35

- Адам, нельзя принимать необдуманных решений! - Эвелина чувствовала, что Адама всё равно не оставят в покое: ни враги, ни друзья. Даже если он откажется от всего, ему не дадут спокойно жить. Он тот в котором течёт кровь правящей династии. И от этого не невозможно отречься, как от богатства. Адам всегда будет под прицелом врагов.

- Подумаю, Эвелина. Но мой отец меня никогда ещё так сильно не выводил из себя, как делает это сейчас.

- Адам, нам нужно что-то придумать. Но из дворца лучше не уходить.

- Ты только что говорила, что хочешь уйти.

- Я сказала не подумав обо всём хорошенько. Покидать дворец опасно. И это факт.

Адам прищурился. Как же ему не хочется думать, что Эва дала задний ход из-за короля. Может король Бренан её привлекает как самец? Или у них уже что-то было?

Адам заставил себя не думать об этом. Эва его. Его жена. В крови внезапно забурлило, а жажда обладания начала туманить разум.

Адам шагнул к Эвелине, обнимая её. В груди почему-то запекло. Казалось, что задохнется, если отпустит её.

Что она с ним делает?

Как ей такое удаётся?

Алек и даже король Бренан попали под чары этой ведьмочки. Каким-то чудным образом его жене удаётся покорять всех тех, с которыми она общается. Драконы явно не могут оставаться равнодушными в её присутствии.

Сложно объясняться и разговаривать, когда в самой глубине души чувствовал нечто тёмное и зловещее. То, что мешало ему раскрыться и стать самим собой.

Хотелось презирать те эмоции и чувства, которые Эвелина неумолимо пробуждала в его двуликой душе. Ведь столько лет подряд Адам едва ли не оттачивал искусство существования, когда сердце заковано в ледяные глыбы и лишено привязанностей.

И сейчас его выбешивало всё то, что он начинал ощущать благодаря жене. Он этого не планировал, не хотел. Но всё как-то пошло не так сразу же, как только он увидел эту ведьму.

Адам перевёл дыхание. Глубоко вздохнул, понимая, что этот вздох означает именно капитуляцию. Эва его жена. И он от неё не откажется. Ни за что!

Эвелине нравилось, что муж так жмётся к ней. Его ломает. Одна часть его рвётся к истинной, а вторая - поддаётся дурману лжецов, которые почему-то не желают, чтобы Адам был вместе с истинной.

Эва задрала голову, посмотрев в глаза мужа. В его омутах увидела настоящее пламя.

Только что это за огонь такой? Желания или злости?

Адам склонил голову и впился в губы Эвелины так яростно, словно решил поставить на ней клеймо своей собственности.

Сейчас в нём не было нежности. Дракон демонстрировал ей свою власть. Крепко притянул к себе, прижал, агрессивно обследуя языком рот жены.

Эвелина и не думала противиться. Если её дракону нравится таким образом доказывать всем и себе то, что эта женщина принадлежит ему одному, то пускай ЕЙ лишь нравилась эта жаркая игра.

Сейчас поцелуй Адама выражал всю ту бешеную гамму чувств и эмоций, которые неистово бурлили внутри его двуликого естества

Адам не желал лишать себя удовольствия. Он хочет жену. Сейчас. И она не посмеет ему возражать. Если же посмеет — отпустит, но это ранит его самолюбие.

Эвелина ощутила его руки на своих плечах. Он медленно принялся срывать с неё одежду. Она позволила ему себя полностью раздеть. Адам обласкал её тело восхищённым взглядом.

- Ты такая красивая, ведьма. Только моя, - прошипел, начав стремительно скидывать одежду и с себя.

Эвелина больше не смущалась наготы: ни своей, ни мужа. Сердце в груди чаще забилось. Хорошо, что муж желает быть с ней, что хочет её:

Адам подхватил жену на руки, понёс к кровати. Опустил и придавил сверху своим телом. Его губы обрушились на её лицо. Он зашептал ей на ухо слова, которые Эвелина не могла разобрать. Но они были пропитаны страстью и нежностью, кружившими голову.

