Часть 70

Валя подёргала дверь ванной комнаты изнутри, проверяя надёжность щеколды. Сколько раз было так, что не успевала она раздеться, как кто-нибудь из соседей-мужчин норовил войти.

Женщина разделась, бросив вещи Михаила на пол ненужной грязной грудой. Вздохнула, вспомнив, как впопыхах убегала из дома своего одноразового любовника. Она поморщилась от этих мыслей, а щёки потеплели от стыда за своё непристойное поведение.

«И зачем он только пришёл? — размышляла, включая душ. — Не за вещами же, — усмехнулась, вставая под тёплые струи воды, которые быстро намочили её волосы и кожу, лаская тело, стекали вниз, будто руки заботливой матери, забирали себе все неприятности и треволнения.

Она открыла бутылочку любимого геля для душа, налила немного на мочалку нежно-персикового цвета, которую на днях связала сама, и принялась намыливать себя. Валя прикрыла глаза, расслабляясь от воды и аромата ванили. Однако, в памяти неожиданно всплыли страстные моменты сегодняшнего утра. И руки. Другие. Сильные. Жаркие. Мужские. Руки, которые дарили блаженство. Руки, которые крепко сжимали её в объятьях. Руки…

— И привидится же такое, — распахнула она глаза, тяжело дыша, от охватившего её возбуждения.

Тело заныло, требуя наслаждения, которое оно уже испытало и которое… хотелось испытать вновь.

— Вот что значит долгое воздержание, — пришла к выводу Валя, смывая пену. — Правильно подруга говорит, что мужчину надо принимать, как лекарство. А любовь… Вот сегодня всё было великолепно и без любви.

Женщина потянулась за бутылочкой шампуня, но она оказалась почти пустая.

— На один раз хватит. Вот о чём нужно думать, а не о…

Но перед глазами снова будто ожила сцена, когда мужчина схватил её за волосы на затылке, чтобы притянуть к себе для убийственного поцелуя, который был… Был одним из самых лучших в её жизни. Да, ладно, уж… Себе она могла признаться, что так её никто ещё не целовал.

— Да, что же это! — ополаскивала женщина волосы. — За один раз я стала нимфоманкой.

А где-то в голове прозвучал тонкий голосок: «Почему за один раз? Михаил был неутомим в своём желании обладать тобой».

— Только разговоров с собой по душам мне не хватало, — Валя выключила воду, отжала волосы и принялась вытираться полотенцем.

Женщина посмотрела на себя в зеркало и поразилась: на неё смотрела молодая особа, на её щеках играл яркий румянец, глаза блестели, манили загадочностью и тайной, а губы… Губы просили о поцелуях… Розовые, мягкие, пухлые.

Она прикусила нижнюю губу, опять, некстати, вспомнив, как рот Миши терзал её…

— Что б его! — надела трусики и просторное домашнее платье, чуть выше колен. Она замотала волосы в полотенце и улыбнулась своему отражению в зеркале. — Жила я без Миши и дальше проживу, — дотронулась до синяка, который расплылся по скуле и дошёл до глаза. — И как я его сразу не заметила…

А сердце ёкнуло: «Зачем же он пришёл?»

— Пришёл и пришёл, — фыркнула она, открывая дверь и выходя из ванной комнаты, не забыв захватить с собой мужские вещи.

«Позже постираю и верну законному владельцу», — решила она.