Глава 14

В итоге я наслаждалась целой кружкой ароматного чая, подогрев себе пюрешку с куриной отбивной и добавив к этой вкусноте овощной салат из свежей капусты с морковью. Получилось ничуть не хуже.

Правда сильно долго посидеть в тишине и одиночестве не получилось, ко мне присоединилась Ульяна и первым делом сообщила:

– Мне некуда разместить на ночь целителей. Если вы опять закончите глубокой ночью, искать матрас будет уже поздно. Шапошников и так эту ночь в гостиной на диване спал, а это не дело. Светлана Прокопьевна может поехать домой, только надо будет вызвать ей такси, но это лишь одно спальное место. Допустим, для Сидоренко. А остальных куда? Кровати вы заняли новыми пациентами.

– Без паники.

Первым делом взявшись за телефон, я позвонила Вадиму и попросила привезти в течение пары часов пять кроватей. Да, с матрасами, подушками и одеялами. Постельное желательно. Когда вопрос был почти решен (и плевать, что десятый час), я немного напрягла своё серое вещество…

И отправилась к Стужеву. В самом деле, других вариантов просто нет!

– Егор, можно тебя на пару слов? - Найдя командира “Витязей” всё там же, в общей гостиной, и старательно не обращая внимания на чужие ироничные взгляды, я вышла в холл, дождалась, когда Егор плотно закроет дверь гостиной, и предложила: - Мне нужна твоя комната, чтобы разместить там целителей. Кровати привезут, с этим проблем не будет. Шапошникова на ночь оставим в последней свободной каморке, она как раз напротив палат. Тебе я предлагаю занять спальню на втором этаже. Ту, которая рядом с моей.

И видя, как его брови медленно ползут на лоб, поспешила добавить:

– Это временно. Пока не отремонтируем здание реабилитационного центра. Ты не против?

Приглушенно хмыкнув и глядя на меня так, что хотелось то ли поцеловать, то ли стукнуть, Стужев кивнул.

– Разумное решение. Я не против. Пойду попрошу ребят, чтобы помогли перенести мебель наверх. Мне, кстати, Ибрагимов ещё раз звонил. Орлов связывался с ним, истерил.

– О? - озадачилась. - Почему?

– Узнал, что его внука оперировали не светила императорской медицины, а медсестра, ректор и инвалид.

– Тю… - Я скривилась, даже не думая скрывать эмоции. - Прекрасно. В следующий раз даже пальцем не пошевелю. Так ему и передай.

– Даже не подумаю, - ухмыльнулся Стужев. - Ибрагимов видел, в каком состоянии бойцы, Док отправлял ему фото и видео из палаты и лично отчитался по каждому ещё до обеда. Жди новый орден, не меньше. А Орлов не та птица, чтобы генерал перед ним отчитывался. Просто хочу, чтобы ты была в курсе. Министерство готово сотрудничать на твоих условиях от и до, этот случай стал показательным. Кстати, я сходил днем на место, где будет реабилитационный центр, осмотрелся. Там рядом стоит ещё парочка домов схожей планировки, в итоге образуя букву “П”. Если выкупить и их, то можно сделать отличный комплекс со своим жилым фондом для приглашенных специалистов из других городов и вторым корпусом как раз под госпиталь. Что скажешь?

– Хм, глобально. - Я всерьез задумалась над его предложением, которое показалось мне невероятно заманчиво. - Но это будет не быстро. И деньги…

– Это будет быстро и практически бесплатно, - заверил меня Егор, озадачивая. - Я не только тебе озвучил эту идею, но и Ибрагимову. Он готов поднять на уши все свои связи и чинуш министерства. Это проект имперского значения. Нужно только сесть и четко решить, что надо и где конкретно. Остальное он берет на себя. Максимум три недели - и всё будет готово, он гарантировал.

– Даже так? - удивилась, но пока не понимая, приятно или не очень. - А кому это всё будет принадлежать? И персонал? Это же не просто пальцем щелкнуть и всё само появится. Людей в магазинах не продают, особенно узких специалистов.

Сочно рассмеявшись, Егор качнул головой.

– Согласен. А жаль. Но я уверен, всё решаемо. Дело уже на контроле у императора, слишком большие потери за раз. В общем, я тебе последние новости дня озвучил, думай.

– Погоди-погоди, - притормозила его, видя, что он уже собрался обратно. - Ты не сказал про имущественное право. Одно дело, если здания и лечебный комплекс будут моими от и до, совсем другое, если министерские и они начнут ставить мне условия. Это неприемлемо.

