Глава 23

Пока Денис принимал душ, Таша постелила ему постель и пошла на кухню. Из продуктов, нашедшихся в холодильнике, вполне мог получиться приличный омлет.

Денис застал Ташу на кухне, она мыла помидорки, увидев Дениса, скомандовала:

– Так, пока я быстренько в душ, тебе задание: почистить и нарезать лук с помидорами. Потом кинешь их вместе на разогретую сковородку и убавишь огонь. Справишься, родственник из деревни?

– Ну, как справлюсь, так и есть будем! – парировал он.

Из душа Таша вышла в домашней одежде. Денис, на удивление, хорошо справился с поставленной задачей. Овощи обжаривались, даже турка уже стояла на плите. Оставалось только вылить яйца на сковороду. Но это ответственное дело Таша взяла на себя.

Потом, когда Таша уже накрыла на стол, Денис вдруг сказал:

– Всё-таки, Таша, вы с мамой очень похожи. У вас вот даже и вкусы одинаковые. Мама тоже любила омлет именно с помидорами и луком, и привычки одинаковые, – он кивнул на посуду. Он оценил умело подобранный комплект, потом помолчал и добавил:

– И мама такая же мудрая была. Они с отцом душа в душу почти четверть века прожили. Надеюсь, что и с тобой он не меньше проживет.

Таша, услышав это, задохнулась и даже закрыла глаза. А открыв их, напоролась на взгляд Дениса:

– Таша, ты думала, я не знаю, да? – не дождавшись от Таши ответа, Денис продолжил:

– Отец, в день, когда мама умерла, пришел ко мне вечером в комнату с бутылкой водки и двумя рюмками и всё мне рассказал. И знаешь, вот тогда у меня в голове всё и сложилось, после рассказа отца всё встало на свои места. Теперь было понятно, почему меня к тебе так влекло: ты ведь мамина копия, а я классический маменькин сынок, и я подсознательно искал женщину, похожую на маму. Вот я и нашел её в твоем лице. Только вот я и подумать не мог, почему именно вы с ней так похожи! – он усмехнулся и продолжил:

– Отец мне в тот вечер всё и рассказал. И про ваше с мамой родство, и про то, что они с мамой решили тебе деньги вашего с ней отца отдать, и про то, какое мама с вас с отцом слово взяла.

Таша вопросительно посмотрела на Дениса, а он, увидев это, пояснил:

– Да, мама и с отца взяла слово, что он женится на тебе.

Таша закрыла глаза и медленно подышала, считая про себя до десяти. Про то, что и Андрей Денисович слово своей Аннушке давал, Таша не знала. Она успокоилась и открыла глаза, столкнувшись с фирменным взглядом Королевых: Денис сверлил её взглядом, совсем как отец.

– Хочешь знать, люблю ли я твоего отца или только хочу выполнить обещание, данное Аннушке?

– А ты его любишь? – задал Денис встречный вопрос.

– Помнишь наш с тобой разговор в вашем доме, в столовой? Я тебе тогда сказала, что не могу с тобой быть, потому, что люблю другого мужчину. Я влюбилась в твоего отца в первый же день. Поверь, я сама от себя такого не ожидала и никогда не верила, что так бывает. Я уж не говорю о том, что никогда до этого не влюблялась в своих работодателей. Но, как говорится, всё когда-то случается в первый раз! Я не позволяла себе этих чувств до того момента, пока твой отец сам не признался мне в своих чувствах ко мне. Признался у постели Аннушки. Признался в её последний день жизни, – Таша перевела дух и продолжила:

– Ты думаешь, я не понимаю, как это всё странно выглядит? – Таша устало выдохнула, – признался он мне в своих чувствах сам, первый. А потом вдруг сказал, что освобождает меня от моего слова, данного Анне. Я не знаю, почему он так сделал, но, видимо, есть у него на это веские причины. Знаешь, Денис, я не буду ему навязываться. А безответную любовь, как оказалось, очень хорошо заглушает работа. Много работы! И давай уже ужинать и спать. Нам завтра рано вставать.

Таша думала, что не сможет уснуть после таких откровений, и своих, и Дениса. Но усталость берет своё, и она уснула, едва опустив голову на подушку. В эту ночь ей опять снилась Анна, она стояла и улыбалась, и там, во сне, Таше было легко и хорошо, там пришло понимание, что всё идет своим чередом. Всё идет правильно.

Денис же крутился на кровати и никак не мог уснуть. Крутился он не потому, что кровать была чужой или неудобной. Он был не в том возрасте, когда кровати бывают неудобными. В голове всплывали признания Таши в любви к его отцу и слова самого отца.

