Глава 12
Макса я так и не увидела, пока не пришла пора возвращаться в родительский дом. Чемодан остался лежать нетронутым, и я закрыла квартиру с большим сомнением, помнит ли братец о вещах.
– Даже не позвонила! – упрекнула мама, как только увидела меня на пороге, а потом раскрыла объятия и крепко зажала в своих руках. – Ну что, признавайся, почему про мать родную забыла? Есть какой-то сюрприз?
– Нет. – Я попыталась вздохнуть. – Мам, дышать нечем!
– А, прости! – Родительница подхватила чемодан и откатила в угол. – Ну как? Переключилась? Рассказывай! Ты что-то не загорела почти.
Конечно, не загорела! Потому что и отдыха толком не было – одно нервомотание.
– Мам, я переодеться сначала хочу…
– Ой, точно! Ты же с дороги! Кстати, а что Тоша тебя не проводил до двери? Надеюсь, ты по ступеням чемодан не одна поднимала? Он помог?
– Угу, – буркнула я, чувствуя себя виноватой за ложь.
Честно говоря, немного не понимала, почему мама с приходом Макса так резко взялась сватать меня за Антона. Да еще эта поездка, сумасшедшая и внезапная, которая обернулась черт знает чем…
И не то чтобы я не хочу замуж, просто рано. Да и сейчас, со всеми этими подозрениями отчима, я точно не хочу спешить.
Я приняла душ второй раз за день, переоделась и даже подремала. Дальше тянуть время не могла и вышла с повинной головой на кухню под обстрел вопросов.
– Как тебе там? Говорят, место просто незабываемое! – щебетала мама, сидя за столом. Чай дымился в чашках, стрелки часов клонились к концу рабочего дня, а это значило, что до прихода отчима мне осталось продержаться не так уж много.
– Да, понравилось, – я старалась говорить бодро, но чувствовала пластмассовость собственного голоса. – Место шикарное!
– Покажи фотографии! – Мама тут же подсела рядом и показала глазами на телефон.
А у меня ни одной фоточки! Вот ни единой!
– Мы так хорошо отдохнули, мам, что забыли сфотографироваться на память.
– Да? Как жаль. Но, знаешь, я даже рада! Значит, вам было чем заняться. – Мама выжидающе посмотрела на меня. – Там ничего не случилось? Например, жутко романтичного предложения?
Нет, мам, там случилось кое-что покруче! Но об этом сказать не могу.
Женщины иногда понимают друг друга по глазам. С минуту мама молчала, потом сжала руку на моей коленке и сказала:
– Все будет хорошо!
Я удивленно посмотрела в ответ. Что именно она имеет в виду? Фраза звучала будто с двойным дном…
Мама отошла в туалет, а я смотрела на экран ее телефона. Внезапно пришло сообщение от абонента «Света Ногти»:
– Сделал чисто.
Опечатка? Или…
Рука потянулась к телефону, но я остановила себя. Хватит параноить! Еще маму не хватало подозревать!
Я снова посмотрела на мобильник, чувствуя, как продолжает грызть изнутри червячок сомнений.
Это все Макс виноват! С его возвращением мой мир перевернулся с ног на голову. Вокруг творится не пойми что!
Я резко встала из-за стола, решив, что нужно как можно быстрее разобраться во всем. Хватит смотреть, как мир катится под откос. Отчим просил присмотреть за Тошей, этим и займусь.
Вспомнишь солнце – вот и лучик. Антон отписался, что завтра выходит в компанию отчима, поэтому мы не увидимся.
Безликое сообщение прошлось по нервам, только накаляя ситуацию. Никакого звонка, никаких нежностей, никаких вопросов. Что ж, сам виноват, что завтра для тебя мое присутствие будет огромным сюрпризом!
– Ты что такая нервная? – спросила мама, заходя.
– Просто устала…
Дверь хлопнула, и я дернулась посмотреть, кто же пришел. Выскочила в коридор и разочарованно поприветствовала:
– Привет, дядя Вов.
– И тебе не хворать! Как отдохнула?
