Глава 10

– Лорик, я быстро за коктейлем, а то закончился… вдруг, – пищит Рита и сбегает, предательница.

Оборачиваюсь и смотрю на ее голую задницу, скрывшуюся в дверях.

Снова смотрю на мужчину, который кажется от… шока? не знает, что сказать. Или просто сначала решил полюбоваться мной?

Его взгляд блуждает по моему телу, словно на мне нет даже этих тонких линий, подобия купальника.

Чувствую себя глупо, немного возбужденно, зябко… и еще много чего могу сказать, но только в мыслях, наяву я лишь смотрю на него и жду, не знаю, чего именно.

Опьянение не было сильным, а сейчас и вовсе исчезло.

Наконец он отвлекается от созерцания моей груди, и предательски затвердевших сосков и прожигает своим взглядом мои глаза.

– Какого хрена? – единственное что выпаливает он, резко.

– Купаемся, – дебильная улыбка.

Голос тверд и даже не дрожит, что удивительно.

– Это я уже заметил, – вновь грозно проговорил Мурад. – И как? Весело? Может мне принести виски?

– Вот не надо. Мы не маленькие.

– Ну конечно. Почему бы не пропитаться бухлом насквозь? От тебя разит за километр, – с некой брезгливостью выпаливает он, но не дает ответить. – Вам тут что, нудистский пляж? Здесь камеры и охрана… – он явно хотел покрепче высказаться, но просто потер переносицу и закрыл глаза.

– Нууу, тут нас хотя бы не видят все подряд, а на пляже зрителей… – улыбаюсь сначала, открыв свой рот для ответа, а когда он глянул на меня, тут же замолчала. – Да что не так? Как будто я по красной площади прошлась в купальнике.

– То есть на тебе все-таки есть купальник? Я что-то не заметил, – делает вид что рассматривает меня.

– Ой, вот не надо… – начинаю злиться.

– Или это, – делает шаг в мою сторону и поддевает завязку что идет от груди к шее пальцем и немного оттягивает, а после она тихим шлепком опускается назад к коже, – по-твоему то, что и называется купальник.

Вот только мужчина больше не поднимает глаз к моему лицу, а фиксирует их там же, где и остановился – на груди.

«Придурок!»

– Да, что вам не нравится? – похоже я слегка устала от этого тона и вечного упрека в мою сторону. – Постоянно одно и тоже. Может хватит? Чем я не угодила лично вам? Может пришло время сказать, что вас так раздражает? Какого черта вы ко мне постоянно цепляетесь? Осточертело уже. Я виновата в чем-то? Тогда скажите в чем? – меня понесло и неизвестно, когда вернет назад. – Перед матерью была виновата тем, что не то лицо, не та фигура, все не то. Перед отцом виновата, что расстраивала маму. Я перед всеми провинилась? Да чем? – кричу. – Чем я вам всем не угодила? Чего вы от меня хотите? Отставьте меня уже в покое. Я просила немного покоя…

Слезы текли по щекам, а я их даже не замечала. Я продолжала говорить, пока не охрипла, пока не сказала все… только в глазах напротив понимания, кажется, не нашла, либо это было другое…

Он прожигал меня то ли злостью своей, то ли неким презрением, я не знаю.

– Только тем, – вдруг сказал он после долгого молчания, неотрывно глядя на меня, – что ты их дочь.

– Чт…? – от неожиданности и непонимания отшатываюсь назад и начинаю балансировать на краю бассейна.

Мурад реагирует ловко, но я все равно падаю и тяну его за собой.

Начинаю впервые ощущать панику в воде и захлебываясь, пытаюсь выплыть наверх. Мужчина меня подцепляет рукой, прижимает к себе и поднимает наверх. Вытягивает из воды падая на спину, а меня укладывает на себя. Стучит по спине, пока я откашливаюсь на его груди.

Стоит жидкости покинуть мои легкие, я тут же обмякаю и просто лежу на нем какое-то время. Чувствую себя спокойно. В безопасности. Как тогда, стоило проснуться в его руках. Ровно до тех пор, пока его горячие ладони не начинают гладить мою обнаженную спину, успокаивая меня.

Так приятно. Тепло скользит дальше по моим венам превращая меня в плавленый зефир. Я бы тоже хотела прикоснуться к нему вот так просто.

Приподнимаюсь и смотрю на него. Мурад, как и я открывает глаза и отвечает на взгляд. Такой красивый, такой, что хочется протянуть руку и погладить по щетинистой щеке, поцеловать, забрать усталость…

Быть может, оттает все же? Не такой я и плохой вариант женщины, разве нет?

