть и потащил из квартиры деда.

— Тогда начни с меня!

— Рома! — возмутился Сергей Петрович, но внук бесцеремонно захлопнул дверь перед его носом. — Ну вот что делать с этим мальчишкой? — спросил он, обращаясь к коту, который недовольно подёргал хвостом и отправился в свою комнату. — Вот-вот, никто меня не хочет слушать.

Лиза едва поспевала за Ромой. Они остановились возле лифта.

— Нам нужно поговорить, — недовольно буркнул Рома.

— Мы с тобой обо всём уже поговорили.

Створки лифта открылись.

— Я ведь извинился, — ровным тоном проговорил Рома и зашёл первым в кабину. — Я не думал, что ты туда полезешь.

— Почему не думал? — Лиза зашла следом. — Потому что для тебя это сущие копейки?

— Я их выкинул не потому, что это сущие копейки, а потому, что они мне не нужны, а ты заупрямилась и не захотела их забрать. — Рома отчего-то медлил и не запускал лифт. — Ты ведь не умеешь уступать, правда же?!

— Умею, — тихо произнесла Лиза. — Я ведь приходила не только долг отдать, а поговорить с тобой, но ты зациклился на этих деньгах.

— Это ты зациклилась на деньгах, — с нажимом в голосе проговорил Рома. — Вон даже до деда добралась, а он, между прочим, только после серьёзного лечения вернулся из-за границы.

— Я… — начала Лиза и смущённо замолчала, чувствуя, что как бы долго они ни спорили, что бы ни говорили друг другу, всегда будет две правды — его и её.

— Как можно быть настолько упёртой… — то ли спросил, то ли утвердил Рома, и тут до него наконец дошло, что она сказала. — Постой, а о чём ты со мной хотела поговорить?

— О твоём обещании, — негромко произнесла Лиза, думая о том, что зря она подняла снова этот вопрос.

— Послушай, я сказал это сгоряча. Понятно?! Мы ведь поссорились в тот день. Вспомни!

— Но зачем?

— Да не знаю я — зачем! — повысил голос Рома и подошёл к девушке. — Ничего ведь страшного не случилось! Я не старался выполнить своё обещание, да и ты вроде, — понизил голос, — особо не пылаешь ко мне чувствами, кроме ненависти, конечно, но это я, видно, заслужил.

— Я... — Лиза тоже хотела покаяться, сказать, что те страшные слова тоже были сказаны сгоряча, но Рома остановил её.

— Дай я договорю! Ты сказала, что тебе всё во мне ненавистно, но я другим не умею быть. И если честно, я никогда не думал, что тебе настолько трудно со мной, — удручённо проговорил он. — Знал бы раньше об этом, постарался бы не мучить тебя своим присутствием.

— Ром…

— Подожди! Возможно, мы с тобой говорим в последний раз, поэтому я хочу, чтобы ты знала. Я бы хотел никогда не говорить тех слов! Но слова сказаны, и их обратно не вернуть. — Завороженный взгляд Самойлова блуждал по лицу рыжей, словно он хотел изучить, запомнить каждую чёрточку. — И да, я сожалею об этом.

— Спасибо, — поблагодарила Лиза; ей очень хотелось ещё спросить о том, а правда ли ему было так невыносимо её присутствие, но сказать о таком, значит, окончательно расписаться в своей уязвимости. — Пожалуйста, давай уже поедем, — взволнованно предложила она и попыталась отойти в сторону. — Мой отец наверняка волнуется, что я так долго не возвращаюсь.

Рома опёрся о стену рукой, преграждая девушке путь к отступлению, но выполнил её просьбу — нажал на кнопку, и лифт быстро поехал вниз. Слишком быстро!

— Я бы очень хотел, чтобы наше знакомство началось иначе, — продолжал он. — Но нам не дано изменить прошлое.

— Ясно. — Лиза изучала подбородок Самойлова, боясь поднять голову и встретиться с ним взглядом. Странное ощущение от такой близости заставляло её сильно нервничать, а ещё почему-то хотелось плакать. — Я рада, что мы с тобой всё же поговорили, — совсем упавшим голосом сказала она.

— Лиза, — проникновенно прошептал Рома. — Я ведь никогда не думал, что ты…

Лифт остановился, и дверь открылась.

— Елизавета Павловна, — строгим голосом проговорил Павел Анатольевич, одаривая колючим взглядом парня. — Что так долго? Я уже начал волноваться!

Лиза присела, чтобы выбраться из кольца рук Самойлова, и вышла из лифта.

Вот и всё! Она хотела поставить точку в этой истории. Она её поставила!