Глава 63. Праздник неожиданно нагрянул

— Значит, договорились, да? — потер ладони Смерч Геннадиевич. — Завтра забираю вас в обед, и едем ко мне на дачу. Там елка, шашлыки, друзей для Веры приедет куча.

— А сколько гостей ты пригласил? — спросила Ангелина, с опаской глядя на шефа поверх монитора компьютера.

Пыталась для себя понять, сильно ей надо волноваться или не очень. Ведь ни с кем из друзей Степанова была еще не знакома, а тут целая толпа.

— Компания годами сплоченная, — усмехнулся он и принялся загибать пальцы: — Стрельниковы с дочкой и сыном, пяти и семи лет. Потом Чижиковы с дочерью, кажется, ей четыре. Еще Воронцовы, у них трое ребят. В общем, взрослых с нами восемь, а детей… попробуй посчитай сама. С каждым годом их число увеличивается.

— Ух! И все разместимся? — Она аж подпрыгнула в кресле от такой неожиданной информации.

Шеф встал почти вплотную к ее столу и развел руками:

— У меня большая дача, Геля. Отличное место, природа, птицы, лес рядом — ехать всего какой-то час. Мне не терпится вам всё показать. Ты готовить умеешь? А впрочем, неважно, мы каждый год шашлыки жарим, а жены друзей столько еды с собой привозят, что потом неделю можно объедаться.

— Я с удовольствием тоже что-нибудь приготовлю, — тут же закивала Ангелина. — У меня получается очень вкусный гусь. И фирменный салат с икрой.

— Давай всё свое фирменное.

***

Новый год подкрался незаметно. Откуда-то сзади! Иначе как еще объяснить, что Ангелина вспомнила о нем лишь тридцатого числа, да и то только с помощью Смерча Геннадиевича.

Вот вам середина декабря, еще мгновение…. и пожалуйста — время наряжать елку, которой нет, резать салаты из продуктов, которые не купила, и красоваться в платье, которое не успела выбрать. Причем никак нельзя упасть в грязь лицом!

У них со Смерчем Геннадиевичем и так развития отношений ноль и еще раз ноль.

Нет, он старался, конечно. В театр ее возил, потом еще раз в кино и в развлекательный центр с Верой. Но пока что им так и не удалось переступить ту самую грань, после которой двое людей становятся близкими. Словом, еще даже не целовались.

Ангелина отпросилась с работы пораньше, а потом они с Верочкой бегали по магазинам как пчелой в мягкое место ужаленные. Продукты, подарки для детей, платья. И Ангелине, и Вере! Тоже ведь девочка, обязательно надо обновку.

Обе Акуловы выбрали для себя по очаровательному синему платью. Дочке в косы синие резинки с сердечками, маме синюю же шелковую ленту в волосы.

Со всем добром ввалились домой уже в девять вечера, уставшие и измученные.

Верочка заснула на диване даже без привычной ванны с ромашковой пеной. Ангелина же расчехлила новенький набор керамических ножей и отправилась потрошить пакеты с продуктами. Замариновала гуся и полночи провозилась с салатом.

Утром позавтракали и принялись готовиться к поездке. Но ближе к полудню Вера подошла к Ангелине и скорбным тоном заявила:

— Мамочка, мне что-то не хоросо…

А потом ее стошнило прямо на ковер в гостиной.

И началась свистопляска со спецэффектами, каждой маме знакомыми. Вера выдерживала приступ, потом Ангелина давала ей попить, и ребенка тошнило снова уже просто водой.

Позвонив Кристине, Ангелина пришла к неутешительному выводу: скорее всего ротавирус. На отравление не похоже, поскольку ночью девочка спала нормально и даже утром ни на что не жаловалась.

— Не пои ее большим количеством воды, — советовала подруга. — Ее желудок сейчас ничего не может удержать. Давай по паре глоточков каждые несколько минут, чтобы избежать обезвоживания, и всё. Просто наблюдай, и если это оно, а я думаю — это оно, то скоро рвотные позывы должны исчезнуть, потом жди подарков в горшке, и через пару дней будет твоя Вера в порядке. Каждый ребенок этим рано или поздно болеет, не переживай. Если бы чем-то отравилась, еще вчера стало бы плохо.

Немного успокоившись, Ангелина в очередной раз переодела Веру, посадила смотреть мультики и стала оттирать квартиру. А через полчаса ей позвонил Смерч Геннадиевич, о котором она абсолютно забыла.

— Геля, милая, вы собрались? Я тут завозился с шашлыком, а ребята уже подъезжают к даче, надо встретить. Ничего, если я вам такси вызову?

