Часть 101
— А вот и любовничек объявился, — икнул Рома, прикладываясь к бутылке. — Явился, не запылился, — пьяно захихикал прижимая к груди свой эликсир хорошего настроения и развязанного языка.
— Я не любовник, — быстро ответил Миша. Он хотел ещё что-то добавить, но не успел.
— Вот именно! — обернулась к нему Валентина, вспылив. — Ты мне не любовник, — зло ткнула его пальцем в грудь. — А ты, — обратилась к Роману, — не муж. Так что шли бы вы лесом, оба!
«Съел!» — ликовал внутренний голос.
«Что ж ты за осёл, Мишенька, — качало головой второе «я». — Вначале оскорбил её перед друзьями, теперь это: я не любовник. А кто ты тогда? Хахаль? На близкого друга, как-то тоже не тянешь».
«Я мужчина! — оправдывался Миша. — Её мужчина!»
«А так сразу и не скажешь», — скривился внутренний голос.
«Почему? — напрягся Михаил. — Всё при мне».
«Кошелёк, «дружок» и кубики на животе не делают тебя мужчиной», — вздохнуло второе «я».
«Ты ещё скажи, что ты мужик, — поморщился внутренний голос, — потому что брюки носишь…»
«Да, этим сейчас никого не удивишь. Сейчас многие бабы, пардон женщины, легко за пояс тебя заткнут», — поддакивало второе «я».
«Но», — хотел возразить мужчина.
«Знаю, — усмехнулся внутренний голос, — о чём ты хочешь сказать. Только боюсь, что наличие «змеи в штанах», в современном мире, не делает из тебя мужика».
Миша был озадачен.
«Не дрейфь, — решило подбодрить второе «я», — будь собой! Дай ей почувствовать, увидеть тебя настоящего».
«А она того, — засомневался внутренний голос, — не сбежит?»
«Она и так бежит, — улыбнулось второе «я», — а так, вдруг, растеряется и замрёт на месте».
Второе «я» и внутренний голос гаденько засмеялись в голове Миши.
— Я не уйду! — сопел Рома. — Не уйду, пока всё тебе не выскажу, — ткнул бутылкой в Валю.
Женщина обернулась на окна коммуналки, не зная, как избежать назревающего скандала. Тащить мужчин к себе она не могла. Но и понимала, что так просто они не уйдут и уж тем более не замолчат.
«Неужели я в прошлой жизни чем-то провинилась, — понурила она голову, заметив, как из подъезда вышел любитель покурить, — что в этой приходится расплачиваться…»
«Петух», — фыркнул внутренний голос.
— Молчал бы, — вступился за Валю Миша.
— А ты мне рот не затыкай! — не унимался Рома. — Она моя…
«Ух, как завертелось, — хохотало второе «я». — Пока наш, Мишенька, телится, некоторые решили обратно вернуться, — хрюкнуло, — в лоно, — опять хрюкнуло, смеясь, — брака».
«Как пошло», — криво улыбнулся внутренний голос.
— Твоя? — пихнул Валю себе за спину Миша, сверля злым взглядом пьяного мужчину.
— Моя, — глотнул алкоголя Рома. — Жена. Бывшая, — произнёс по слогам.
«Уф», — облегчённо выдохнули Миша, второе «я» и внутренний голос.
Валя покраснела, заметив, что Маргарита Петровна тоже вышла на улицу.
— И я как её, — вздохнул Рома, — как этот… ну… как его…
— Бывший муж, — подсказал Миша.
— Точно, — пьяно лыбился Роман. — Хочу! Нет. Требую!
— Рома! — откуда ни возьмись возникла Эль в длинном тёмно-сером пальто. — Ты опять припёрся к этой! — она держала в руках телефон, на экране которого была включена специальная программа по отслеживанию абонента.
— У этой имя есть, — зло прошипела Валентина.
«Что ж тут всем мёдом намазано!» — застонал Миша, разворачиваясь, чтобы заключить Валю в свои объятия.
«Не хнычь, — радовалось второе «я», — сейчас эта курочка уведёт своего пьяного петушка домой».
«Эх, — вздохнул внутренний голос, заметив, что Эль, несмотря на свой гнев, сторонится Валю, — всё бы отдал, чтобы хоть глазком подсмотреть, что же у них сегодня произошло в туалете».
«Бабский реслинг, — вмешался Миша, — это…»
«Жуть», — вздохнуло второе «я».
«Точно», — мечтательно произнёс внутренний голос, представляя красивых девушек в купальниках.
«А ещё лучше, если купальники будут мокрыми», — блаженно отвлёкся Миша.
«Дебилы! — поморщилось второе «я». — куда лучше, вообще, без купальников».