Еще с полминуты он не шевелится, а после вдруг говорит:

– Выкинь этот бред из головы. Даже не пытайся, Лора.

Неужели у меня на лице написано все, о чем я сейчас думала? Но это становится неважным, потому что меня накрывает обидой.

Вскакиваю быстро с него и убегаю в дом униженная даже не Мурадом, а самой собой. Позор и мое поведение и то, в чем я одета. Не удивительно, что я не тяну на роль… даже не знаю кого.

Поднимаюсь по лестнице в свою комнату и захлопываю ее, проворачивая замок.

Рита сидит на кровати уже переодетая, молчит.

Захожу в ванную сразу взяв одежду из шкафа, и скидываю с себя этот ужас. Принимаю душ.

Да мне обидно и в некоторой степени больновато, но я не дура. Он меня предупредил, попросил успокоиться, это я и сделаю. В конце концов, он взрослый мужчина, который явно знает, что ему нужно. Вот он и сказал, что не я ему нужна.

– Лор, впусти? – скребется эта коза через время.

Открываю защелку, и Рита входит.

– Не спрашивай, – грозно прошу и начинаю сушить волосы.

Подруга кивает и садится на угол ванны. Оставляю волосы слегка влажными, плевать.

– Пойдем поедим.

Идем на кухню, надеясь, что Мурада не встречу. Мне стыдно за всю ситуацию в целом, но уже не изменить ничего. Впредь буду умней.

Решаю сварить грибной суп и пока он кипел на плите пошла убирать наш «праздник» около бассейна.

– Лор, ну мне интересно, что там было то?

– Надо было не сбегать, не пришлось бы спрашивать у меня о продолжении, – язвлю в ответ.

– Да ну тебя, сама знаешь, что должна была. Рассказывай, а я тебе потом скажу кто он такой.

Вот тут я и глянула на нее подозрительно.

– Так ты знаешь его?

– Ага, – отвечает и лыбится.

– Ну так скажи.

– Неа, после тебя. Мне ж интересно.

– Рит, ну что могло там произойти. Упала в бассейн и его «крейсер» потопила. А потом он сказал, чтобы выкинула розовое дерьмо из головы и даже не думала. Тебе все ясно?

Тут же вспоминаю его слова о родителях и начинаю хмуриться. Как он сказал? И что имел ввиду?

– Вот козел.

– С чего бы это? Он предупредил. Очень честно с его стороны.

– Все равно козел. Ты такая красотка, а он дебил.

– Молчи лучше. Потому что, если услышит оторвет головы нам обеим. А теперь рассказывай кто он?

– Тот самый Мурад.

– Ага. Тот самый это какой?

– Ну Лорыч. Я ж тебе говорила, правая рука Далера Халилова.

– Так он бандит?

– Ну, типа да. Это ж не профессия, поэтому тут никто не ходит и не рассказывает на каждом углу, но многие в курсе того, кто в городе главный.

– Кошмар. Угораздило.

Если честно, даже не знаю, как я к этому отношусь. Я сейчас в таком состоянии апатичном, что мне, по сути, все равно.

Опустошили тарелки мы быстро, а когда решили посмотреть телевизор на кухню вошел Мурад.

Я надеялась, что он снова уедет, но он почему-то был еще здесь.

– Ой, а мы уже пообедали, – воскликнула Рита. – А вы, наверное, голодны? Лор, ты пока накрой на стол, а я пойду фильм выберу.

И снова сбежала, чертовка.

Мужчина прожигал меня взглядом, словно пытался понять, что я буду делать. А я сделала так, как поступила бы любая девушка.

Молча вернулась к плите, набрала тарелку супа, поставила ее на стол, украсив гостью зелени свежей.

– Чай заварить?

– Спасибо.

Мурад сел и продолжил наблюдать за моим передвижением.

В тишине, которую раньше я часто нарушала своей глупой болтовней я ничем не занимала, поэтому пожелав «приятного аппетита» быстро ушла к подруге, которая такими темпами станет бывшей.

– Ну вот что ты устроила?

– Дала вам больше свободного пространства. Мне там зачем торчать? Давай заваливайся со мной, посмотрим фильмец и я поеду.

– И все равно ты предательница. И знай, что бывшими бывают не только парни, но и подруги.

– Знаю, хорошо, что нас с тобой это не касается.

– Такими темпами, Рит…

Он притягивает меня и обняв целует в щеку.