Отец зашел утром, сообщил о смерти мамы и сразу же ушел, оставив его один на один с этими словами. Денис рванул в комнату мамы, там были уже какие-то люди, медики, кажется. Мама уже лежала на каталке, закрытая простыней. Если бы не эта каталка и не простыня на её лице, которую он стащил сам, желая увидеть её лицо, он бы решил, что мама спит. Мама ему улыбалась! Он даже потрогал ее за руку – она была ещё чуть теплой. Он всё никак не хотел отпускать мамину руку, не давая им её увезти. Кто-то сунул Денису стаканчик с какой-то очень неприятно пахнущей микстурой, наверное, это была валерьянка, и пока он её пил, мамину руку у него забрали. Маму увезли, и в комнате стало очень пусто и тихо. Он опустился на диван здесь же, в этой комнате, и смотрел на портрет, смотрел не отрываясь, смотрел, пока глаза сами не закрылись. Ему снилась мама, они сидели с ней в саду, любовались на любимыми мамиными тюльпанами и молчали. И им было так хорошо сидеть вдвоем и молчать.

– Мама, я люблю тебя! – он сказал это там во сне, сказал и понял, что сказал это маме в первый раз за последние несколько лет.

– Я тоже тебя люблю, сын, и всегда буду любить! – мама улыбалась ему своей теплой, все понимающей и прощающей улыбкой.

Он хотел взять маму за руку и даже уже протянул к ней руку, но мама вдруг исчезла и Денис заплакал. Заплакал, как маленький мальчик, навзрыд. Он так и проснулся всхлипывая. Мамина кровать уже стояла без постельного белья, на тумбочке не было ничего, что стояло здесь последние несколько недель. Значит, сюда уже заходили и убрали всё, а он даже и не слышал.

Денис ушел в свою комнату. Видеть никого не хотелось. Не хотелось вообще ничего! Хотелось просто лежать, пялясь в потолок, и ни о чем не думать.

Он так и пролежал до вечера. А вечером раздался стук в дверь, и он услышал голос отца:

– Разреши, я войду?

– Входи! – Денис резко сел на кровати.

Отец вошел. Вошел молча. Денис тоже молчал. Молчал и смотрел на отца, осунувшегося и резко постаревшего.

Отец прошел к нему в комнату, поставил бутылку водки на стол, разлил в две стопки, они выпили с ним молча, не чокаясь, говорить не хотелось. Денис тогда гадал, с чего это вдруг отец сам к нему зашел, а не пригласил его, по обыкновению, к себе в кабинет. Отец встал у окна, заложил руки за спину и начал говорить. Говорить, глядя не на Дениса, а куда-то в окно, хотя вряд ли он там, в окне что-то видел:

– Я любил твою мать всегда, и ты это знаешь. Другие женщины мне были не интересны, не привлекали, не манили. Совсем! Хоть мне, порой, и делали очень откровенные намёки, но не щёлкнуло ни разу, даже наоборот, глядя на таких женщин, я понимал, что ещё больше люблю Аннушку.

Но потом появилась Наталья, медсестра Аннушки. Таша. Молодая, красивая и поразительно похожая на Аннушку в молодости. Я понял, что теряю связь с этим миром, едва только посмотрел в её глаза. Да, сын, ты можешь меня осуждать. Но я влюбился. На старости лет, второй раз в жизни влюбился! И опять с первого взгляда, как когда-то в Аннушку! И в кого? В девчонку, которая моложе меня на 19 лет! А твоя мама, она всё поняла, едва только я привел Ташу к ней в комнату. И знаешь, я не смог соврать твоей матери и в этот раз, как не мог ей врать никогда. Аннушка всегда чувствовала и понимала меня, как никто другой. Иногда даже лучше, чем я сам мог себя понять.

Когда Аннушка поставила меня перед фактом, что я влюбился в Ташу, в тот же день, между прочим, она меня припечатала, а я ей не поверил. Аннушка заставила меня вспомнить нашу с ней первую встречу и мои же ощущения. И я признал её правоту.

Не мог не признать.

При встрече с Ташей я чувствовал всё то же самое, что и когда-то давно, при встрече с твоей матерью. Аннушка была права, она опять почувствовала меня лучше, чем я сам. Тогда я не мог ещё представить рядом с собой какую-то другую женщину, кроме твоей матери. Мало ли кто в кого влюбляется! А теперь, в день смерти Аннушки, я говорю тебе о том, что не могу представить рядом с собой кого-то ещё, кроме Таши. Но я отдаю себе отчет о том, как это выглядит со стороны, но я так же знаю, что слишком стар для неё. Поэтому я и отпустил ее. Она имеет право на нормальную семью с мужчиной, больше подходящим ей по возрасту, – сказал, как подвел черту.

Всё! Он так решил!

Отец тогда ушел, и больше они с ним к этому разговору не возвращались. Денис за эти три недели, что они с Ташей готовятся к открытию кондитерской, узнал Ташу лучше. А узнав, понял, что она такая, какая есть, открытая и честная, а ещё верная подруга. В его присутствии звонила Светик, звонила, чтобы поговорить, услышать родной голос и получить поддержку. Таша, увидев, что Денис прислушивался к их с подругой разговору, пояснила, повесив трубку:

– У её пациента последние дни. Это всегда очень тяжело.

– Тебе так же было… ну, когда мама…

– Да, так же.

Ответила просто, не вдаваясь в описание своих ощущений, не давя на жалость и не требуя понимания.