– Это будет грант, уверен. Иначе нет смысла. Просто Ибрагимов ускорит его получение вплоть до одобрения день в день. Расселить людей из тех зданий тоже небольшая проблема, особенно для военных.

– А если люди не захотят? - нахмурилась. - Неужели их будут выселять под давлением?

– Знаешь, спорный на самом деле момент, но я надеюсь, что ограничимся деньгами. Накинуть триста-пятьсот тысяч, предложить оптимальный вариант в хорошем районе - и люди согласятся. Надеюсь.

– Надеюсь, - кивнула, задумываясь над моральным аспектом всего этого. - Ладно, мне действительно есть над чем подумать. И точно не прямо сейчас.

Я бросила оценивающий взгляд на последнего пациента, которого пристроили в уголок и отгородили ширмой, чтобы никому не мешал. Ну и не пугал, если уж совсем честно выражаться.

– Ультра, - без лишних слов понял мой взгляд Стужев. - Майор Зосимчук. Из благородных. Аристократ, но без титула. Ему уже к пятидесяти, но о пенсии даже не думал. Многие наши на него равняются, почти легенда.

– Как же его угораздило?

– Не повезло. Просто не повезло. Бывает. Соберете?

– Пф, легко, - усмехнулась, хотя прекрасно понимала, что легко не будет.

Но была у меня одна идея…

– Егор, а если очень сильно повредить доспех, он сам восстановится? Или нужно заказывать новый?

– Если процентов на тридцать, то восстановится. Если, как в случае Каменского, то нет. Его артефакт будут извлекать и ставить новый.

– Да? Интересно… - Я задумчиво потерла кончик носа. - А почему тогда доспех облегал его тело?

– Прикипел. Сросся с кожей. Не знаю, Полин. Это довольно сложная и многокомпонентная биомасса. Возможно, подпитывалась за счет ресурсов тела. Сейчас сложно сказать, как было на самом деле. Но что я точно знаю: если бы не доспех, спасать было бы уже некого.

– О, это точно, - усмехнулась, вспоминая горелого пирожка. - Эпиляция была качественной. Ладно, пойду обрадую народ, что пора к станку. Поможешь Ульяне с мебелью, когда привезут? Вадим обещал часа за два управиться. Четыре кровати в угловую комнату, - я махнула рукой в нужном направлении, - и последнюю туда.

– Разберемся, не переживай.

Неожиданно шагнув ко мне, Стужев приобнял и поцеловал. Без напора, без явной страсти, но в то же время с такой поразительной нежностью, что я…

Зло его оттолкнула и прошипела:

– Не смей!

Не смей лезть мне под кожу, Стужев! Не смей! Тебе там нет места!

И прекрасно видя, что мои слова ему всё равно что слону дробина, прибила к полу взглядом и стремительно шагнула в сторону гостиной, поспешив распахнуть дверь и не без претензии громко заявить:

– Господа, долго ещё прохлаждаться будете? Вообще-то у нас тут человек помощи ждет!

Не знаю, что подумали о моём наглом заявлении присутствующие, по большому счету мне было плевать, зато Матвей и Захар буквально подбежали, всем своим видом давая понять, что готовы шить, кромсать и снова шить, Док тоже поднялся со своего места, да и Сергей Анатольевич от него не отставал, как и Ярослав.

И пускай именно Савелий, зная меня лучше всех, посматривал с некоторым волнением, наверняка замечая за мной непривычный зловещий настрой, остальные просто максимально быстро настроились на рабочий лад. Воронежские целители взялись за каталку, мы прошли в дальнюю палату, где как раз оставалась одна свободная реанимационная кровать, переложили пострадавшего на операционный стол и прикинули фронт предстоящих работ.

Нам предстояло снять с бойца доспех и как минимум пришить левую руку, которую поразительно ровно отрезало по верхней трети лучевой кости, и правую ногу, о-очень неудачно отрезанную по косой впритык к тазовому суставу.

К счастью, руку и ногу нам в комплект положили, причем конечности тоже находились в жестком стазисе, так что даже кровь внутри не свернулась.

– Интересно, чем это его? - полюбопытствовала вслух, изучая практически идеальный ровный срез, словно скальпелем. Огромным скальпелем.

