Глава 15

ГЛАВА 15

РИТА

Утро началось просто замечательно. Мягкая постель, уютные объятия моего инопланетного гиганта, совместное пробуждение, улыбки, нежность и неприкрытая страсть в фиолетовых глазах, и душ… настоящие, прозрачные капельки воды. И сколько Снор меня ни уверял, что этой драгоценной жидкости на его корабле в избытке, я все же убавила поток воды, сделав его совсем слабым, но так я смогу подольше понежиться под теплыми каплями.

Не знаю, сколько я бы так простояла, но все явственней стала улавливать приятные запахи, отчего в животе неприятно булькнуло. Создалось такое ощущение, что еще немного, и мой желудок прилипнет к позвоночнику. Даже глаза вниз опустила и тут же покачала головой, упрекнув себя в излишней и совсем ненужной фантазии.

С сожалением выключила воду и, едва отодвинув дверь очистительной кабины, тут же попала в руки Снора. Засмущаться не успела, так как сразу же оказалась укутанной в безразмерную простынь.

— Все-таки экономила, — осуждающе блеснули его глаза. — Я же тебе говорил…

— И я тебя услышала, — перебила его и тут же попыталась смягчить свой поступок счастливой улыбкой. Это было совсем не сложно, ведь я действительно была счастлива как никогда.

— И все равно сделала по-своему, — не желал отступать он.

По связи я чувствовала, что он не держит на меня зла, да и ругает как-то по-особенному, по-доброму. Но в то же время он искренне был расстроен моим поступком. Он давал мне все, чтобы я была счастлива, а я этим не воспользовалась.

— Это сложно, — попыталась я объяснить ему свой поступок. — Я всю жизнь жила в мире, где вода и зеленые растения были самым дорогим удовольствием. На твоей планете это не так, я это понимаю умом, но… — Снор все еще хмурился, он пытался меня понять, но это у него выходило не очень хорошо, и тогда я решила поставить его на мое место. — Кто я для тебя? — задала вопрос, твердо глядя в его необычные глаза.

— Радость, счастье, чудо, на которое я и не надеялся, великое благословение Высших, — выдал он на одном дыхании, и я протянула к нему руки, безмолвно прося его отнести меня в спальню, откуда так приятно пахло едой.

Снор удивленно округлил глаза, ведь я никогда сама не просила его меня понести, как раз наоборот, всегда говорила, что в состоянии ходить сама. Долго его удивление не продлилось, засияв улыбкой, он подхватил меня на руки и так сильно прижал к груди, что я непроизвольно охнула.

В считанные секунды мы оказались в спальне, на кровати, а между нами стоял поднос, полный разнообразной еды.

Я не спешила приступать к приему пищи, хоть очень этого хотела. Вместо этого взяла кусочек золотистого мяса и поднесла его к губам Снора. Он снова был удивлен и так счастлив, словно ребенок, у которого исполнилась самая заветная мечта.

— Почему ты так радуешься? Я же просто тебя кормлю, — с улыбкой посмотрела на своего замершего гиганта.

Я очень надеялась, что до него дойдет суть моего поступка. Ведь я просто не знала, как ему объяснить, что обыденные для него вещи для меня были сравнимы чуду, и наоборот — то, в чем я не видела ничего особенного, он принимал как великое счастье и радость.

— Я понял, — кивнул мой инопланетянин с серьезным лицом. — Мы слишком разные, и нам трудно сразу привыкнуть к переменам, даже если они хорошие.

Выдохнув от облегчения, легко поцеловала Снора в губы и уже со спокойной душой принялась за завтрак, который на самом деле оказался обедом. После всех испытаний и ранений мы со Снором проспали дольше обычного — наши организмы восстанавливались, как умели.

— Мы прилетим на ЛарИну через несколько часов, — как бы между прочим заметил Снор.

Хотя так оно и было. Вряд ли для Снора возвращение на свою планету было таким уж значимым, как для меняприбытие неизвестно куда. Но, видя его невозмутимость, странным образом успокаивалась и я. Снор рядом, а значит, мне нечего бояться, вместе мы справимся с любыми проблемами. Хотя моему оптимизму очень способствовал тот факт, что Снор является королем, и никто не в праве ему указывать.

