Глава 8.

Маша открыла глаза и с беспокойством осмотрелась по сторонам. За окном светлело. В полумраке на соседней кровати сопела Диана в джинсах и майке. Кое-как усевшись на кровати, Маша попыталась собраться с мыслями. Почувствовала, как изнутри ее сжигает жажда и тут же вспомнила вечерний эксперимент с горячим вином. Потянулась за чайником и поморщилась — никто не потрудился помыть его с прошлого вечера. Но пунш исчез. Скорее всего, Диана и Витёк решили тоже немного оздоровиться. Маша хихикнула, слегка прикрыв рот рукой.

Но чайник следовало реанимировать, причем немедленно. Натянув на себя спортивную черную кофту и брюки, обувшись в сланцы, девушка тихо выбралась из комнаты. Прижимая к груди заветный чайник, она смело шагала в сторону общих умывальников. Включив холодную воду, принялась оттирать красноватые пятна на его внутренних стенках.

Природа тем временем понемногу просыпалась, утро заявляло о себе птичьими трелями и шумящей от свежего бриза листвой. Домыв чайник, Маша с наслаждением втянула в себя прохладный воздух. Лето на побережье… Оно вскружит голову кому угодно. Нет, что ни говори, а душный, пыльный город никогда не сравнится с утренним морем. Стряхнув наваждение, девушка решила прогуляться в сторону пляжа и полюбоваться рассветом. Крепко зажав чайник в правой руке, она легко сбежала вниз по каменистой тропинке.

Вот и море. Суровые серые волны резким движением разбивались о камни и, отступив на мгновение, с новой силой наносили свой вечный удар. Маша прошлась по пирсу и зачарованно замерла. На востоке медленно поднималось розовато-красное солнце. Серость пейзажа отступала, наполняя мир золотистыми красками. Чайки яростно носились над водой, пытаясь добыть себе пропитание в огромных шумных волнах.

Маша развернулась к солнцу и вдруг вдалеке на фоне рассвета заметила одинокого пловца. Судя по красивым движениям, плавал профессионал. Она и сама отлично плавала, но этот пловец был выше всяких похвал.

Мысли проносились в ее голове одна за другой. Безумно захотелось дождаться его возвращения на берег и познакомиться поближе. Ведь если он, как и она, любит плавать, у них уже много общего. А вдруг это ее судьба? Недаром же она пару дней назад полностью освободилась от чувств к Максимилиану!

Пловец тем временем направился в сторону берега. Сердце испуганно застучало. А это не слишком смело — вот так подойти к незнакомцу и заговорить первой? Что, если она оттолкнет его? В том, что это ее судьба, Маша уже не сомневалась. И решила не подходить, чтобы не спугнуть удачу. Она просто запомнит лицо незнакомца, а затем попробует найти его на базе. И будет невинно строить ему глазки, пока тот не обратит на нее внимание.

С напряжением всматривалась Мария в подернутые золотыми лучами серые сердитые волны. Ей никак не удавалось рассмотреть лицо пловца. Спортивный и подтянутый, он вышел на берег, взял в руки полотенце и быстро обтерся. От восхищения у Маши сильнее забилось сердце. Она уже грезила им, как вдруг он обернулся в сторону пирса. Маша замерла на мгновение, а затем отпрянула от перил, как ужаленная. На приличном от нее расстоянии, накинув на плечи полотенце, приветливо улыбался Дмитрий.

И как ей могло прийти в голову, что этот противный доктор ее судьба? От досады Маша вся залилась краской. Чайник, про который она забыла, выскользнул из рук и с треском ударился о каменный пирс. Стиснув зубы, Маша все же подняла руку в знак ответного приветствия. После этого быстро подняла чайник и поспешила уйти обратно в домик.

