50

Инна ведь не была девочкой, и что такое секс, знала не понаслышке. Но то ли от нервного перенапряжения, то ли от эйфории, что спаслась, с ним она просто улетела. И все было так хорошо и правильно, что они делали сейчас, и борода его именно так кололась и гладила, как надо, как ей мечталось.

Все было хорошо.

Пока она не поняла, что полном смысле этого слова летает.

Парит над кроватью и светится, как новогодняя гирлянда. А он застыл и смотрит на нее расширенными глазами. И сразу все встало на свои места. Он инквизитор, а она ведьма. И она попалась.

Инна тоже невольно замерла, настороженно глядя на него.

Ах, как же ей было жаль. Как жаль, что все так вышло. Жестокое разочарование разлилось в ней. Но теперь уж все, конец окончательно.

Взгляд невольно метнулся к одежде, туда, где булавкой была пристегнута к нижней юбке бусина, так исправно скрывавшая ее силу. Далеко, ей не дотянуться. Да если б и дотянулась — поздно. Он уже все видел.

* * *

Гийом был потрясен. Смотрел как на чудо. Такой яркий всплеск, хрестоматийный, столько силы, чистая магия. И никаких разрушений, разломов, тварей бездны.

Он был прав, черт побери, он был прав! Ведьмы к этому непричастны.

Но тут его взгляд упал туда, куда смотрела она. Все-таки инквизитор есть инквизитор, это ничем не исправишь. Саварэ сразу понял, что там нечто важное. Поднял ее юбку и очень скоро нашел это. Блокиратор магии. Маленький, компактный, искусно изготовленный и замаскированный под бусину. Прекрасная работа.

А Инна села на кровати, подтянув простыню к горлу.

— Что вы со мной сделаете? — спросила глухо.

Сейчас у нее был такой вид, как когда он застал ее в пыточной рядом с Йоргом. Разве такой вид должен быть у женщины, которую он только что… кхммм, целовал? И намерен был делать это еще очень много раз. Всю свою сознательную жизнь.

Саварэ чуть откинул голову набок и сказал:

— Мы с вами не договорили, донна Иннелия.

Она дрогнула. И не поймешь, смех это был или рыдание, но в глазах точно заблестели слезы. Ладно, на слезы счастья он еще был согласен.

Подсел к ней, поставил руки с двух сторон от нее и прямо вот так, сидя, церемонно поклонился и произнес:

— Донна Иннелия, окажите мне честь, выходите за меня замуж.

Секунду, наверное, она смотрела на него потрясенно, даже слезы высохли. Потом кивнула и застыла. Кивнула еще раз и тихо проговорила:

— Да.

Прикрыла рот рукой и бросилась к нему на грудь, обнимая и шепча:

— Мое бородатое чудовище.

Что ж, это было не самое плохое прозвище, какое жены дают мужьям. Ему понравилось.

* * *

Когда немного схлынули первые чувства, Инна рассказала ему всю правду. Что она из другого мира. И про наследство, и про бабку, которую, кстати, звали Анфиса. И про то, что бабка была ведьмой.

А Саварэ сосредоточенно слушал и дивился. Сопоставлял.

И тут она вспомнила и подкинулась:

— Ох! Там же у преподобного остались мои вещи, их надо как-то оттуда забрать. И там Кристоф, Йорг упек его в камеру.

Он как услышал, сразу напрягся. Действительно, вещи и документы, выдающие ее принадлежность к другому миру, надо забрать. И сделать это срочно, пока не очухался Йорг. Коротко спросил:

— Как выглядит то, что я должен забрать?

Потом велел ей:

— Сиди здесь, запрись и никому не открывай. Я скоро вернусь.

А сам бегом сорвался в миссию.

* * *

В миссии в тот момент как раз требовалось жесткое руководство. Потому что местные грабители, воспользовавшись тем, что страже было не до них, проникли за ворота и начали под шумок разворовывать все, что плохо лежит. А некоторые из них умудрились проникнуть даже на нижние этажи.

Магистр быстро выставил посты, назначил старшего по гарнизону и тут же бросился на поиски. А задача была не из простых. В кабинете, где должен был работать преподобный, вещей Инны не оказалось, в хранилище тоже. В журнале не проведены. Где? Куда их мог запрятать больной придурок Йорг? В какой-то момент даже накатило отчаяние.

Однако Гийом взял себя в руки. Вернулся в кабинет, вызвал служку и стал методично опрашивать его, чем занимался преподобный Йорк сегодня, что делал, с кем встречался, куда ходил. Буквально по минутам. А сам в это время делал пометки на полях журнала. К сожалению, служка мог сказать немного. Преподобный Йорг в принципе был скрытен.

Дослушав, Саварэ взглянул на него и произнес:

— Свободен.

А потом стал изучать пометки, которые сделал на полях, и обратил внимание на то, что Йорг дважды за сегодня был в допросной и дважды поднимался в келью Бискара. Могло быть данное зацепкой? Теоретически могло.

Прежде всего Гийом отправился в допросную — увы, там ничего не оказалось. Новая неудача. Все меньше надежд, а время поджимало. Надо уничтожить улики раньше, чем Йорг о них вспомнит.

Отправляясь оттуда в келью Бискара, Гийом не особо рассчитывал на успех. И каково же было его удивление, когда он обнаружил здесь не только то, что искал, но и вскрытый тайник за кроватью Бискара. Саварэ сразу насторожился. Тайник в стене, куски штукатурки на полу, тряпка, от которой неслабо фонило запрещенной магией. Все это очень странно выглядело. И это определенно следовало зафиксировать на информационный кристалл. Но прежде всего следовало забрать оттуда вещи Инны. И сделать это так, чтобы ни у кого не вызвало подозрений.

Итак, вещи. Гийом справедливо рассудил, что перепачканная землей и пропахшая мышами одежда Инне вряд ли понадобится. Отложил в сторону. С интересом рассмотрел иномирную обувь и отложил туда же. С документами и странными прямоугольничками, которые Инна назвала «банковские карты», было проще, их и другие мелочи он рассовал по карманам. Остальное надо было уничтожить.

Ему не хотелось сжигать принадлежавшее ей, казалось, это дурная примета, но действовать надо было быстро. Сжег мгновенно, даже следов не осталось, сказалась многолетняя практика. А дальше магистр пошел в хранилище за информационным кристаллом. Записал все по возможности четко и делал это при открытых дверях. Потому что устойчивый фон запрещенной магии тоже подтверждал его предположения относительно темных ритуалов.

Он уже заканчивал, когда прибежал стражник и сообщил, что преподобный Йорг бежал.

— Как?! — резко обернулся к нему Саварэ.

Служивый переминался с ноги на ногу и втягивал голову в плечи.

— Не могу знать, ваша милость, я на воротах стоял. Всех, кого поймали, велено было в застенок. А в застенке — это… много их там скопилось. Вышла стычка.

— Разыскать, — бросил сквозь зубы магистр.

Двинулся к выходу и сразу на лестницу.

— И еще, ваша милость… — едва поспевая за ним, вдогонку что-то говорил служивый.

Впрочем, выйдя во двор миссии, Саварэ увидел это сам.

В городе был пожар.