Несколько минут мы перебрасывались ничего не значащими фразами, пока мама порхала вокруг, накрывая ужин. Но стоило ей ответить на звонок, как отчим мгновенно перестроился:
– Даш, сможешь начать с завтрашнего дня? Антон тоже выходит. Маме скажем, что ты по просьбе руководителя вносишь коррективы в диплом. Не надо ее волновать.
– Хорошо. Как раз хотела об этом поговорить…
– Помнишь, о чем мы с тобой договаривались? Постарайся быть непредвзятой. Я очень на тебя рассчитываю. Думаю, если все пойдет как надо, то мы либо убедимся, либо снимем подозрения за несколько дней.
– Так быстро?
– Не думаю, что Антон будет тянуть, если ему что-то действительно надо. Это не в его же интересах.
Отчим говорил так убежденно, будто уже поставил на моем парне крест.
– А где Макс? – внезапно спросил отчим.
Мама, заходя, услышала последний вопрос и нараспев напомнила:
– Забыл, что он уехал на несколько дней к друзьям? Уже соскучился?
– Я пойду. – Яя встала из-за стола.
– Но ты не поела!
– Хочу спать!
В расстроенных чувствах я ушла в комнату, чувствуя, будто у меня внутри такой бардак, будто все смыло цунами. Какие-то колкие осколки подозрений, обрубки недомолвок, испорченные воспоминания.
Нет, нужно срочно провести генуборку с помощью правды. И я безумно рада, что можно начать завтра же, не откладывая. Иначе я бы сошла с ума!
Сказать, что Антон был удивлен, увидев меня в компании отчима, – значит ничего не сказать.
В первые десять минут он настолько погрузился в ознакомление и подробности обустройства, о которых ему рассказывал помощник дядя Вовы, что два раза прошел мимо меня и не заметил. Только когда я встала и пошла к кулеру, его взгляд зацепился за меня, проскользнул дальше, а потом снова вернулся. Глаза расширились, лицо вытянулось от удивления, сам он подскочил, меня в стороночку отволок и спросил:
– Ты что здесь делаешь?
– С дипломом заканчиваю. Руководитель сказал поменять кое-какие данные, – рассказала заготовленную легенду. – Ты что шепчешься, будто меня тут быть не может? Так удивлен?
– Просто не ожидал увидеть. – Тоша поправил галстук и обеспокоенно спросил: – Как я выгляжу?
– Прекрасно. – Я улыбнулась и почувствовала прилив нежности.
Нервничает же – невооруженным взглядом видно. И желает всем сердцем произвести хорошее впечатление на отчима. Ну как он может быть злодеем? Не верю!
– Ты не поправишь мне галстук? – Тоша огляделся по сторонам, убедился, что в коридоре никого, и добавил: – А то у меня сегодня руки из одного места.
Вот точно нервы! Да безобидный он, как карманный щеночек!
– Стой ровно. – Я развязала его галстук, взяла два конца в руки и попросила: – Наклонись немного.
Я давно не тренировалась, поэтому делала это медленно, стараясь сделать все как следует с первого раза. Не хотелось опростоволоситься!
И вот когда узел галстука почти был затянут, кто-то сзади обхватил мои руки, сжал концы и натянул так, что Тоша выпучил глаза и схватился за удушающий поводок.
– Для приведения себя в порядок существуют уборные, Антон Батькович, – раздался около моего уха ехидный голос Макса.
Я отбросила его руки, оттолкнула его и развернулась на пятках:
– А ты что здесь делаешь? – спросила я.
– К отцу пришел.
Тоша расслабил галстук и уже собрался броситься с кулаками на Макса, с лица которого не сходила провокационная улыбка, и я поспешила встать между ними.
– Тоша! Не надо! Это твой первый день! Только драки не хватало!
– Ты! – Антон ткнул в грудь Макса, а тот схватил его палец и вывернул до болезненного шипения.
– Макс! – заорала я, и народ стал собираться в коридоре.
– Что здесь происходит? – раздался громоподобный голос отчима.
