Глава 21

Вилмер

Когда-то мне казалось, что верх кайфа — это получить на Рождество желанный подарок. После я думал, что верх — это секс с понравившейся девушкой. Потом мне вставляло работать полицейским и ловить преступников. Потом — раскрывать преступления, работая агентом ФБР. Потом — пробовать запретные плоды. Такие, как секс втроем и… другие интересные его практики.

И только сегодня я понимаю, что такое истинный кайф. Сносящий крышу. Разгоняющий сердце на максимум. Туманящий разум и дарящий ощущение непобедимости. Кайф от того, что твоя любимая женщина наконец сдалась. Она признала твое превосходство и добровольно отдается в твои руки.

Я чувствую себя гребаным королем мира!

Смотрю экшен на сцене, а у меня перед глазами не чужая саба, а моя Ванесса. Это она извивается в путах. Она стонет, когда Мастер цепляет ей зажимы на соски. Она закатывает глаза от удовольствия, когда ее промежности касается вибратор.

Невольно тяну руку к колену Ванессы. Касаюсь его, легонько сжимаю. Хочу не легонько. Я жажду сжать всю Ванессу и подмять ее под себя. Почувствовать нежное тело, которое будет извиваться подо мной. Хочу слышать ее сладкие стоны, слетающие с пухлых губ. Ловить развратные взгляды невинных глаз. Доводить до исступления, а потом дарить освобождение.

Мне приходится напомнить себе слова Гранта о том, что одним из главных достоинств Доминанта является выдержка. Этим мы отличаемся от нижних. Поэтому скользящая под подол платья Ванессы рука в какой-то момент тормозит, пока я не зашел слишком далеко. Нам еще предстоит обсудить ее границы. Так что мне приходится остановиться, чтобы не пересечь их раньше времени.

— Есть зоны, на которые нежелательно воздействовать паддлом, если не хочешь нанести вред, — поясняет Грант, вырывая меня из похотливых мыслей.

Он озвучивает тонкости использования паддла, а я изо всех сил стараюсь слушать внимательно и вникать. Это важная информация. Я уже читал про это, но у меня сейчас состояние крайнего возбуждения. Не только физического, но, в первую очередь, эмоционального. А в таком состоянии тяжело мыслить здраво. Так что мне приходится вернуть себя в реальность, чтобы не пропустить ни одной важной детали.

Грант покидает нас с Ванессой практически в самом конце показательного экшена. Меня подмывает задать ей несколько вопросов, чтобы выяснить, почему она все же пришла ко мне. Но я молчу. Возможно, стараюсь избежать разочарования, если услышу не то, что хочется.

Когда экшен подходит к концу, я размышляю, стоит ли вести Ван в приватную комнату. Но потом все же решаю, что нам надо поговорить наедине и… я бы не отказался поиграть сегодня. Совсем немного, просто чтобы покормить внутреннего зверя.

Помогаю Ванессе подняться и веду ее к бару, где беру ключ от комнаты. Мы молча следуем по коридору. Отперев дверь, пропускаю Ван вперед и закрываю за нами.

Пройдя чуть дальше, Ванесса поворачивается лицом ко мне и опускает взгляд в пол.

В комнате, как и во всех остальных, негромко играет музыка. Можно выключить эту и включить ту, что нравится больше. Но чувственные мотивы пока целиком и полностью устраивают меня. Здесь царит полумрак, а красные диодные ленты со стены отбрасывают свет, подсвечивая лицо моей сабы. Здесь особая атмосфера, и сейчас она особенно остро ощущается между нами.

— Нам нужно обсудить твои пределы, Ванесса, — произношу я, а она молча кивает, не поднимая головы. — Поскольку ты пришла добровольно, полагаю, ты готова на многое.

— Почти на все, Мастер, — тихо произносит она.

— Почти, — повторяю это слово, катая его на языке. — На что ты не готова? Назови свои жесткие пределы.

— Жесткие практики, — перечисляет она. — Медицинские игры, поцелуи и секс.

Когда она называет последние два пункта, я хмурюсь.

— Поцелуи и секс? — переспрашиваю и делаю шаг к ней.

— Да, Мастер.

— Почему?

— Потому что я замужем. Я не изменяю мужу. Ни в какой форме.

Эти слова заставляют мою кровь кипеть.

— То есть, то, что ты пришла сюда, — это не измена?

— Позвольте мне самой определять степень моего морального падения, — произносит немного раздраженно, а потом быстро добавляет: — Простите за дерзость, Мастер.

— Дерзость должна быть наказана, правда, Ванесса?

— Как скажете, Мастер, — покорно отвечает она, а я бешусь.

Просто, блядь, в ярости от того, что я могу ее касаться, но не целовать и не трахать! Я, черт подери, хочу владеть Ванессой полностью!

Дышу, пытаясь успокоиться и напомнить себе, что ее появление в клубе — это только первый шаг. И пусть все идет своим чередом. Я даю себе обещание, что рано или поздно Ванесса окажется в моей постели. И плевал я на ее мужа и моральные терзания! Она будет моей, что бы ни случилось!

— Сними платье, — командую, взяв себя в руки.

Ван бросает на меня быстрый взгляд, а потом стягивает тряпицу через голову. Отбрасывает платье прямо на пол, а я пялюсь на нее, словно подросток, впервые увидевший практически обнаженную женщину.

Ванесса подготовилась. На ней тонкие чулки с кружевными краями. Они пристегнуты к корсету, едва прикрывающему грудь. Туфли на высокой шпильке дополняют сексуальный образ. Все это мгновенно превращает милую девушку Ванессу в горячую женщину, которую хочется трахать до звезд перед глазами.

Обхожу Ван по кругу, оценивая и округлую маленькую попку, и красивую узкую спину, и стройные ноги, и роскошные волосы. Зажимаю между большим и указательным пальцами тонкую прядь и тру ее, наслаждаясь шелковистостью ее волос.

Останавливаюсь у Ванессы за спиной и, подавшись вперед, касаюсь ее уха губами. Она вздрагивает, и в тусклом освещении я вижу, как ее шея покрывается мурашками.

— Иди к скамье для порки, — тихо командую я.