И тут я спохватилась. Вот честное слово, лучше б молчала и пошла знакомиться с новой планетой и ее обитателями в простыне!

— Снор, а что мне надеть? — задала вопрос и указала глазами на простынь, в которую была замотана.

Злость, растерянность, отчаянье, сожаление и огромная вина. Его чувства нахлынули на меня, словно лавина.

Все время до прибытия Снор постоянно просил у меня прощение за то, что не подумал об этой проблеме. Сокрушался, что он плохо обо мне заботится, что не достоин такой пары, как я.

И как я ни пыталась его убедить в том, что он не прав, и что просто надену свой костюмчик, у меня не получалось его успокоить. В итоге, убедившись, что ничего не смогу с этим сделать, взяла плоскую пластину, оставленную мной на тумбочке, и отправилась в очистительную комнату.

Впрочем, вылетела из нее я почти сразу. С колотящимся сердцем и полным непониманием происходящего. Неужели что-то напутала? Но ведь все делала правильно! А вместо того, чтобы закрыть мое тело костюмчиком, пластина растворилась в моих руках, едва я поднесла ее к груди.

Стало совсем не весело. Одежды нет, пластина исчезла. Не голой же мне теперь идти?!

Выскочив за дверь, сразу же угодила в объятия Снора. Видимо, почувствовал мое волнение и расстройство по связи.

— Снор, — всхлипнула, но дальше продолжить не смогла.

Слова застряли в горле от нового испуга, когда комнату озарила яркая вспышка, возникшая между нашими телами. Я даже дернулась отстраниться, но Снор только крепче прижал меня к себе.

Привыкшая ему доверять, замерла и прислушалась к нашей связи. Снор был просто до неприличия рад. Казалось, что еще немного, и он с громким победным кличем бросится скакать по комнате. От столь абсурдной картины, возникшей у меня в голове, тихонько засмеялась, уткнувшись носом в широкую, твердую грудь.

Несколько раз пыталась открыть глаза, но свет был настолько ярок, что причинял боль. Только с пятой попытки глаза перестало жечь. Ослепительно-белое сияние медленно затухало, и, проследив за его светом, я окончательно растерялась.

Свет шел от груди Снора, от черной, круглой татуировки. У меня же светилось предплечье, на котором появился темный узор в виде непонятной мне письменности. Когда сияние полностью погасло, удалось рассмотреть и то, что татуировка Снора изменилась. Вместо обычных линий круг на груди моего гиганта теперь обрисовывали такие же непонятные буквы.

— Равные, — прошептал Снор, до хруста сжав меня в своих объятиях.

— А со мной своей радостью не поделишься? — запрокинула голову, ища его глаза. — И что это сейчас было? — указала на свое предплечье и, тут же ойкнув, прижалась к Снору как можно плотнее. — И можно мне новый костюмчик? — попросила совсем жалобным голосом, — а то старый растворился у меня в руках.

Стало очень стыдно. Вечно я приношу Снору сплошные проблемы. Освободил меня из плена и из-за меня загремел на ту богом забытую планету. Едва не умер, защищая меня. Из-за меня взвалил на свои плечи заботу о спасенных девушках, даже клонам пригрозил, беспокоясь за мою безопасность. Кормит, поит, купает, заботится, а я умудрилась испортить отданный им мне костюм.

Пока я хмурилась, мысленно себя ругая, Снор прошептал «смотри» и прикоснулся к кругу на своей груди. Я внимательно следила за малейшими изменениями, которые искала на его теле, но никак не ожидала, что, касаясь татуировки на своей груди, Снор сможет надеть на меня костюм.

Подняла на него вопросительный взгляд.

— Ты можешь так же, — улыбнулся открыто и радостно. — Попробуй. Приложи пальцы к своему знаку и попроси броню покрыть мое тело.