Положили две подушки рядом, разложили и без того огромный диван и включили какой-то ужастик.

Интересный оказался фильм, но это не помешало мне уснуть. Видимо, алкоголь, плавание и в целом отдых так на меня повлияли, что я вырубилась и проспала до самого вечера.

Приоткрыла глаза кутаясь в теплом пледе обнаружив вокруг темноту.

Сразу даже не поняла, что происходит и где я. Страх темноты я не победила до сих пор, хотя психологи утверждали, что он пройдет.

Обвела комнату взглядом задергавшись, почувствовала, как начали трястись руки и участилось дыхание.

– Только не это, – шепнула в пустоту.

Рядом со мной кто-то сел, и я запищала, когда он начал гладить меня по плечу, потому что мне казалось все иначе, словно он хватает и пытается причинить боль.

– Нет, нет, нет, не надо прошу, – меня резко подняли и прижали к теплому телу, усадив на колени, с тихим «ш-ш-ш».

Я обмякла и вцепилась в плечи, обнимая в ответ, понимая кто со мной рядом, чувствуя ЕГО.

– Все хорошо, успокойся. Слышишь?

Кивнула и уткнулась в шею Мурада, вдыхая такой приятный аромат. Подтянулась еще ближе, чувствуя, как сердце громко стучит и сходит с ума.

Мужчина дышал глубоко, наполняя свои легкие кислородом, отчего между нами получалось трение. А я поняла, что касаюсь его кожи губами.

«Боже мой, у меня жар самый настоящий».

Продолжал гладить по спине и мне так хотелось обнять его за шею, пробраться пальцами в короткие волосы… просто прикасаться.

– Успокоилась? – спросил через время, когда паника отошла в сторону оставив нас с ним наедине.

Мне хотелось сказать, что нет, ведь, он отпустит меня, стоит понять, что больше не боюсь.

– Кажется да. Спасибо, – ответила вполголоса.

Как и думала, он слегка отодвинулся от меня, и мне пришлось слезть с его ног. Поджала свои конечности ближе к груди и обхватила их руками, облокотившись на спинку дивана.

Мурад не ушел. Сел недалеко.

– Темноты боишься? – разорвал тишину своим вопросом.

Я ни с кем не делилась никогда своей тайной, только с психологом миссис Стоун. Она мне во многом помогла.

– Да. Монстры так и не ушли из-под моей кровати и приказали не выключать свет.

Пыталась отшутиться, но меня почему-то накрыло горкой болью. А после, я вдруг заговорила.

– Нас держали в том подвале в полной темноте. Было так страшно, а мама с папой постоянно о чем-то спорили, – отвернулась от мужчины и продолжила. – Я говорила им, что мне страшно, но они не слышали. Глаза быстро привыкли к мраку, поэтому посреди сна просыпаясь часто рисовали страшные картинки. В свои пятнадцать, я даже не знала, что мое воображение способно на такие чудовищные образы. Хотя думаю, что вкупе со страхом и не такое может показаться. Но самое страшное было, когда их вывели из комнаты обоих, а я осталась одна, – воспоминания ударили очень сильно и я погрузилась в тот ад с головой. – Было так страшно, пока я ждала, что они вернутся. Порой стены надвигались на меня, и я упиралась ногами, только бы меня не раздавило, потом приходили чудовища. Было так холодно, – всхлипнула, ощущая тот мороз, исходящий от голого бетонного пола. – Я забилась в угол и натянула на колени футболку. Залезла лицом в горловину футболки и стала дышать, чтобы хоть немного теплей было и уснула.

Замолчала, стирая слезы. Не знаю, что на меня нашло и зачем я начала говорить, но почему-то я чувствовала необходимость в этом и знала, что он не остановит меня… не ответит, но выслушает…

– Я мутно помню, но убийца приходил в комнату. Он стоял в дверях с пистолетом, но глаза слепило так, что рези начались, когда я пыталась сфокусироваться на нем. А после я услышала щелчок и заплакала, зная, что меня больше не будет, значит и мамы, и папы возможно нет. Почему-то в тот момент я хотела лишь одного, чтобы это не было больно. Умирать… Но он развернулся и ушел, а я снова уснула.

Замолчала и впервые за время моего монолога посмотрела на Мурада. Мужчина сидел молча, а после встал и ушел, включив перед этим ночной свет в комнате.

Жаль я так и не успела ему главное сказать, а точнее попросить, чтобы он помог мне найти этих зверей.

Найти и отомстить за смерть моих родителей.