ГЛАВА 133

ГЛАВА 133

— Как же ты собралась пробивать себе в жизнь дорогу телом, если даже прикосновение пальца тебе противно? — я уже как-то слышала, когда Аран в гостинице ругался с Эми, что у девушки проблема с телесными контактами.

— Вот именно! Ты даже не представляешь, чего мне стоит мой путь! Жалеешь себя, что попаданка? Что одна в этом мире? А ты знаешь как это, когда родителям нет дела до тебя? Знаешь, что такое самой заботиться о своем пропитании? Винишь меня за корысть? Да только так и можно выжить! — Эмилия достала бутылку и отхлебнула из горла, громко икнув. — Я продавала цветы на ярмарке, что собирала с самого рассвета, а получала гроши! Но знаешь, кто купался в роскоши? Те дамы, что шли под руку с обеспеченными мужиками: те баловали их подарками, сладостями, покупали на блажь такие вещи, продав которые я могла бы питаться целый год! Вот скажи, Ника, ты знаешь, что такое не есть ни крошки три дня? Знаешь, что такое питаться кореньями в лесу? Знаешь, почему я так разбираюсь в зельях? Да потому, что с пеленок ела то, что в лесу растет, и должна была разобраться в съедобном и ядах! И не тебе, купающейся в родительской любви, судить меня! Ненавижу таких, как ты!

Ее качественно несло, и этот драконий поезд уже нельзя было остановить! Я и не пыталась.

— Таких, как я? — тихо переспросила я. — Мои родители погибли!

— А до гибели ты страдала?! ТЫ СТРАДАЛА?! — закричала Эмилия, посмотрев на меня с перекошенным лицом. — То-то же! Вот и не смей смотреть на меня так, будто я девка из борделя! Возможно, с твоей стороны я продаю свое будущее подороже, но с моей — я включаю голову, чтобы не плакать потом!

Мы никогда не поймем друг друга — это точно. Мы словно растения из противоположных частей света, что не могут ужиться вместе. Мы росли в разных погодных условиях, почва, в которую уходят наши корни, сильно отличается, и ни один из нас не выживет, поменяй мы друг друга местами.

Я не считаю себя удачливой. Я с лихвой отхватила свою порцию горести. Но бесполезно доказывать что-то Эми.

Блондинка опустошила бутылку и кинула ее в угол — та разбилась вдребезги.

— Ты играючи заполучила Сторма, которого я добивалась двести лет! — Эми обняла себя руками. — Сволочь! А я еще должна тебя лечить! Аран знает, как я ненавижу касания, но все равно заставил меня держать тебя, пока он вливал тебе в рот отвар!

— Почему ты не терпишь прикосновений? — я не столько хотела узнать, сколько заметила, что Эми не раз упомянула этот факт. Станет ли ей легче, если она выскажется?

Блондинка затравленно посмотрела на меня:

— Почему? Потому что мужчины имеют женщин! Так почему бы мне не поиметь мужчин?!

— Прости, но я не понимаю… Если ты не терпишь прикосновений, то как собираешься… — я не договорила, так как и так понятно, что я имею в виду.

Эмилия показала на полные шкафы зелий:

— Я не зря изучала зельеварение всю жизнь. Я знаю, как сделать так, чтобы мужчина верил, что у него случилась самая незабываемая ночь в его жизни!

Я искренне жалела сейчас Эмилию. Ей пришлось пройти через ад на земле, и она вышла из него чертовкой, а не ангелом.

— Не лечи меня больше никогда. Не надо себя насиловать, — я встала, считая нужным все равно поблагодарить: — Спасибо за то, что сегодня переступила через…

— В бездну твои извинения! Катись отсюда! — закричала Эмилия и запустила в меня первый попавшийся пузырек, схваченный с полки.

Я еле увернулась!

— Больная! Проспись! — посоветовала я и выбежала за дверь.

Ух! Ну и высока цена средству от головной боли!