Глава 6
Мы замерли друг напротив друга, словно кролик перед удавом.
– Вы что, еще не спите? – внезапно в конце коридора показался отчим, сонно потирая глаза.– Очередь на купание? Во даете! Запылились…
И, что-то ворча про странную молодежь, дядя Вова прошел мимо в сторону кухни.
Я воспользовалась заминкой и ускользнула от очередной словесной баталии, радуясь, что она не переросла в баталию телесную.
Ночью меня мучили кошмары. В них паук с лицом Макса опутывал меня паутиной, а я барахталась, не в силах выбраться.
Зато утро началось прекрасно – с огромной корзинки цветов! И я была рада безумно, хотя адресовалась она не мне, а маме, но посланником алых бархатных красотов был Антон. Он стремился загладить неприятный инцидент, и я была этому искренне рада. Мама тоже оттаяла, а отчим забавно повел бровями и сказал:
– Да ладно, а что было-то?!
Судя по всему, Антон дома позлился, спустил пар, подумал и решил немедля реабилитироваться в глазах моей семьи. На Макса он даже не смотрел, словно он пустое место, атаковал сначала маму ненавязчивыми комплиментами, а потом дядю Володю любимой темой – строительным бизнесом.
Тоша быстро нащупал благодатную почву, еще при первой встрече, но я никогда не видела, чтобы он с такой прытью обсуждал рабочие моменты.
– А что ты этим так интересуешься? – неожиданно спросил отчим.
– Подумываю начать свой бизнес. Сначала с нескольких бригад мастеров, потом расшириться… – эта новость из уст Тоши была сюрпризом и для меня.
Владимир весь загорелся азартом, словно сам окунулся в юность, и начал в красках расписывать, как лучше действовать и с чего начать. Слабые места сферы, откаты, подходы и манера поведения – он затронул все.
С каждым вдохновляющим словом отчима Антон расправлял плечи, а Макс, как бы ненароком бродящий мимо, темнел.
Антон, не подозревая, нащупал и слабое место сводного братца. Макс не хотел работать в одной сфере с отцом, а тут парень на глазах исполнял мечту Владимира.
– Вот поженитесь, станешь мне вторым сыном, буду поддерживать тебя во всем! – ободряюще похлопал дядя Вова по плечу Антона, и чашка в руках Макса полетела вниз, оставляя ручку в плотно сжатом кулаке.
– Максимка, осторожней! – всплеснула руками мама, бросившись за шваброй.
Сводный братец посмотрел на своего соперника в отцовском внимании, потом на меня и провел рукой по горлу, показывая, какая участь ждет кое-кого быстрого.
– Я сам! – забрал швабру из маминых рук парень и убрал мокрое пятно от кофе.
– Ой, веник! – воскликнула мама и спешно ушла.
Антон сидел лицом ко мне, а отчим – спиной. Я же поджала под себя ноги на кресле, давая возможность мужчинам спокойно обсудить вопросы за столом и не влезая в деловые разговоры.
Внезапно швабра махнула около моего кресла, а потом Макс стремительно наклонился ко мне и оставил ожог поцелуя на губах.
Не успела оттолкнуть демона, как тот встал и с победным видом обернулся.
А Антон все профукал! К моему облегчению и к досаде сводного изверга.
– Что это было? – спросила тихо мама, вставая за креслом, на котором я сидела. Ее приближения никто из нас не заметил, и теперь на нас надвигалась лавина непонимания.
Душа чуть не вылетела из тела от неожиданности!
Макс дернулся, не ожидая такого внезапного свидетеля: спектакль-то рассчитан на сидячие места. А тут проверка с черного входа!
Боже! Мама… Сейчас она… Она…
– За мной! – мрачно шепнула очевидец выходки и зашуршала тапками в сторону гостевой.
Мы переглянулись с Максом.
– Доигрался?
Парень поджал губы, нахмурил лоб, но не сказал ни слова. Пошел первым, а я еще несколько секунд смотрела вслед, не зная, что же сказать, чем оправдаться. Взгляд заметался по кухне и упал на лакричную конфету в виде трубочки.
Я схватила ее, откусила кусок и отломала еще один. Догнала Макса у самой двери и сунула в руку кусок нашего спасения:
– В рот засунь! – тихо объяснила, что от него надо, ожидая тупого упорства барана.
Макс обернулся, открыл рот, чтобы возразить, но потом посмотрел на выражение отчаяния на моем лице и молча засунул в рот кусок лакричной палочки.
