Глава 68

Утром я проснулась задолго до звука гонга. Открыла глаза, приподнялась на локте и ощутила легкий укол разочарования. Рыжего рядом не было, но, разумеется, не это меня огорчило, еще чего. Я ожидала, что снова проснусь на чердаке и попробую поискать там замок, к которому подошел бы таинственный ключ. И расстроилась только из-за этого, а совсем не потому, что не получила утренний поцелуй!

Из посторонних только саламандра спала, развалившись на подоконнике в утренних лучах солнца, и слегка подрыгивала задней лапкой.

Похоже, найти платок и освободить от проклятия отца и деда будет не так просто.

Я оделась, взяла полотенце и побрела в умывальню. Там еще никого не было, даже Эрджи не торопилась на утреннюю пробежку, хотя мы договаривались о ней с вечера. Это показалось мне странным, потому я на обратном пути заглянула в комнату родственниц.

Эрджи рыдала. Она держала в руках шкатулку с драгоценностями, вытаскивая из нее… угольки! Мачеха родную дочь хоть и баловала, но не так чтобы сильно, и в отличие от нас с Беллой у Пышки хотя бы что-то имелось для светского выхода. Тем более страшной казалась ей потеря.

— Видишь? — всхлипнула Эрджина, завидев меня.

— Все, все, что я взяла из дома, превратилось вот в это! И сапфировые сережечки, которые так мне шли! И колечки, и бусики! Как я теперь на глаза людям покажусь? Меня же засмеют! Аристократка всегда должна подчеркивать свой статус! Кто это сделал? Кто?! Узнаю — убью! А потом воскрешу и снова убью-ю-ю! — разрыдалась она.

Мы с Беллой переглянулись.

— А когда ты последний раз открывала шкатулку? — спросила кузина.

— Дома, — Эрджи громко высморкалась. — Я ее в Мракадемии сейчас только первый раз открыла. Хотела поменять комплект. Уже третий день в одном и том же идти в люди — верх неприличия! — гнусаво закончила она.

Мы посмотрели на уши Эрджины, в них по-прежнему красовались маленькие жемчужные серьги, которые она поленилась снять на ночь.

Белла полезла в шкаф, вытащила свою крохотную шкатулку и, заглянув в нее, побледнела.

— У меня тоже уголек вместо подаренной мачехой цепочки с кулоном. Но браслет цел.

— Какой браслет? — заинтересовалась Эрджина.

— Мне Конни подарил на день рождения, — покраснела Белла.

— Надо узнать, не пропало ли что у других девушек, — пробормотала я, заглянув по очереди в обе шкатулки. Провела над ними ладонью. Кожу неприятно кольнуло.

А через миг все украшения вернулись! И сапфировый комплект Эрджины, и кулон Изабеллы.

Мы с изумлением вытащили их, потрогали. Камни как камни! Но они точно только что были простыми угольками!

— Никогда такого не видела и даже не слышала! — сдавленно прошептала Белла. — Попробую поискать в библиотеке, с чем мы столкнулись. Но как у нас в шкатулках оказались такие странные вещи? Леди Берклею обманули, подсунув фальшивки? Или их подменили уже здесь? Может быть, на них еще и проклятия какие-нибудь наложены! Надо показать это архимагу Лиорскому.

Пышка захлопнула шкатулку и положила на нее ладонь, запирая заклятием.

— Нет! Ни за что! — выпалила она и тут же, увидев наши негодующие взгляды, сбавила тон. — То есть, я хотела сказать, покажем обязательно, но позже. После бала! Пожалуйста! Вы подумали, как мы будем выглядеть на балу без украшений? Как нищие! Это… это… я этого не переживу!

— Сестрица, эти фальшивки могут быть опасными, — попробовала я ее уговорить. И попыталась вспомнить, есть ли у меня с собой что-нибудь, подаренное мачехой. Кажется, ничего. У меня каким-то странным образом всегда терялись ее мелкие подарки на дни рождений, да и не баловала она меня лишним вниманием.

— Может быть, но я носила эти подделки уже много лет, и ничего со мной не случилось! — отрезала Эрджи.

— До поры. Ты только представь, придешь на бал, а ровно в полночь твои сапфиры превратятся в угли! Это еще хуже, чем явиться без украшений!

Эрджи представила и, судя по округлившимся глазам, впечатлилась до ужаса. И больше не возражала, но и шкатулку не отдала. Прижала к груди, а потом аккуратно убрала за спину.

Как будто не видя проблемы, мы с Беллой тут же о ней забудем! Я закатила глаза, но промолчала. Ничего, вода камень точит. Кузина точно сможет ее убедить не надевать их.

— Ты как хочешь, а я покажу свой кулон графу Лиорскому! — решительно заявила Белла, пряча свою коробочку в карман.

— Может быть, сначала покажем леди Шарлотте? — предложила я. — Это наша преподавательница проклятий. И у нас как раз сегодня первое занятие — общие основы проклятий, для всего курса.