— Не надо такси, мы не сможем поехать, Игорь, прости. Вера заболела.

— Как заболела? С ней же утром было всё в порядке! Я не понял, Геля, ты меня кидаешь в новогоднюю ночь? Беспредел!

Еще бы ему понять, у него же нет детей…

— Никого я не кидаю… — фыркнула Ангелина. — Ей плохо, у нее, похоже, вирусяка, куда я ее повезу? Остальных детей заражать? Мы не приедем, прости.

— Значит, я приеду! — вдруг заявил шеф.

— А как же твои гости?

— Черт…

— Игорь, мы не хотим никому портить Новый год. Встречай гостей, повеселись там, а мы потом встретимся. Еще будут праздники.

— Мне это очень не нравится, Геля, — резко отрезал Степанов, но через некоторое время чуть смягчился: — Ладно, выздоравливайте, Кнопке привет.

И отключился. Больше так и не позвонил.

Впрочем, Ангелине в этот день было определенно не до шефа и его обид. Она крутилась вокруг Веры волчком. Когда дочку перестало тошнить, они обе просто улеглись у телевизора в обнимку, совершенно обессиленные и жутко расстроенные из-за того, что так бездарно пройдет их Новый год.

Степанов обиделся, Ангелина, если честно, тоже, хотя Смерч Геннадиевич совершенно ни при чем, еще мягко среагировал. А Веру до слез расстроил тот факт, что ей нельзя ни торт, ни мороженое, ни колбасу, ни даже поиграть с новыми друзьями, которых мама обещала ей в этот Новый год.

И вдруг в девять вечера раздался звонок домофона.

Ангелина вздрогнула, испугалась, что это Степанов. А она в домашнем платье, которое попахивало дочкиным извержением желудка, к тому же волосы выглядели так, будто в них ласточки свили гнездо.

Всё же пошла открывать и очень удивилась, услышав в трубке домофона голос мужа:

— Привет! Можно зайти?

— Заходи…

Тимура она не постеснялась, он ее всякой видел.

Акулов быстро поднялся. Ангелина пригласила его пройти, всё же чуть смущаясь своего вида.

А Тимур внимательно оглядел ее, усмехнулся и вдруг выпалил:

— Ты бесподобна!

Она от его слов аж замерла, ожидала услышать что угодно, кроме этого.

— Что у вас случилось? — тем временем продолжал муж.

— Вера заболела.

Тимур прошел в комнату, взял на руки вялую на вид малышку и нежно обнял, приласкал, пока Ангелина объясняла ему, что с ней случилось.

— Из-за Вериного самочувствия мы не смогли поехать в гости. А ты что тут делаешь, кстати?

— А я тут это… поздравить зашел.

И Тимур кивнул на несколько пакетов, которые оставил на полу у дивана.

— А зачем ты сюда ехал? Говорила же, что нас не будет.

— Я не ехал. Просто проходил мимо, а у вас в окнах свет, дай, думаю, зайду, поздравлю, спрошу, что и как…

— Ты не мог случайно проходить, живешь на другом конце города. Или ты следишь за нашими окнами? И потом, как же ты случайно все эти подарки с собой притащил?

Тимур на это лишь пожал плечами, даже не стал ничего объяснять.

— Лин, раз вы тут, и я тут, может, отметим Новый год вместе? Как тебе идея?

— Папа, — чуть не плача заявила Вера. — Елки нету! Как отмечать?

— Елки нету… — развела руками Ангелина и грустно вздохнула.

— Отставить слезы! — тут же заявил Тимур.

Спустил дочку с рук и поспешил в прихожую.

— Да ладно тебе, — поспешила за ним Ангелина. — Ну ее, эту елку, где ты ее возьмешь?

— Вера хочет, — покачал головой Акулов. — Я найду. А ты пока разбери пакеты.

Ангелина послушалась.

Чего только в этих пакетах не оказалось: соки, сыры разных сортов, бутылка сладкого шампанского и виноград, шарики, праздничные колпаки! Колпаков, кстати, три. Куда он собирался, если не к ним? Сказочник!

Муж действительно через некоторое время пришел с елкой. Метровой пушистой красавицей, чуть запорошенной снегом. Немного лысой с одного бока, но никто из них этого даже не заметил.

— Я тут за пару кварталов видел елочный базар. До сих пор торгуют, представляете? — с довольной улыбкой сообщил он.

С его приходом пришел и праздник, а квартира наполнилась бесподобным ароматом хвои.

Радости Верочки не было предела. За вечер ее даже не стошнило ни разу. В последние часы уходящего года все трое развлекались тем, что украшали елку конфетами — игрушек-то не было, накрывали на стол, наряжались.

