ГЛАВА 19. Рыцарь в спортивных штанах

Я всегда отличался наблюдательностью. Вот и сейчас, ворвавшись в квартиру Веры, сразу оценил и расстановку сил, и уют, присущий только местам обитания женщин с хорошим вкусом.

Надо отдать должное, я стойко держался неделю, как Вера и просила. Хилтон был по пути с работы и проводить ночи на свежих простынях над дикой Ведьмой было лучше, чем приучать ее к своим собственным. Какая-никакая смена обстановки, но в пятницу она решила вернуться домой и я тоже собирался отдохнуть.

Кто же виноват, что день рождения партнера совпал с этим чудесным событием, и домой я вернулся не один, а в приятной компании. Напрочь забыв про все просьбы-обещания, я ушел в горячий отрыв и завалился спать.

И что сделала Вера? Она решила меня проучить. Клин клином, так говорят? Поганый молодежный музыкальный канал долбил по больным перепонкам целый час.

Я уже был готов сам спуститься к Вере и молить о пощаде или самолично наказать ее за произвол, когда позвонил Сергей.

— Ты чего буянишь, старый? — без приветствия начал он. — Люди жалуются на шум, суббота шесть утра, мать твою!

— Так я сплю, — выдавил, но по голосу было слышно — не сплю и уже давно.

— Так, я сейчас буду. И попробуй только мне дверь не открыть, я тебя знаю!

Я оглядел бардак вокруг и взъерошил волосы.

— Все будет в лучшем виде, бразильским угощу, пуэйром, — участковый хмыкнул в трубку и отключился, а я принялся наводить порядок.

Ужасно хотелось спать и голова раскалывалась, но другу отказать я не мог.

Пока нашел штаны и майку, музыка играть перестала. Поставил чайник, покурил, а Сереги как не было, так и нет. Неужели он ползком из соседнего дома добирался?

Я вышел на лестничную клетку и, ведомый не иначе шестым чувством, спустился на пролет ниже, когда услышал из-за ее двери занудный бас друга.

Кто же, гад такой, посмел на Веру пожаловаться!? Шестеренки в голове заработали быстрее и я понял, что ее надо спасать.

Участковый, наш, конечно, классный малый, но правильный до зубовного скрежета. Задрот, одним словом и то, что Вера будет без вины виноватой, я даже не сомневался.

А красивых женщин наказывать нельзя. Точнее можно, но точно не административными санкциями.

— Сергей Викторович!

Рычу с порога, а сам блаженно вдыхаю запах кофе и шоколада. Вера сидит на стуле, в глазах испуг и подавленная злость. Справедливый коктейль, как бы не рванул раньше времени. Серега встает и я цепляю его ладонь, сжимая предплечье.

— Это что тут у нас за ирония судьбы?

Глаза ее округляются еще больше, Серега косится то на меня, то на Веру и хмурит брови. Ну, конечно, как же честь нашей доблестной полиции.

— Оформляю гражданку по жалобе на шум.

— Что, Верочку по жалобе на шум? — разворачиваюсь и подмигиваю ей. — Да она образцовая соседка.

Беру со стола листок, бегло пробегаю глазами и тут же рву на мелкие кусочки. Серега бычится, но я торможу его недовольство.

— Не на того поклеп, уважаемый участковый. Знаю я, кто шумит и уже не первую неделю. Совершенно невоспитанный тип, водит домой продажных женщин…

— Так…

— Распивает с ними алкоголь… пойдемте, уважаемый Сергей Викторович, я вам сейчас покажу, где он живет.

Я толкаю Серегу к выходу и, пока он обувается, бурча что-то себе под нос, оборачиваюсь и направив на Веру пальцы-пальцы-пистолеты одними губами говорю: «С тебя кофе!» — и мы оба вываливаемся за порог.