— Хорошо. Своим имуществом распоряжайтесь, как хотите, — проворчала наша упрямая модница и запихнула шкатулку с сомнительными драгоценностями поглубже в шкаф. — Ну что, на пробежку? Я готова!

Поражаюсь ее энтузиазму. Я думала, будет гораздо сложнее призывать сестрицу к порядку. Вот что значит — любовь! Надо написать мачехе в отчете. Главное, не упоминать, что объект чувств ее дочки совсем не тот.

Мы вышли на лестницу, парней не было. Еще бы, мы ведь проснулись раньше всех. Зато никто нам не мешал, отвлекая замечаниями и шутками. Правда, я постоянно крутила головой: не покажется ли кое-кто рыжий. Но он совсем не торопился меня искать. Наверное рад-радешенек, что ему сегодня ночью спать никто не мешал.

Тора я увидела только на завтраке, мрачного, как туча.

Он обжег меня взглядом и кисло улыбнулся на мое такое же кислое приветствие. Рядом с ним сидел Сарвен и о чем-то жарко, до ало-багровых искр в глазах, переругивался с Грегором.

— Все, парни, — прервал их перепалку Тор. — Грегор, поменяйся местом с Конрадом. Вам с Сарвеном рядом лучше не сидеть.

Черноволосый красавчик флари рыкнул:

— Вот пусть Сарвен и уходит! — и вдруг выронил из руки мгновенно нагревшуюся докрасна ложку и зашипел: — Ты что творишь, рыжий?!

— Не люблю повторять, — пожал плечами Тор.

Ого. Не у меня одной сегодня плохое настроение!

Флари нехотя поменялся местами с Конрадом. Пока я хлопала на их перемещения глазами, Эрджи, оттеснив меня, быстро заняла свободное место между Валатором и Грегором. Белла успела сесть по другую сторону от черноволосого, рядом с Конни. А мне осталось свободное место между Валатором и Тором, и рыжий, как будто, был доволен. Похоже на заговор… тогда почему рыжий не ждал меня утром, чтобы пойти вместе в столовую?

Я села, поставила тарелку с кашей перед собой и взялась за ложку.

— Как спалось? — спросил меня он. Скучающе так, от нечего делать.

— Замечательно! Наконец-то отдохнула и выспалась! — я с раздражением вонзила зубы в бутерброд с маслом.

— Не заметно, что выспалась, — отчего-то совсем повеселел Тор.

Эрджи отодвинула от себя хлеб и тарелку, проглотив всего две ложки овсянки.

— Что-то совсем аппетита нет, — оправдывающимся тоном заявила Пышка, когда все взгляды скрестились на ней.

— Ешь, — вдруг сказал Валатор, подвинув тарелку обратно к жертве диеты. — Тебе нельзя голодать.

— Почему это?

— Потому что будет только хуже, — совсем запутал нас флари своим объяснением и сосредоточился на завтраке.

— Ты что-то заметил? — подался к нему Тор.

— Подозреваю, но не уверен.

И тут нас всех удивил Сарвен:

— Правильно подозреваешь. Я тоже вижу на Эрджине след чужого воздействия. И на Изабелле есть точно такой же. И даже на Конраде, небольшой. Так бывает, когда к человеку прикоснется сила демона, обычно — суккубы, пьющей чужую силу.

— А на Сандре? — напряженно спросил Тор.

— Нет. На ней ничего нет, кроме…

Я замерла. Сердце екнуло. Что там увидел красноглазый полудемон?

— Кроме очень сильной защиты, — усмехнулся Сарвен, выдержав паузу. — И ее создал кто-то из флари. Ты тоже заметил, Вал?

— Заметил, — кивнул Валатор. И даже Грегор поддакнул.

Что ж, список вопросов к бабушке увеличился. Интересно, поняла ли ли она то, что увидели нелюди?

— Это почти невозможно заметить людям, даже очень сильным магам, — словно отвечая на мои мысли, сказал Сарвен. — Но флари могут увидеть.

— И демоны, — встрял Грегор.

— И демоны, безусловно, — криво усмехнулся красноглазый. — Именно потому Темное королевство решило укрепить союз с дивным народом.

— Ты! — рявкнул черноволосый. — Не причисляй себя к нашему народу!

Тор возвел глаза к потолку, но щелкнул пальцами. В левой руке красавчика задымилась салфетка и тут же погасла, превратившись под взглядом Валатора в пепел. Правильно, нечего тут пожары устраивать. И так все только на нас и смотрят. Хорошо еще, за преподавательским столом уже никого нет.

— Я не допущу ссор в нашей восьмерке, — пояснил рыжий в ответ на возмущение обжегшегося флари. — Ты забыл, о чем нас предупредил ректор?

К счастью, дальнейшему спору помешал предупредительный гонг, возвещавший, что нам дается лишь несколько минут, чтобы добраться из столовой до нужной аудитории.