– Таша, спасибо тебе. За всё спасибо. За маму, за вот это вот всё, – Денис махнул руками в сторону рабочих, устанавливающих технику, – ты ведь реально меня спасла этим. Я бы, наверное, сейчас, если бы не это всё, уже в какой-нибудь клинике лежал по выведению токсинов из организма, – он усмехнулся, – вспоминаю сейчас свою жизнь, и мне страшно становится. Веришь? Удивляюсь: как я ни во что серьезное не ввязался и не подцепил ничего из тех болезней, что бывают от незащищенного секса. Одни сплошные гулянки, пьянки и трах, как раз по причине алкоголя незащищенный, вот и всё, что мне надо было! Хорошо, от наркоты Бог уберег. Вел себя, как животное, даже хуже. Ничего не интересовало. А в последний год, когда мама заболела, совсем крышу снесло! Как отец всё это терпел, сам не понимаю.

Таша подошла и обняла Дениса, погладила по голове, совсем как когда-то делала мама, и произнесла:

– Ну, главное, что ты сейчас это понял. Никогда не поздно сделать первый шаг.

А услышав сегодня о её чувствах к отцу, он понял, что только он и может им помочь быть вместе. Они оба заслужили это. Маму не вернешь. И ни отец, ни Таша не были причиной её смерти. Скорей уж наоборот, сделали всё, что могли.

Они. Оба. Каждый по отдельности.

Но не он, Денис. Он не сделал для мамы ничего. А значит, помочь выполнить мамино завещание – это его долг.

Так. Хотела. Мама. О чем тут ещё говорить?

Значит, Денис поможет воплотить мамино завещание в жизнь. Тем более, что отец и Таша любят друг друга. Вот только уперлись оба! Один про разницу в возрасте твердит, вторая навязываться не собирается, ну, как дети, честное слово!! Даже рассуждают одинаково! И Таша, и отец влюбились друг в друга с первого взгляда, но понимают и боятся того, как их отношения могут выглядеть со стороны. А с какой, к чертям, стороны? Со стороны всех тех, кто не хочет жить своей жизнью? Тех, кому интересно, с кем спит он, Денис, или любой другой сын других богатых родителей?

Ну ладно ещё Таша, её Денис не так давно знает, но отец?

Королевы, и старший, и младший, всегда имели стойкий иммунитет к общественному мнению. Денис это точно знал и про себя и про отца, а потому понимал, что только личный заслон в голове отца и не дает ему принять тот факт, что в нынешнее время разницей в возрасте в 19 лет никого не удивишь. Даже если бы он влюбился в женщину старше себя как раз на эти 19 лет. Так ведь отец, как и положено человеку его статуса, влюбился в женщину моложе себя. Значит, общественное мнение не сильно будет шокировано этим фактом. Все отцовы друзья-товарищи, как раз вот были женаты уже по второму разу, а кто-то и даже уже по третьему и четвертому. И у всех престарелых ловеласов их жены с каждым разом становились всё моложе и моложе. И ничего! Не смущало это ведь никого. Даже наоборот: говорило всем, что он в свои годы ещё о-го-го! Ещё, как говорится, могёт!

Итак, по факту, общественность только того и ждет, когда отец предъявит всем свою молодую избранницу. И ведь никто даже и не сомневается, что избранницей отца станет именно молодая дама. Остается только донести эту мысль до отца, раз общество ждет, то, значит, уже не осудит. Хотя, для его отца этот аргумент так себе, конечно. Денис усмехнулся.

А это значит, что без помощи Егора Денису не справиться. Уж Егор сможет достучаться до отца. Денис это точно знал. И сведет Денис этих двух влюбленных, отца и Ташу, на открытии кондитерской. Точно! Надо будет завтра с Егором созвониться. С этой мыслью Денис выключил ночник и мгновенно уснул.

А от старого дерева, росшего во дворе дома, отделился уже не очень молодой мужчина с бородкой и, сев в машину, проговорил:

– Значит, права оказалась эта дурочка! Смотри-ка, мажорчик-то наш, и правда, в эту девку влюбился. Вон как долго уснуть не мог в своей постельке, ворочался, бедный, вздыхал, наверное. Ладно, заслужила ты свои денежки, а раз заслужила, то держи! – с этими словами мужчина достал телефон и произвел пару манипуляций в онлайн банке. После того как деньги улетели на счет информатора, он завел машину и уехал.

После этого в одной из машин, припаркованных во дворе этого же дома, произошел следующий телефонный разговор:

– Он уехал. Нам ехать за ним?

Тишина.

– Хорошо. Понял.

Тишина.

– Нет, ничего не фотографировал и к машине Дениса не подходил. Просто стоял и на её окна смотрел, пока не погас свет в комнате подруги.

Тишина.

– Нет, подруга сейчас не ночует дома.

Тишина.

– Да, Денис остался в квартире.

Тишина.

– Понял.

Парень положил трубку и сказал второму, сидящему за рулем:

– Остаемся здесь до утра. Спим по очереди. Утром нас парни сменят.