Глава 47

Софья

Научи меня своему безразличию…

У вас когда-нибудь было такое, что вот ты это видишь впервые, а чувствуешь, что уже когда-то был здесь, прикасался к этому и испытывал самые положительные эмоции? Как может быть такое, что чужой и незнакомый человек за доли секунды может стать самым близким и родным? Не знаю. Но подобные вопросы уже не раз посещали меня.

Оскар привёз меня в свой дом, показал и рассказал, что и где находится. Познакомил со своим сыном, а затем быстро уехал, оставив меня одну. Стоило ему выйти за порог дома, как малыш сразу же стал надрывисто плакать, еле его успокоила. И всего-то оказалось, что он просто покакал. Поменяла подгузник и почувствовала себя каким-то суперменом.

С Серёженькой на руках хожу и исследую дом. Всё кажется очень знакомым. Я даже пару раз замечала, что моё тело знает, где что лежит и куда идти.

Кроме охраны в доме никого не было. Позвонила Батуру, рассказала всю комичную ситуацию, как я на несколько часов стала няней, только чтобы нам подписали договор. Батур, как я поняла, не особо-то обрадовался моей инициативе, но промолчал.

Из-за отсутствия завтрака и обеда мой желудок беспощадно урчал, и я пошла на поиски еды. На кухне, кроме детской смеси, молока и упаковки яиц ничего не нашла. И чем вообще они питаются? Спросила у охраны, где здесь ближайший магазин, но добрый дядечка сказал, чтобы я ему написала список, и он сам съездит и всё купит.

И вот, пока я ждала продукты, за которыми уехал охранник, заметила, что в доме-то не так уж и чисто. И пока сытый малыш спал, я решила заняться уборкой. Да, мне за это не заплатят, и в мои обязанности входит только посидеть с малышом, но руки-то нужно было чем-то занять. И я принялась за уборку. Только спустя час я уже пожалела, что начала этим заниматься. До уборки дом не казался таким большим, а когда начала его убирать и всё мыть, то мне он показался нескончаемым. И куда жена Оскара Леонидовича смотрит? Почему так дом запустила? Не мне, конечно, её осуждать, но всё же.

Наконец-то приехал охранник с моими продуктами, и я уже практически без сил начала готовку. Приготовила борщ, запекла курочку с картошкой и на радостях сделала на быструю руку пирог с ягодами. И вот, сытая и довольная, я сидела в детской спальне и читала малышу книжку. Да, он ещё ничего не понимает, и ему сейчас как бы не до книг, он и без них прекрасно посапывает, но мне отчего-то захотелось поиграть в добросовестных родителей.

До сегодняшнего дня я вообще как-то не задумывалась о детях. Занимаясь любовью с Батуром, мы не предохранялись, и я даже подумать не могла, что могу забеременеть. А сейчас вот смотрю на эту кроху и отчётливо понимаю, что тоже такого хочу. Вот такого же маленького гномика с курносым носиком и чёрненькими волосиками и губками-бантиками. Растрогалась. Не заметила, как по щеке стекла одинокая слеза. Если так подумать, то у меня, кроме Батура, и нет никого родного и близкого. Плохо ничего не знать о себе. Словно ты не из этого мира, чужой для всех и одновременно для себя.

Искупала кроху, накормила его и снова уложила. Времени уже было около десяти вечера, но Оскар Леонидович ещё так и не приехал. У охранника попросила номер его хозяина. Позвонила. Но мужчина не взял трубку. И вот что мне делать? Как долго он ещё будет отсутствовать? А мне ведь ещё домой нужно ехать, и это не ближний свет. В голову начинали лезть нехорошие мысли, наподобие тех, что Оскар бросил своего ребёнка и теперь никогда не приедет домой, или что меня заперли в этом доме, и я буду теперь здесь жить постоянно в качестве няни. Что только не надумаешь от волнения.

Времени уже двенадцатый час, а хозяина дома всё так и нет. Малыш снова проснулся. Я поменяла подгузник и покормила. Села рядом с детской кроваткой и взяла в руки смартфон. Включила в приложении книгу и начала читать. С каждой минутой мои глаза наполнялись тяжестью, а потом и вовсе закрылись. Я провалилась в сон. Чувствовала только, что парю над землёй, а затем моё тело касается чего-то тёплого, мягкого. Меня, кажется, укутали. А затем я снова уснула.