– Скорее всего воздушным магическим клинком, - предположил Док. - У них самый ровный срез. Правда, не представляю, что за тварь такое могла сотворить… Сам я с таким не сталкивался.

– Граф Каменский позволил мне глянуть отчет своих бойцов, - отозвался Сидоренко. - Это был сухопутный кальмар с щупальцами. Два из них были толщиной в мононить и он хлестал ими, как плетьми. К счастью, оказался довольно слаб перед огненным артефактом. Ради этого майору пришлось подобраться ближе и буквально запихать этот артефакт твари в пасть. Не повезло, когда отступал.

Ого… Боюсь, если бы я с такой тварью столкнулась, не успела бы и мяукнуть, наматывая щупальца на кулак. Лишилась бы кулака до того, как тварь словила инфаркт!

– Что ж… Док, мне нужно ядро. И запасаемся терпением, просто так мне ультру не взломать.

Увы, я оказалась права.

Прошло не меньше часа, я изучила доспех от и до, особенно места среза, которые были ничуть не слабее прочих, но всё было тщетно - этот боец оказался мне не по зубам.

Что ж… Сам виноват!

– Док, готовь капельницу пациенту. Ему будет плохо. Мне тоже не помешает, но смотри сам. Остальным быть готовым к реанимационным мероприятиям.

А потом я окутала свои ладони кислотной магмой, выбрав именно эту комбинацию доступных стихий, как самую ядреную, и приложила их к правому бицепсу майора, решив не взламывать доспех, а уничтожить. В самом деле, чего мелочиться? Нам ведь главное бойца спасти, верно?

Удивительно, но мне потребовалось почти пять минут серьезных усилий, чтобы пузырящийся и воняющих под моими ладонями доспех начал поддаваться (Доку пришлось открыть окно и звать Стужева, чтобы организовал нам проветривание), но лишь минут через десять, когда я начала уже реально уставать, под моими ладонями оказался не истончившийся доспех, а живая плоть.

Я едва не упустила этот долгожданный момент, враз снизив мощь негативного стихийного воздействия, но все равно взломать личный энергетический щит бойца сумела только минут через пятнадцать.

Но сумела!

Фу-у-ух!

К счастью, на этом моя работа была завершена, о чем моментально сообщил Сидоренко, в считанные мгновения проведя пациенту диагностику. Вернуть на место кости, скрепив их штырями и пластинами, сшить сухожилия и мышцы, а затем и кожу они смогут с Ярославом и без меня.

– Вот это только приберите и можете отдыхать.

Мне указали на кислотный ожог на месте, где я растворяла доспех. Тц, безобразие какое… Да, нужно прибрать. К счастью, много времени это не заняло, я даже кожу сумела выровнять, оставив майору на память буквально небольшую “звездочку” кислотного ожога. Захочет - сведет. Но это вряд ли. У него на теле этих шрамов - десятки! Одним больше, одним меньше…

А мужик колоритный. Этакий Илья Муромец с легкой проседью в короткой каштановой бороде. Темные кудри, соболиные брови, не раз ломанный нос. Сразу видно - боец!

Разобравшись с рукой, на какое-то время я всё равно задержалась у операционного стола, внимательно наблюдая за работой профессионалов, ну и следовало полагать, что эта глупость не осталась безнаказанной - меня тут же привлекли к сращиванию сосудов, так что следующие два часа я методично штопала майора его собственным эндотелием и соединительной тканью - всем тем, из чего состояли сосуды и артерии человека.

Ради этого Док обколол пациента мощной дозой пептидов и липидов, разгоняя регенерацию Зосимчука до максимального предела, ну а я следила, чтобы она шла поэтапно, а не как попало.

Закончили мы уже ночью, во втором часу, так что стоило возмутительно бодрому Савелию констатировать, что операция завершена, всем спасибо, все свободны, я громко поблагодарила всех за помощь и вышла из операционной первая - устала просто дико!

Правда, стоило подняться по лестнице на второй этаж, как сразу стало ясно - рано я сбежала, не попросив витаминку на дорожку. Напряжение начало спадать, на его место пришла просто дикая усталость, навалившаяся на мои плечи неподъемной бетонной плитой, так что через гостиную я шла уже через силу, до спальни добралась на одном упрямстве, а там, умудрившись запнуться о край кровати, едва не полетела лицом в пол, но…

Что-то меня удержало. Что-то за шкирку.

М-м?

– Спокойно, это я, - произнёс Стужев, через секунду перехватывая меня уже не магией, а руками. - Деактивируй доспех, уложу.