Хотелось, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось. Слова Адама волшебной музыкой ударяли в самое сердце, дарили тепло, надежду. Они - как лечебный бальзам её души.

Всегда ведь хотела собственную семью. И теперь у неё есть муж. Возможно, что в скором времени появится и наследник. Эвелина этого так сильно хотела.

Глаза Адама впились в её омуты. Эва чувствовала зашкаливающее между ними напряжение, стремительно нарастающее лишь с каждым последующим мгновением.

Эвелина расположила ладони на груди мужа, погладила. Адаму нравилась её податливость. Он верно расценил её приглашение к решительным действиям.

Эва томно застонала, когда муж принялся впиваться в её губы пылкими поцелуями, явно говорящими о нетерпении. Губы девушки задрожали, не выдерживая бешеного страстного накала, который Адам так рьяно обрушивал на неё. А она бесстыдно жалась к нему, жаждая большего.

Адам опустился губами по шее девушки к её груди. Сомкнул губы на соске, слегка прикусил, после с силой втянул его в рот.

Эвелина застонала от удовольствия, голова невольно закружилась от всего того, что он так ловко проделывал с ней.

Девушка млела от невероятных ощущений. Прикрыла глаза, желая скрыть тот бушующий страстный ураган, который разверзся на самом дне её потемневших омутов.

Адам прервал поцелуй, чтобы посмотреть на жену. Ему нравилось то, что он видел.

Лишь сильнее придавил девушку к себе. Коленями растолкал в стороны её бедра, вынуждая её раскрыть широко, после услышал её стон, когда его член вторгся в горячее лоно.

Адам довольно заурчал, оказавшись там, куда так стремился попасть. Ощутил ногти девушки на своих ягодицах. Она вцепилась в них, словно подстёгивала мужчину к более активным действиям.

Адам снова впился в её губы сжирающим поцелуем. Медленно задвигался.

Услышал разочарованный стон жены, когда полностью вышел из неё. Но уже через мгновение снова вбил в неё член. Сразу и до самого конца.

Адаму было сложно контролировать резкость движений, когда блаженство жаркой волной затопило каждое клеточку его тела.

Только с этой ведьмой возможны такие ощущения и подобная зашкаливающая степень удовольствия. Она действительно чародейка.

Эвелина выгибалась навстречу каждому мощному толчку его члена. Бедра уловили бешеный ритм его движений, а удовольствие растекалось по её телу жидким пламенем.

Адам слышал сдавленные звуки и стоны жены. Они лишь подогревали его напор и сильнее возбуждали. Эвелина делала всё, чтобы ощутить мужа как можно глубже в себе, желая, чтобы он заполнил её до предела.

Адам спустил себя со всех тормозов. Глаза дракона загорелись колдовским жарким пламенем, мышцы на руках вздулись от напряжение. Каждым нервом своего крепкого тела сосредоточился там, где мышцы лона жарко, сладостно сжали его член.

Эвелина громко вскрикнула, когда муж полностью перестал себя обуздывать. Он задвигался в разрушающем ритме. Эва обхватила ладонями его плечи и обвила ногами его талию, вторя задаваемому им ритму.

Охнула, когда мир вокруг неё словно взорвался. Адам и сам стремился к разрядке.

Рывком вбился в жену и зарычал, исторгая в неё семя.

Адам не спешил вставать или отпускать жену. Крепко прижал к себе, лёг рядом.

Расслабился. Эвелина запустила пальцы в его тёмные локоны, поглаживая.

Муж поцеловал её в плечо с такой нежностью, что Эвелина едва сдержала слёзы.

Так боялась, что эта идиллия может рухнуть.

- Надеюсь, жена, сейчас ты от меня никуда не сбежишь. Сделай так, жёнушка, и я тебя накажу,

- Я никуда не уйду, Адам, - выдохнула, прижимаясь к его разгорячённому телу.