Перевела дух только в комнате. Почему-то сердце никак не хотело успокаиваться, стучало, как бешеное. И руки противно дрожали. Взглянула на кровати. Диана все так же мирно сопела, раскинувшись поверх покрывала. Маша достала питьевую воду и решила, что успокаивающий чай ей точно не помешает. Открыла чайник и чуть не расплакалась от досады. Чайник разбился. Теперь чая точно не будет. Придется идти в ближайший поселок за кипятильником. В эту минуту кашель почему-то решил вернуться, и Маша почувствовала себя совсем несчастной.

От ее кашля встрепенулась Диана.

— Машка, ты чего? Витёк же обещал, что ты сегодня кашлять уже не будешь! — удивленно захлопала она заспанными глазами.

— Дурак он, этот твой Витёк! — почему-то всхлипнула Маша. — Чайник наш загубил!

— Так его же помыть можно! — улыбнулась Диана. — Я сейчас сбегаю к умывальникам, и чайник будет, как новенький!

— Не будет! — в голос заревела Маша. — Я уже ходила его мыть! И разбила на обратном пути!

— Ладно, ладно, успокойся… — удивленно посмотрела на подругу Диана.— Не стоит этот старый чайник твоих слез! Сейчас я почищу зубы и что-нибудь обязательно придумаем!

Маша продолжала всхлипывать. Диана исчезла в дверном проеме, а через некоторое время вернулась вместе с Лёшкой. Тот понимающе таращился из-под очков на плачущую Машу и кивал Диане.

— Кто же кашель димедролом лечит? — деловито фыркнул он, протягивая Маше кипятильник. — На, вот, пользуйся пока. Я с собой из дома два взял, они перегорают быстро. Сейчас сгоняю за Димой. У него прием начинается после завтрака, так что, думаю, он не откажется осмотреть тебя.

— Не надо! — навзрыд взревела Маша. — Его только здесь не хватало! Он скажет, что я совсем ненормальная, если лечилась вином!

— Да ничего такого он не скажет, — тут же заверил ее Лёшка.

— А ты сам не можешь дать мне какое-нибудь лекарство? — сквозь слезы умоляюще посмотрела на товарища Дианы Маша.

— Не могу. Я хирург. По части терапии у нас только Дима, — беспомощно пожал плечами Лёшка. И тут же заверил Машу: — Да ты не волнуйся! Он классный специалист. Практикует третий год, и еще ни разу никто не жаловался. Минутку подожди!

Не успела Маша открыть рот, чтобы отказаться, как Лёшка испарился.

— Что ты его так боишься? — присела рядом с Машей на скрипучую кровать Диана. — Доктор как доктор. Довольно симпатичный, между прочим.

— У меня глаза, как у кролика, и нос распух от слез! — снова всхлипнула Маша.

— Причем здесь твой нос? — озадаченно посмотрела на подругу Диана. — Это же доктор! Какое ему дело до твоего носа?.. Постой-ка, или я чего-то не знаю?

Маша схватила первое попавшееся под руку полотенце и с силой принялась оттирать слезы. Хорошо, что она не догадалась накрасить ресницы! А то была бы та еще красавица. Вопрос Дианы остался без ответа. Да Маша и сама не могла понять, какое отношение ее внешность имеет к симпатичному доктору. Анализировать свои чувства ей было попросту некогда. Кашель тем временем вернулся неприятным приступом, и Маша на время забыла о своих красных глазах и распухшем носе.

Лёшка вернулся довольно быстро и привел с собой обещанного доктора. Дима выглядел слегка встревоженным, он не надел белый халат, оставаясь в слегка помятой футболке и вечных серых джинсах, но все же захватил с собой весь арсенал терапевта.

— Маша, ты почему плачешь? — присел он рядом с ней на место Дианы, которая отошла к окну.

— Чайник разбился, — всхлипнула она, чувствуя себя полной дурой.

— Подумаешь, разбился, — по-доброму улыбнулся ей доктор и достал фонендоскоп. — А вот кашель у тебя нехороший. Давай, я тебя послушаю?

— Это обязательно? — сконфуженно прошептала она, вспомнив о своей неудачной попытке вылечить кашель горячим вином, закрытых форточках и трех одеялах.