Мама развернулась и вопросительно посмотрела на нас, уперев руки в боки:
– Скажите, что это мне показалось…
То ли просьба, то ли обвинение, то ли что.
– Ма-а-ам! Ну что ты подумала? Я просто взяла последнюю палочку, а он откусил!
Родительница подозрительно посмотрела на меня, и я так и читала на ее лице: не поверила. Тогда я показала кусок палочки во рту и покосилась на Макса.
Тот недовольно скривил губы, будто у него была совершенно другая тактика поведения и планы, а я их нарушила, но уступил: показал зажатую между зубами палочку.
Молча.
Оставляя оправдываться меня.
Мама словно хотела еще что-то сказать, поэтому кусала губы в сомнении. Смотрела внимательно на меня и с большим сомнением на Макса.
– Что-то между вами происходит, ребята. Мне это не нравится! Володе не понравится еще больше! Даша, пошли!
Мама потащила меня за собой в столовую, усадила рядом с Антоном и сама села около супруга.
Тоша встретил мое появление скользящим взглядом, а мама откашлялась.
– Антон, у меня для вас с Дашей подарок! – объявила родительница, и отчим удивленно повернулся к дражайшей жене.
– Какой? – я совершенно растерялась от такой смены темы.
– Поездка на три дня в самый романтический город мира – Париж. Даше нужно переключиться перед защитой диплома, а что может быть лучше такой смены обстановки, да еще с любимым мужчиной? – Мама подмигнула Тоше, будто на что-то намекая.
– Спасибо, мам, дядя Вов! – Я разрывалась от счастья, потому что всегда мечтала поехать в Париж, и мама это знала.
Мой парень точно не знал ничего, потому что несколько секунд молчал, переваривая, а потом сказал с сомнением:
– Я попробую взять выходные.
– Да увольняйся, – подмигнул отчим Антону и будто глазами пытался сказать что-то еще, подталкивал к какому-то действию.
Неужели мама мотивирует Антона сделать мне предложение в романтической обстановке?
Как-то это… неправильно, когда родители половину организовали. Да и не рано ли? Как-то я не уверена, что готова сейчас…
– Вот и отлично! – Мама оглянулась на коридор, будто ждала появления демона, и сказала: – Закажу путевки на послезавтра. Что скажете?
– Я поговорю с начальством. Даже если не получится, как я могу проигнорировать такую вашу поддержку? – кивнул Антон. – Даже если останусь без работы, быстрее начну дело.
– Не переживай, там видно будет, – довольно сообщил отчим, переводя одобряющий взгляд с меня на Антона.
Макс вошел в гостиную с таким загадочным видом и голливудской улыбкой на лице, что было совершенно не понять, что же скрывается внутри.
– Дорогая! – постучала и позвала мама этим же вечером. – Можно?
– Конечно, заходи! – Я потушила экран планшета и отложила его в сторону. – Что случилось? Почему на тебе лица нет?
– Опять французы бастуют. Такое ощущение, что, когда им надоедает работать и хочется выходной, они выходят с транспарантами и что-то требуют. Национальная забава такая. А ведь толку-то никакого!
– Это значит…
– Нет! Не думай, что поездки не будет! Мой менеджер по туризму уговорила меня на одной райское местечко. Лететь, правда, дольше, чем до Парижа, но зато настоящий рай на земле. Ты только представь: бунгало, голубое море, песок и вы двое!
– Звучит как мечта! – согласилась я с мамой, ободряюще улыбаясь, отчего та сразу же повеселела.
– Тебе нравится? Фух, камень с плеч! Отлично! Тогда завтра вечером у вас вылет, полет займет восемь часов, как раз поспите в самолете, и с утра заселение. И три дня ваши! Полностью!
– Мам, спасибо большое! Я уже туда так хочу! Даже если Антон сейчас напишет, что не смог договориться с начальником,
Тоша уехал сразу после разговора в столовой, чтобы завершить дела в выходной. Он работал в деловом центре менеджером по работе с клиентами и всегда жаловался на босса-фанатика, который все выходные проводил на рабочем месте. Поэтому его рвение в воскресенье было вполне оправданным: так он мог напрямую договориться с начальством и раскидать текущие срочные дела авансом.
Я не дергала его звонками и сообщениями, ожидая непременно радостных новостей. Мне казалось, что Антон зря боялся насчет увольнения, потому что знала: он в компании на хорошем счету. Шефу проще дать ему три дня, чем готовить нового кадра на место.
Но вечерний звонок меня удивил:
– Я уволился, – в трубке раздалось молчание, а я сама подбирала слова несколько секунд.