Макс высокомерно приподнял брови, Тоша ответил тем же. Никто не хотел первым прервать войну взглядов. Оба уверены в собственной правоте, однако кто-то из них точно затеял грязную игру.
Я даже растерялась, до того правдоподобно выглядело их оскорбленное достоинство.
Один взгляд дяди Вовы – и всех зевак как ветром сдуло. Только эти два упрямца продолжали схватку взглядами.
– Макс, жду тебя у себя! – вмешался Владимир. – Антон – продолжай знакомство с компанией, Даша тебе поможет.
Отчим развернулся и ушел, не оглядываясь, а мой сводный братец перевел на меня взгляд. Точнее, на мою шею.
Протянул руку и провел большим пальцем по моему горлу, а потом посмотрел на остаток толстого слоя тонального крема на подушечке пальца.
– Убери от нее руки.
– Она моя сестра. Я имею ее… – Макс сделал паузу, глядя со смешком, как я округлила глаза, и поправил себя: – Я имею больше прав к ней прикасаться.
А потом подмигнул мне, указывая на палец в тоналке.
– Маскировка восьмидесятого уровня! – протянул Макс и посмотрел на Антона как на дурачка. – Сочувствую.
Похлопал того по плечу и пошел за отчимом следом, насвистывая довольную мелодию.
Я прижала голову к подбородку:
– Мне надо в уборную! Я сейчас!
Только бы не заметил! Только бы не увидел! Я потратила с утра сорок минут на маскировку укусов и засосов на своем теле не для того, чтобы меня так позорно разоблачили!
Я встала в туалете перед зеркалом и посмотрела на отражение. Макс точно знал, где стереть! Алое пятно открылось и было видно издалека!
Хорошо, что тоналка с собой!
Антона я нашла на своем месте, в уголке, который определили мне. Вот только он не ковырялся в моем ноутбуке, а лазал по стационарному компьютеру с жутко заинтересованным видом.
Рука на мышке дергалась так быстро, будто он спешил. Глаза метались по экрану, брови насупились.
Я тихонечко шла за спинами офисников, стараясь держаться вне поле зрения.
Это место мне выделил отчим, так как оно было очень удобно тем, что монитор не был развернут ко всем, как все остальные. Стол использовался как запасной, как и компьютер, и за ним редко кто сидел. Не любил отчим, когда на работе занимаются не работой, оттого все мониторы были повернуты так, чтобы было видно экран.
Все, кроме этого.
Я второй раз подумала об этом, а внутри словно звучала предупреждающая сирена.
Даш, хватит гадать, давай подберись и глянь, что он там с таким видом изучает!
Конечно, на этих компьютерах не было доступа к закрытым файлам компании, но было чем поживиться. И я уверена, что отчим оставил приманку на самом видном месте.
Меня бросило в пот. Вот еще два шага, и я загляну в монитор, будто в душу своему парню…
– Даш, ты что крадешься? – спросил ближайший сосед по столу так громко, будто издевался.
Миша, тигр его за ногу тяп! Ну как же ты вовремя!
Конечно, Тоша тут же закрыл, что смотрел, и я упустила прекрасную возможность.
Игры и праздное лазание по соцсетям отметались сразу: на компах стоял запрет на посторонние сайты. Тогда что он так поспешно закрыл?
– Пойдем, покажу тебе, что знаю. Правда, гид из меня тот еще, – сказала и прикусила язык, а то еще Тоша попросит кого покомпетентней, и тогда я не смогу присматривать за своим парнем.
Мы прошлись в ознакомительной экскурсии по отделам компании, я вкратце рассказала о работе каждого, заодно пояснила, где обитала на практике. Неожиданно наш разговор прервал помощник отчима:
– Простите, Антон, вас просят пройти к Владимиру Анатольевичу.
Зачем это? Что-то случилось? Или я становлюсь дерганой?
Я села за отведенный столик и стала шлифовать дипломную работу. Прогоняла через редакторскую программу, улучшала качество слога – в общем, занималась бесполезной деятельностью, потому что диплом и без того был одобрен руководителем – защищай не хочу!