— Думаю, да, — Дмитрий тем временем засунул фонендоскоп в уши и поднялся. — Вставай.

— Хорошо, — обреченно всхлипнула Маша.

Процедура оказалась не особенно приятной, но быстрой. Дмитрий хмурился.

— Дыхание у тебя жесткое. Никаких водных процедур! А еще лучше на ближайшие дни постельный режим. Я выпишу тебе антибиотики.

— Без них никак? — поправляя кофту от спортивного костюма, присела рядом с доктором Маша.

— Антибиотики не вреднее димедрола, уж поверь мне, — усмехнулся Дмитрий и быстро собрал свои вещи. Уже перед дверью обернулся. — И, пожалуйста, не занимайтесь самолечением. Это бесполезно, а чаще даже вредно. Ладно, идем завтракать! На голодный желудок пить таблетки не следует.

Доктора удалились, оставив Диану и Машу наедине.

— Не врач, а ходячая энциклопедия! — презрительно покачала головой вслед захлопнувшейся двери Диана. — Ты сегодня завтракать идешь?

— Иду, — поднялась со своего места Маша. Она чувствовала себя подавленной. Дмитрий одержал победу, а Маше пришлось признать свою слабость, позволив ему лечить ее. Теперь с этим придется смириться. Хотя, какое ей дело до доктора, оказавшегося еще и превосходным пловцом? Пусть торжествует, а она найдет другую мишень для своей ненависти.

На завтрак была манная каша. Разочарованно вздохнув, Диана потянулась за бутербродом.

— Тебе, Машка, сегодня не везет. Придется есть самое нелюбимое на свете блюдо.

Маша не ответила. Опустив голову вниз из страха встретиться глазами с Дмитрием, она механически поглощала ненавистную кашу, ложку за ложкой. Только бы поскорее доесть и уйти отсюда! При воспоминании об утренних происшествиях ее щеки заливались румянцем. Так неловко она еще себя не чувствовала. Как она могла любоваться им на пирсе в лучах восходящего солнца, а потом глупо плакать из-за чайника? И удивительное дело — ей впервые за время отпуска на этой студенческой базе хотелось взглянуть на стол, за которым кормили персонал. С кем рядом сидит этот Дмитрий? За кем он ухаживает в свободное время?

Каша стремительно таяла, и жгучее любопытство пересилило стыд. Маша медленно подняла голову и осмотрелась вокруг. Дмитрий сидел рядом с Лёшкой в другом конце столовой. А еще с докторами сидела та немного полная блондинка, которую доктор приглашал на медленный танец. Блондинка оживленно болтала, Дмитрий смеялся и кивал. У Маши внутри что-то опустилось, сердце налилось свинцовой тяжестью. Захотелось встать и уйти, и больше никогда не видеть этого противного терапевта.

— Маш, ты совсем слух потеряла? — тем временем дернула Машу за руку сидящая напротив Диана. — Я уже третий раз к тебе обращаюсь, а ты не отвечаешь!

— Ох, прости, — вздрогнула Маша и тут же попыталась улыбнуться. — Это, наверное, димедрол еще в крови гуляет.

— Я спрашиваю, ты на пляж идешь после завтрака?

— Диана, ты же слышала, что сказал врач! Мне нельзя купаться. Я останусь в комнате.

— Подумаешь, врач сказал! — фыркнула Диана. — Таблетки дал, и отлично. Пойдешь на поправку. А на пляже не будешь купаться, просто позагораешь.

— Знаешь, у меня, по-моему, опять температура поднимается. Я лучше полежу, книжку почитаю, — грустно покачала головой Маша и поднялась из-за стола. Воровато посмотрела в сторону столика персонала. Доктор все также весело щебетал с блондинкой. Маша собрала тарелки и тяжелым шагом направилась в сторону выхода. Вряд ли ей удастся завладеть его вниманием этим летом. У него слишком много поклонниц.