И вот в полночь Ангелина с Верой, одетые в синие платья, встречали Новый год вместе с Тимуром. Весело звенели бокалами, поздравляли друг друга. В такой компании дочери даже простая вареная картошка показалась вкусной, ведь ничего другого ей было нельзя. Зато родители отдали должное и гусю, и салату с икрой — очень кстати пришлись эти блюда.

Ангелина с удовольствием смотрела на счастливую дочь и не менее счастливого Тимура, и внезапно в голову закралась мысль: «Хорошо, что никуда не поехала».

***

После того как салюты на улице стали затухать, Тимур позвал Ангелину и Веру с балкона и достал припасенные для них свертки.

— Ой, подарок! — захлопала в ладошки Вера.

Ей досталась очаровательная кукла в голубом наряде, с толстой золотой косой и короной на голове.

— Эльза! — тут же узнала героиню мультфильма дочь. — Как зе я ее люблю…

Девочка убежала знакомить куклу с аниматрониками, а Тимур тем временем достал еще одну коробочку и протянул Ангелине.

— Мне подарок? Зачем? — тут же насупилась она.

— Просто захотелось немного порадовать, не ищи подтекста, Лин, — пожал он плечами и протянул ей коробку.

— Дорогой подарок не приму, — тут же покачала она головой.

— Ой, да какой дорогой, так, бижутерия… — обозвал он «бижутерией» драгоценность, которую неделю назад заказал для жены у первоклассного ювелира.

Тимур с удовольствием наблюдал, как засветились глаза Ангелины, когда она достала из коробки маленькое сердечко на цепочке.

— Надо же, какой красивый кулон! Выглядит как настоящие сапфиры в платине… Точно бижутерия? — удивилась жена, разглядывая красоту.

— То-о-очно, — кивнул Тимур и застегнул тонкую цепочку на ее шее.

Зачем ей знать, с какой тщательностью Акулов подбирал камни — только самые чистые сапфиры для его чистой девочки.

— Красиво и очень нежно, спасибо, как раз к платью подходит, — улыбнулась она и тут же шумно вздохнула: — Только для тебя у меня подарка нет…

— Почему нет? А гусь? — тут же развел он руками. — Очень был вкусный подарок, спасибо, Лина. Пойдем доедать?

— Пойдем…

Тимур прощался с семьей ближе к двум часам ночи. Уложили Веру, и он собрался домой. Очень хотел, чтобы Ангелина попросила его остаться, даже как-то на это дело настроился, но она промолчала.

Конечно, можно было настоять или еще раз ее спровоцировать. Но он не хотел снова выглядеть перед женой озабоченным подростком. Не дай бог снова обвинит, что ему важны только его удовольствия. Ведь совершенно очевидно: она к такому тесному контакту с ним не готова, хотя кому, как не Тимуру, знать, что уложить ее в койку после пары бокалов шампанского проще пареной репы.

Нет, он не станет идти на поводу у сиюминутных желаний.

Акулов лучше останется без секса хоть год, но создаст у жены нормальное мнение о себе. До сих пор помнил, каким взглядом она его наградила во время боя курантов. Словно в ту минуту он перестал быть для нее врагом народа, а превратился обратно в родного человека. За один лишь этот взгляд он готов был вытерпеть что угодно. Есть на свете вещи ценнее оргазмов.

Тимур просто пожелал ей спокойной ночи, поцеловал руку и ушел. Даже обнимать не стал, чтобы не было слишком большого соблазна.

А по дороге домой вдруг получил звонок от тети Ани:

— Тимурка, родненький, я знаю, куда гад деньги дел! Дошло до меня наконец… Я сегодня в магазине его братца встретила. И тот с такой мерзкой ухмылкой мне язвить стал… Стопроцентно у брата на даче, в станице! Мы туда раньше ездили частенько, есть там потайное место: сейф здоровый в подвале. Мой туда частенько золото складывал еще в двухтысячных. Думаю, до сих пор этот сейф там стоит.

— Вам откуда знать про сейф? — нахмурил брови Акулов.

— А кто, ты думаешь, в тот подвал банки с закатками поставлял, да еще и прибирал? Женщинам много известно, о чем мужчины и не догадываются. Только что же делать? В полицию звонить?

— Если там, то спугнем, перепрячет деньги, и всё, к тому же нет никакого повода обыскивать дачу брата…

— И что? Тю-тю денежки, да? — запричитала клиентка.

— Никаких мне тю-тю. Степанов не единственный, кто умеет играть грязно. Есть у меня один специалист, проверим вашу догадку.