Конечно, надо было бы с головой уйти в повторение, но я себя знала – сейчас это бесполезно. Тем более так как работу я писала по тщательно изученной компании отчима, а не брала абстрактную, то каждую цифру добывала сама, каждую информацию, и могла начать рассказывать с любого места.
На добрую половину дня Тоша и вовсе пропал, а я сходила с ума от беспокойства. Неужели отчим так быстро нарыл что-то против него?
Но ближе к вечеру парень показался, сияющий, как натертый пятак.
– Ты что такой довольный?
– Потому что твой отчим – это что-то! Настоящий профи! Он столько времени мне уделил, что я поражен! Не думал, что у него есть желание со мной возиться.
– Он рассказывал о компании?
– Слушал мой бизнес-план, подсказал и кое-где указал на ошибки, рассказал, сколько шишек набил, и даже показал, где набью я! – изо рта Тоши лился полный восторг.
Ну вот как он может быть крысой?
Вечер закончился для нас двоих походом в ресторан. Парень настолько вдохновился компанией, что не мог остановиться и все рассказывал и рассказывал, а я в ответ улыбалась и кивала, все больше убеждаясь, что волнуется отчим зря.
Но… Зачем Максу действовать так грубо? Этого я тоже не понимала. Если бы он хотел избавиться от Тоши, мог бы просто разрубить узелок, рассказав, что между нами было при первой встрече. Не сохранял же он мне лицо, в конце концов? Или просто знал, что в таком случае не видать ему меня как своих ушей?
Зря я надеялась, что сегодняшний день все прояснит. Он только больше запутал.
– Даш, – внезапно прервал свой поток восторга Тоша, – а давай сегодня ко мне?
И подмигнул.
К нему?
– Эм-м-м… – я поймала себя на том, что ищу повод, чтобы отказаться, и застыла.
И давно так? Это все Макс! Почему я сразу думаю об этом демоне?
Вот же мой парень! Вот! Так почему я чувствую себя так, будто собираюсь изменить?
“Мам, можно я останусь у Тоши?” – написала родительнице, надеясь, что она найдет повод для моего отказа.
“Конечно”, – пришло в ответ, и я укусила губу.
– Во! И мама не против! – заглянул в мой телефон Тоша, обрубив последний спасательный канат.
Стоило стрелке часов перевалить за десять вечера, а нам с Тошей как раз засесть за просмотр романтического фильма, как мой телефон сошел с ума.
Точнее, крыша поехала у одного конкретного индивида – Макса.
Сначала ничего не значащие сообщения, которые я могла отбивать оправданиями для Антона: “спросил книгу”, “не нашел флэшку”, “одолжил наушники”.
Ну а потом пошли фото и видео, после которых я нажала на кнопку отключения телефона со словами:
– Иначе не отстанет!
Тоша косился на меня, но старался не портить удивительный для него день. Даже фильм постоянно ставился на паузу, чтобы он еще раз поделился впечатлениями.
Ну разве может такой горящий идеей человек думать еще о подпольной деятельности?
Съемная квартира-студия, в которой мы сидели, находилась в спальном районе города, где было тихо и спокойно, но в этот вечер внизу какой-то прекрасный человек нашел гуделку у своей машины и упорно ее мучил.
Потом произошла драка в подъезде, на лестничной площадке прямо за дверью, с полным комплектом последствий: вызовом полиции, громкой руганью и опросом свидетелей.
Тошу и еще одного соседа попросили быть понятыми. Вечер из прекрасного становился ударным. И под конец, словно вишенка на торте, нас затопила квартира сверху.
К ночи, когда со всеми проблемами мы справились, казалось, что от хорошего настроения ничего не осталось. Рухнули на разобранный диван, выключив так и не досмотренный фильм, не чувствуя под собой ног.
В квартире наступила тишина, и я поймала себя на мысли, что даже радуюсь невзгодам, потому что они утомили Тошу.