Ни на что особенно не рассчитывая, ведь никакой силы у меня нет, приложила пальцы к предплечью и сделала, как объяснял Снор. У меня получилось! Черный костюмчик медленно затягивал тело Снора. Не желая, чтобы его лицо скрылось за шлемом, попросила об этом, снова коснувшись татуировки. Ткань костюмчика замерла на горле моего инопланетянина.

— И что это значит? — я все меньше и меньше понимала в происходящем, еще и его загадочное «равные»…

— Чтобы ты поняла, надо рассказывать с самого начала создания брони, — Снор все еще сиял радостью.

— А мы опаздываем, — кивнула я, понимая, к чему он клонит. — Потом расскажешь, я подожду.

— Ничего, — потянул он меня за руку к кровати. — Подождут.

— Но… — попыталась возмутиться.

— Подождут, я сказал, — повторил более твердо. — Мне не важно, что остальные будут ждать, — притянул он меня в объятия, усаживая на свои колени. — Важно, чтобы ты чувствовала себя хорошо, а непонимание сложившейся ситуации тебя расстраивает и даже злит, — потерся своим носом о мою шею и шумно вдохнул.

Сопротивляться и что-то ему доказывать расхотелось сразу, тем более мне и самой было интересно.

— Вот и хорошо, — пробормотал, и я кожей почувствовала его улыбку. — Я не знаю, откуда взялся этот обычай, — начал он свой рассказ, удобно устроившись на кровати со мной в своих руках. — Быть может, это даже была необходимость. Прошло слишком много времени, чтобы я мог утверждать что-то с полной уверенностью.

Главной силой Айджей всегда была их броня. Ее нигде нельзя купить или украсть, ведь броня — это часть самого воина Айджа. Только самые сильные могли ее создать для себя и для своей пары. Броня создавалась воином собственноручно и из его же силы.

Когда воин встречал свою пару, он надевал на нее броню и активировал. Ему надо было нанести на броню немного своей крови, чтобы броня приняла самку… женщину, — поправился он после небольшой заминки. — Потом надо было только ждать второй активации. Она происходила за счет связи, которая образовывалась между парой. Чем сильнее связь, тем ближе вторая активация. Как только связь полностью формировалась, броня переставала быть чем-то отдельным, она сливалась со своими носителями, и благодаря этому пара могла разговаривать мысленно. Не сразу и не много. Всего лишь несколько отрывистых фраз. Третья активация брони происходит практически сразу со второй. Как только она подстраивается под носителя, то считывая его желания и потребность, помогает по мере сил и без прямых просьб. Для четвертой активации требуется полное слияние пары на всех уровнях восприятия. Эта активация давала возможность паре перенимать силу и способности друг друга, делая их равными.

В те времена Айджи были многочисленной расой. Многочисленной и очень сильной. Воины вселяли страх в наших врагов одним своим видом. Все знали, что их броню не пробить ничем. Многиестали называть нас бессмертными или Высшими. Они были не правы, но Айджи их в этом не разубеждали, и вскоре стали сами в это верить. Айджи отреклись от защиты Высших, отреклись от их заветов. В то время они считали себя всесильными, но очень быстро поняли свою ошибку, только было уже слишком поздно что-то исправлять. Как они ни старались, как ни призывали Высших в помощь, им никто не ответил.

Из-за своей гордыни мои предки потеряли самое дорогое в жизни — возможность обрести свою пару. Самочек рождалось все меньше и меньше. Высшие словно посмеялись над заносчивыми Айджами. В большинстве своем рождались только самцы. Те немногие, кто находили пары, становились легендой, но даже они не могли обрести в своих парах равенство.

Немногочисленное потомство рождалось слабее предыдущего. Сейчас на ЛарИне всего семь объединенных пар. Малочисленные самки быстро поняли, какую имеют ценность, и стали отрекаться от слияния со своими парами, если те не имели достаточно силы и богатств, чтобы обеспечить их необходимыми благами и защитой.

Они сами выбирают себе самцов и требуют огромные богатства для того, чтобы подарить им потомство, но больше одного детенышазачать не способны.