– Почему? Шеф против?
– Мы поругались. Он был не в духе, спустил на меня всех собак и сделал козлом отпущения, – мрачно объяснил Тоша. – Я терпел, пока он не стал орать на меня и обзывать на чем свет стоит. Я не груша для битья…
Парень замолчал, и я заполнила паузу:
– Все к лучшему, ты сам говорил, что хочешь начать дело. У тебя же есть какие-то накопления…
Я тактично намекнула на его счет, прекрасно зная, что бережливость – одна из основных черт Антона. Он всегда экономно подходил к нашим гуляниям и тратам, объясняя, что ему нужен буфер для бизнеса, чтобы встать на ноги, и я полностью его в этом поддерживала.
– Хм… – почему-то Тоше не понравилось упоминание его ресурсов. – Лучше скажи, что там у нас с поездкой?
– Мама сказала, чтобы ты ей позвонил, она тебе все объяснит и скинет. Какой-то у нее странный полусюрприз выходит, – замялась я.
Стоило мне подумать, что мама подталкивает Тошу к предложению, как мурашки по позвоночнику бежали. Сегодня я даже попросила ее не вмешиваться и позволить всему идти своим чередом, на что она ответила чудное:
– Как бы не опоздать!
И быстро выскользнула из комнаты, зачем-то проверив, закрывается ли моя дверь.
Хотя почему “зачем-то”?! Все очевидно: она вознамерилась обезопасить нас с Максом от запретных отношений. Неужели тогда на кухне она что-то заподозрила, а когда увидела поцелуй, то уверилась в догадках?
Вечером следующего дня пожелания доброго пути не были омрачены ни единым колким взглядом, не испорчены ни единым ядовитым словом Макса. Я даже сначала не верила и постоянно дергалась: вдруг появится словно черт из табакерки и все испортит?
Но его с самого утра след простыл. Даже не завтракал дома.
Куда он делся, не знали ни родители, ни я. Одно известно: “Ушел по делам. Сообщу”, – значилось в записке не холодильнике.
Неужели мама его отрезвила? Тогда это просто замечательно! Одумался наконец.
В самолете я проспала почти весь полет, проснувшись лишь за полчаса до посадки. Ночь, тропики, любимый рядом… Что может быть прекрасней?
Траснфер довез нас до лодок как раз к рассвету, и смуглый коренастый местный житель ловко погрузил наши два небольших чемодана на лодку и поплыл вместе с нами к райскому острову.
Пальмы словно распрямлялись под нежными лучами восходящего солнца, подставляли ветви. Бунгало стояли в тени, а впереди раскинулась полоса золотого песка. Море голубело на глазах, отдавало в бирюзу все больше с каждой секундой, и, когда мы причалили, все вокруг заиграло красками романтики.
– Как тут красиво! – восхитилась я, оглядываясь по сторонам, пока Антон нес за ручки наши чемоданы к бунгало с красивой цифрой семь. Как по мне, так одни хорошие знаки!
Тоша отчего-то выглядел хмуро.
– Ты не выспался?
– Нет, все хорошо, – тут же сменил выражение лица на довольное парень. – Просто задумался.
– О чем? – Я подмигнула. – О работе? Не переживай, помнишь, что отчим сказал?
– Да вот от этого мне и неудобно! – скованно пожал плечами Тоша, ставя чемоданы на крыльцо.
Дядя Вова перед нашим отъездом, как только узнал, что Макс поссорился с начальником, сказал:
“Все надо делать в нужный момент. Сейчас – как раз подходящий. Не переживай, барахтаться не оставим. Отдохните, переключитесь и вперед: Даша – на защиту диплома, а ты – ко мне. Наберешься опыта и откроешь свое дело. Или меня сменишь, раз Максу неинтересно”.
– Он же сам предложил, что ты переживаешь? – Я открыла дверь картой и вошла в бунгало, затаив дыхание. – Вау, как… атмосферно! Посмотри, что это? Водяной матрас? А это гигантская ракушка?
Мы с восторгом изучили обстановку, радостно переглядываясь.
– Айда купаться? – предложила я.
– Давай! – подхватил Тоша.
Я первая выбежала в купальнике из дома, закружилась по пляжу, а потом оказалась на руках парня. Тоша побежал к морю со мной на руках и закинул меня туда, как следует раскрутившись.
– Ах ты! – Я вынырнула из воды, жадно глотая воздух.
И тут мой взгляд упал на соседнее бунгало, откуда вышла пара.
Макс?!