И тут, словно услышав мои мысли, парень потянулся ко мне рукой под одеялом.
– Как смотришь на то, чтобы мы…
– Я еще в душе не была! – Я вскочила и понеслась в сторону ванной, всем сердцем надеясь, что он заснет, пока я выйду.
– Давай вместе! – встал он на локти.
– Нет! Не надо! Мне нужно… самой! – Я поспешно схватила чистое полотенце и побежала в ванную.
Черт! Черт, черт, черт!
И это не вызов Макса, нет! Это мое понимание, что я избегаю близости с Тошей, как могу.
И чувствую себя так, будто изменяю сводному демону, а не своему парню!
В душе я провела полчаса, вышла на цыпочках, прислушиваясь к тишине дома. Уснул?
– Ну наконец-то! Я чуть не вырубился! – раздалось в темноте. – Иди сюда!
Паника охватила меня с ног до головы. Мозг заметался в поисках путей отступления, я категорически была не готова, чтобы у нас случилось здесь и сейчас.
Нет! Надо разобраться во всех этих фотографиях, тогда меня отпустит. Да!
– Зай, у меня живот разболелся.
– У тебя что, эти дни?
– Не знаю, живот болит дико.
– Ну ладно, ложись. Давай обниму…
Объятия Тоши сегодня казались какими-то не такими. Сначала холодными, потом слишком жаркими. Впервые было неудобно спать в обнимку.
Утром я заехала домой переодеться, и первым, кого увидела, был разъяренный дьявол…
– Я думал, ты не посмеешь ночевать у него, когда твоя шея больше напоминает леопардовую шкурку, – процедил Макс, следя за моим движением так пристально, что хотелось смахнуть взгляд. – Что с твоим телефоном? – продолжал задавать вопросы парень. – Какого хрена ты его выключила? Зарядки нет?
Я молча сняла обувь и прошла мимо, но он поймал меня за руку, дернул на себя и другой рукой поймал за подбородок. Приподнял мое лицо, покрутил и спросил:
– Снова замазала? Так и спала? Удобно? – Сводный демон все сильнее сжимал подбородок. – Зато я теперь уверен, что вы не спали!
– Для позы раком не нужен доступ к шее! – мне захотелось дерзнуть в ответ, чтобы выпутаться из сетей, в которые снова угодила. Хотелось показать себя смелой и готовой на все оторвой.
– Что? – обманчиво тихо спросил Макс.
– Что слышал! – сказала громче, глядя прямо в лицо парню.
– Повтори еще раз мне прямо в лицо. Скажи, глядя в глаза, что ты с ним вчера спала… – говорил Макс, но весь его тон так и транслировал: “Только скажи это! Только посмей!”
– Я… – начала я бодро. – С ним… – а вот тут я уже запнулась, видя, как бешеный зверь смотрит на меня из глубины зрачков.
– Ну же… договаривай, – прошептал в губы Макс, больно сжимая пальцами подбородок.
– Пусти! – Я завертела головой, вырвалась из хватки, но угодила в капкан рук.
– Пока не скажешь, было ли что-то между вами этой ночью, не уйдешь. Или я сейчас же отправлюсь проверять.
– И как же?
– В постели. Показать? – Макс взял меня под коленки и поднял на руках вверх.
– Поставь! Макс! Мама сейчас услышит!
– Она уехала к тете Оле. Тебя никто не услышит… – это прозвучало так многообещающе, что у меня на секунду перехватило дыхание.
– Меня ждет Тоша! Он в любой момент может подняться! – выбивалась я из рук.
– Отлично! Давно пора раскрыть младенцу глаза, – зло пробормотал Макс, открыв с ноги дверь в свою комнату.
– Ты не посмеешь! – Я ущипнула парня за плечо.
– Еще как посмею! – заверил тот.
– Я буду кричать! – Я укусила его за шею, но демон только сжал зубы.
– Конечно! Ты будешь кричать от страсти, а я еще открою окно, чтобы Антон узнал голос любимой, – пламенно пообещал он.
И швырнул меня на свою кровать…