Глава 11

Весь путь до дома Паша молчал, лишь изредка, злой от собственных мыслей, он сжимал руль до побеления костяшек.

Таким он пугал меня, поэтому я тоже молчала.

— Паш, — решаюсь заговорить уже дома. Это молчание меня угнетает и заставляет не на шутку нервничать. Уже все руки себе исцарапала. Несколько царапин пройдет, а в каких-то местах могут остаться шрамы.

— Я не позволю никому навредить тебе, — произносит он мрачно.

Стягивает с себя пиджак и небрежно бросает его на диван. Оттягивает галстук, а затем и вовсе его снимает, отбросив, как самую ненавистную вещь, от которой он мечтал избавиться весь вечер.

Стою в дверном проеме и наблюдаю за ним. Не знаю, что говорить и делать в такой ситуации.

Понимаю, что моя вина во всем этом, поэтому и виноватой себя чувствую вдвойне.

— Я тебе верю. Все обошлось, Паш… — говорю ему с легким сожалением в голосе.

Не нужно было мне никуда идти с этим Дорофеевым.

Нужно было кричать и вырываться. Плевать, как бы это выглядело.

— Как представлю, что он мог что-то с тобой сделать, бешенство в крови начинает сводить меня с ума, — признается, направившись ко мне. — Что он мог тронуть тебя как-то не так. Он не причинил тебе боли? — обеспокоенно оглядывает меня. — Может, взял как-то не так? Может, к врачу нужно?

— Нет, все хорошо. Прекрати переживать обо мне. Я в порядке. Я бы сказала, если что-то было бы не так.— выдавливаю слабую улыбку.

Но вовсе не от того, что ситуация с Дорофеевым меня напугала, а потому что меня пугает мужчина передо мной. Он так на меня кровожадно смотрит. Будто съест сейчас.

— Паш, у тебя все хорошо? — спрашиваю, потому что его взгляд опустился на вырез моего платья и… и завис.

— Пытаюсь взять себя в руки, — отвечает он мне, облизнувшись и попытавшись закрыть глаза, но не выходит. Резко поднимает взгляд на меня. — Ты мне веришь?

— К-конечно, — заикаясь отвечаю. — Иначе бы не переехала к тебе так быстро.

— Это хорошо, — кивает он каким-то своим мыслям и обвивает мою талию руками. — Моя выдержка сегодня трещит по швам, Надя. У меня больше нет сил держаться. Понимаешь?

— Ты… ты так… — хочу спросить его, но слова не складываются в предложение, особенно в тот момент, когда одна из его рук находит молнию на платье и тянет ее вниз. — Паш…

— Все будет хорошо. Я обещаю, — заглядывает мне в глаза. — Ты мне веришь?

— Больше, чем кому-либо, — шепчу, и платье падает к моим ногам, являя мужчине передо мной мое шикарное нижнее белье, которое меня сегодня заставили купить.

И, кажется, не зря.

Они точно знали больше, чем я.

Нас с Пашей одновременно сражает улыбка. Он поднимает насмешливый взгляд на меня.

— Когда девушка надевает нижнее белье из одного комплекта, то это не мужчина берет женщину, а она его, — намекает он мне на двусмысленность происходящего.

— Меня подставили, — заявляю ему и, чтобы унять неловкость между нами, сама тянусь к его губам и целую.

Паша не медлит и довольно быстро перехватывает контроль, взяв главенство в этом порочном поцелуе, который приведет нас лишь к одному.

Боюсь ли я того, что будет? Безумно! Но я верю Паше и тому, что он не причинит мне вреда.

Да и пора уже перейти нам эту черту. Мы скоро поженимся, и хранить себя до брака смысла нет, когда мы и так живем в одном доме и спим в одной кровати.

Мой будущий муж подхватывает меня на руки так, чтобы я могла обхватить его талию ногами. Не разрывая поцелуя, он несет меня в спальню. В свою спальню, в которой я теперь точно поселюсь. Иного варианта мне не дадут.

Сабуров вместе со мной опускается на кровать и, продолжая целовать мои губы, лицо, шею и ключицы, разоблачается сам.

— Я всегда знал, что ты будешь только моей, — довольно тянет в области шеи, прикусив немного кожу и запустив рой мурашек по моему телу.

Его руки ласкали меня, а губы закрепляли результат, не упуская ни единого сантиметра.

Я чувствовала, что ему сложно себя сдерживать, но все же он тянул время, подготавливая меня к шагу, который не даст мне больше отступить назад.

Паша отстранился от меня, тяжело дыша. В его дыхании то и дело проскальзывали рыки, которые рождали во мне животные инстинкты, которых в себе я раньше не замечала.

Мое тело стало как пластилин, из которого искусный мастер в лице Паши мог делать все, что ему хотелось.

Вот он навис надо мной и внимательно заглядывает в мои глаза, проверяя, все ли хорошо.

— Я люблю тебя, — шепчу ему признание впервые. Потому что лишь сейчас поняла, что это правда так.

Я любила его всегда. Каждую минуту с того момента, как мы познакомились. С того дня, когда он стал защищать меня от злых детей в школе. С того дня, когда стал носить мой рюкзачок и провожал до дома.

Помню, как все девчонки мне завидовали, а для меня Паша всегда был моим другом, и я не воспринимала его как объект любви, но глубоко внутри любила его и мечтала о том, чтобы тот, с кем я свяжу жизнь, был именно таким.

И получила по итогу Оригинал, а не копию.

Вначале мое тело покинула верхняя часть оставшегося гардероба, а затем медленно, чтобы не пугать меня, Паша стянул и нижнюю.

Было слегка неловко, но вся неловкость пропала после того, как я увидела с каким обожанием на меня смотрит мой мужчина. Так, словно я богиня, и нет во мне изъянов.

Он сделал это аккуратно. В поцелуе. В момент, когда я доверилась ему больше, чем когда-либо.

Его движения поначалу были аккуратными, но стоило ему понять, что я в порядке и мне даже нравится — он перестал быть тем, кого я знала всю жизнь. Мой нежный милый друг стал страстным, немного жестким любовником.

Мой голос срывался на крик, заглушая рычания моего мужчины, дополняя мелодию нашей ночи звуками и чувствами, которые ранее мне были неизвестны.

Я наслаждалась каждым мгновением в его власти и чувствовала себя маленькой, но развратной девицей, которая была ненасытна и сходила с ума от близости с тем, кого любит.

— Я тоже тебя люблю, — звучит мне в ухо в момент, когда мне казалось, что я в раю. Но, кажется, я ошибалась. Вот сейчас я точно в раю.