Таких равных пар, как мы, не было уже более нескольких тысяч лет. И я очень надеюсь на то, что с появлением тебя, клонов и других генноизмененных, Высшие снова вернут нам свое благословение, ведь я и ты его уже получили в полной мере.

СНОР

Идя по коридору своего корабля, я смотрел на шагающую рядом Рииту. С момента моего рассказа она оставалась задумчивой и постоянно хмурилась. Ей сложно было осознать все то, о чем я ей рассказал, но хорошо уже то, что она держалась и не пожелала разорвать со мной связь. С проклятыми расами, лишенными Высшего благословения, редко кто решал иметь дело, и уж тем более никто не хотел связывать с ними свою жизнь.

Сразу же после своего рассказа я поведал Риите, что она может отказаться от нашей связи, правда, умолчал о том, что в этом случае я буду медленно угасать, пока жизнь окончательно не покинет мое тело. Но даже без этой информации моя маленькая звездочка вскинула на меня свой возмущенный взгляд и сказала, что мне предстоит очень сильно постараться, чтобы от нее избавиться.

Я после ее выговора словно с ума сошел от счастья. Сгреб ее в объятия и очень долго целовал, пока она не стала задыхаться и между стонами не напомнила мне о том, что Айджи собрались и уже давно ждут своего короля.

Вздрогнул от того, что почти у самого выхода рука Рииты отпустила мой локоть. Чувство огорчения начало разрастаться в груди и тут же исчезло, когда ледяные пальчики скользнули в мою ладонь.

Постарался незаметно выдохнуть, с Риитой мои чувства и ощущения меняются с такой поразительной скоростью, что я начинаю теряться, а для воина это непростительная ошибка.

Тихонько хмыкнув, Риита лукаво глянула на меня из под ресниц и переплела свои тонкие пальцы с моими. Я скрыл свой вздох облегчения, но она почувствовала мое напряжение через связь и без сомнения поняла, в чем дело. 124a4d9

Впереди нас стояли мои личные воины, образуя коридор. Теперь я мог пройти между ними с высоко поднятой головой. Пусть Риита и не понимала, что сейчас сделала, переплетя наши пальцы, пусть таким образом всего лишь искала у меня поддержку, но для нас, для Айджев, ее жест значил многое.

Мои воины стояли, втянувшись в струну, на их лицах были защитные шлемы, я не видел их улыбки, но нутром чувствовал, как каждый из них радуется за меня, видя соединение наших рук. Риита только что полностью и безоговорочно приняла меня и мою защиту. Она не отстала, пытаясь спрятаться за мою спину, тем самым показывая всем, что не уверенна в том, что моих сил хватит для ее защиты. И я бы ее понял, столько раз подводил свою звездочку, но она продолжала мне верить.

Сейчас для полной выраженности нашей равности не хватает лишь традиционных одежд, но вряд ли броня успела…

С моих воинов начали стекать шлемы, лица каждого из них выражали изумление и восторг. Риита продолжала неспешно идти, ни на что не обращая внимания, а я и мои воины жадно следили за тем, как ее броня меняет свою форму, как исчезают тяжелые сапоги, сменяясь на легкие сандалии, как до колен оголяются стройные ножки.

Двери перед нами распахнулись, воины, очнувшись, выстроились полукругом за нашими спинами, чтобы в случае нападения успеть выставить перед нами щиты.

Еще несколько шагов, и моя звездочка стала замечать изменения в своем наряде. Теперь на ней красовалось черное, словно космос, платье до колен со смелыми разрезами по бокам. Оно словно перчатка обтягивало ее талию и грудь, оставляя последнюю наполовину открытой.

Нежно сжал тонкие пальчики и, одарив свою пару улыбкой, решительно шагнул за порог, моя звездочка не отставала, и стоило только ей шагнуть на свет, как за ее плечами появился длинный плащ, развевающийся от легкого дуновения ветерка.

Риита даже не представляла, насколько эффектным выглядело наше появление перед встречающими меня Айджами, как и не замечала жадных взглядов, бросаемых на нашу пару. Риита вообще ничего не замечала, во все глаза рассматривая буйную растительность, что попадала в ее поле зрения.