– Я сама, - буркнула, меньше всего желая, чтобы он лез в мою жизнь таким образом.

– Полина, успокойся, - вздохнул он устало. - Не собираюсь я к тебе приставать. Проконтролирую, что ляжешь, и всё. Будет глупо убиться рядом с кроватью, ударившись виском об угол. Снимай доспех.

Ну, как бы он прав, но…

Мысли путались, тело было вялым, воля не подавала признаков жизни, внутри меня и вовсе шли неведомые хаотические процессы разлада, так что я просто закрыла глаза, приказывая себе не запоминать этот позор капитуляции, и деактивировала доспех.

Ну и кто бы сомневался: отключилась.

Не знаю, в какой момент глубокий обморок перешел в не менее глубокий сон, но в какой-то момент мне показалась, что зазвонил телефон. Но может и показалась: это был всего один звонок, и больше телефон меня не тревожил и я снова крепко уснула.

Позже как-будто слышала голоса, но это не точно. Они не заставили меня проснуться по-настоящему.

А потом…

Светило солнышко. За окном щебетали птахи. Под щекой билось чужое сердце…

– Не помню, чтобы приглашала тебя в свою кровать, - пробормотала я с нескрываемым раздражением.

– Тебя лихорадило, - последовал спокойный ответ, на что я недоверчиво замерла. - Под утро начались судороги. Я два раза вызывал Дока, чтобы он вколол тебе магний и магический аналог фенитоина. Ты перенапряглась и снова скакнула. Поздравляю с третьим рангом, ваше сиятельство. Но если не хочешь словить сердечный приступ, постарайся не напрягаться хотя бы дня два. Договорились?

– О?

Обдумав всё услышанное, сначала не поверила, засомневалась, но потом прислушалась к себе и с досадой констатировала, что он прав.

Чрезмерное потребление ядер и многочисленные скачки энергии туда-сюда не пошли организму на пользу и он выглядел расшатанным. И впрямь стоило себя поберечь.

В общем, я подумала… И сказала:

– Спасибо, что позаботился.

– Пожалуйста.

– Можешь идти.

– Не могу, - хмыкнул Стужев, чем моментально возмутил, так что я сразу вскинулась, чтобы посмотреть в его бесстыжие глаза, но в итоге увидела лишь смачный зевок и покрасневшие от недосыпа белки. - Гордись, стажер. Ушатать собственного наставника во сне не каждому дано.

Стало немного стыдно.

Но вообще-то я не просила! И присмотреть за мной могла та же Уля.

Могла ведь?

Правда, пока я сердито сопела и придумывала, что сказать, Стужев закрыл глаза и нагло уснул, а я… Посмотрела на него, такого очаровательного и беззащитного… И тоже закрыла глаза.

Если никто не сносит дверь с петель, значит, мир еще не рушится и никуда спешить не надо.

К сожалению, минут через сорок к нам заглянул Савелий и не знаю уж, как почуял, что сплю я лишь вполглаза, заставил меня лечь ровно на спину и сунул в вену иглу капельницы, категоричным тоном приказав не сопротивляться, иначе всего триста миллилитров раствора станут литром и к кровати он меня привяжет.

– Точно импотентом сделаю, - ворчала я, но лежала, а Савелий почему-то не боялся. И тогда пригрозила другим: - И шрам с лица сведу!

– Думаете, стоит? - Док выразительно потер свою небритую физиономию. - А если Дашеньке не понравится?

– Считаете, что со шрамом вы красивее? - хохотнула с недоверием.

– Брутальнее, - ухмыльнулся “Витязь”. - Слышали поговорку: шрамы украшают мужчину?

– Док, я тебя сейчас синяком украшу, - откровенно сонным голосом пробурчал Стужев, не открывая глаз, но умудряясь наощупь найти мою руку и сжать. - Обязательно трепаться над моим бездыханным телом?

– Был бы ты бездыханным, тебя бы это уже не волновало, - хохотнул Савелий, но тут же сам себя оборвал. - Всё-всё, молчу. Дождусь, когда капельница закончится, и уйду.

И ведь не солгал! Правда, под конец умудрился вколоть прямо в трубку капельницы дополнительный укол, содержимое которого попало в мою вену практически моментально, вызвав подозрительную сонливость, но… я не возражала. В самом деле, когда ещё выдастся такая великолепная возможность просто поспать?