ГЛАВА 162

ГЛАВА 162

— На тебе так сексуально смотрится моя футболка… — шепот в ухо мягко вытаскивал меня из пучины сна.

Бедра нежились в ласках, и я балансировала где-то на грани между сном и реальностью, пока совсем не фантастические, абсолютно реальные руки не легки мне на попу. По-хозяйски так легли, будто припечатали, а потом так на себя потянули, что ночные видения улетучились, как туман в ясный день.

Разнеженную и сонную, еще толком не открывшую глаза, меня просто смело натиском поцелуев. Сторм обжигал, прикусывал, так искушающе порыкивал, что мой разум не посмел и показываться. Руки с жадностью завоевывали тело, предотвращая малейшее сопротивление, а меня накрыло фейерверком чувств, в котором я открывала для себя все новые и новые составляющие. Все было настолько невообразимо, что сносило крышу. Голова кружилась, и казалось, что без поцелуев я задохнусь, а мое сердце остановится, если Сторм не перестанет ласкать меня руками.

Но скоро этого ему стало мало. Мужчина положил мою ладонь к себе на грудь, прямо на морду вытатуированного дракона, и повел вниз:

— Ну же, доберись до хвоста…

Боже! Как это звучало!

— Ты только что очнулся… — прошептала я заплетающимся языком. — Тебе нельзя…

— Мне нельзя останавливаться, Ника. Разве не чувствуешь, что я в порядке?

И тут дракон положил мою руку на самое выразительное доказательство его прекрасного состояния.

У меня перехватило дыхание от такого наглого поведения, но, боги, как же мне нравилась его дерзость. Я так соскучилась по этим глазам и, когда Сторм смотрел на меня с таким пламенным желанием, плавилась, словно воск.

— Не говори, что не хочешь этого. Не ври: твое тело уже давно ответило за тебя, — шептал невозможный дракон, целуя в оголенный живот: футболку он задрал… А потом взялся за низ вещицы и рванул в разные стороны, оставляя меня в одном белье.

Вау! Вот что значит выражение «порвать одежду в клочья»! Он выглядел таким диким!

«Когда Сторм успел избавиться от штанов?» — запоздалая мысль постучалась в голову, а потом в два ловких движения я вообще осталась без белья: оно повторило участь футболки и кружевными кусками разлетелось в разные стороны, словно порванный флаг капитуляции.

Сторм привстал, окинул меня восхищенным взглядом и резко втянул воздух через зубы, а потом не удержался:

— Ты такая красивая!

И прижал меня к постели, зависнув сверху на руках с такой хищной улыбкой, что в горле мгновенно пересохло.

Я почувствовала вес мужского тела и ощутила, что теряю контроль над своим: оно послушно выгибалось навстречу. Бессовестно, бесстыдно, будто Сторм — мастер, а я — его инструмент, на котором он играет.

Я настолько увлеклась, что мощный рывок, отозвавшийся резкой болью внизу живота, заставил вскрикнуть от неожиданности, напрячься и замереть.

— Милая? Ника? — Сторм осыпал мое лицо поцелуями. — Прости, скоро пройдет, т-ш-ш!

Я медленно открыла глаза, заглянула в полные любви и беспокойства омуты мужчины и прикусила губу.

— Как же я рад, что твой первый раз случился здесь и сейчас, и мы оба будем его помнить, — с чувством прошептал мужчина и впился в мои губы, унося в неизведанный мир страсти. Болезненные ощущения отступили, а вместо них разгорался медленный костер удовольствия, от которого даже пальчики на ногах поджимались.

Ответственно заявляю: тыгыдымс был здесь и сейчас!