Глава 11

Через два дня

За то время, которое Матвей с Мироном прожили у нее, Лика многое поняла, переосмыслила, многому научилась. И все благодаря этим маленьким мужичкам! Теперь Лика не только изменила распорядок дня, некоторые привычки, научилась с детьми ходить в развлекательные центры и по магазинам, но и в целом изменила взгляды на многие вещи в своей жизни. Свобода уже не казалась самой большой ценностью. А привязанность к детям совершенно не пугала.

Вместе они были в гармонии. Как вот сейчас, когда Лика снова забрала их с собой в зал. И пока она занималась своими делами, мальчики строили то дома, то дороги из блоков для йоги. Полюбовавшись этой картиной, села проверять свой график.

Дверь в зал тихонько открылась. И, не услышав ни слова от того, кто пришел, Лика оторвала взгляд от записей и повернула голову. Глазам своим не поверила!

— Папа! — закричал Матвей, увидев Егора в зеркале.

— Папа! — поддержал Мирон.

Оба побежали к нему. Егор тоже сделал несколько шагов к детям и ловко подхватил их на руки, несмотря на огромный букет роз, который держал в одной руке.

— Как же я соскучился! — прижимая сыновей, сказал он.

Мальчики тоже крепко ухватили отца за шею. И это было так трогательно... Кроме того крика «папа» они больше не говорили ничего, но настоящее счастье читалось в глазах детей. И Лика была счастлива. Радовалась и за Егора, и за его сыновей. Не подходила к ним даже, чтобы дать возможность нарадоваться моментом встречи.

— Лика, — повернувшись к ней вместе с детьми, обратился Егор, — это тебе, — пытался протянуть цветы.

— Спасибо, — поднялась и взяла букет.

— По тебе я тоже очень соскучился! — немного наклонился, так же с ребятами, и поцеловал ее в щечку.

— И мы по тебе соскучились! — ответила, почувствовав, что дети и ее за шею захватили в объятия.

А разве можно удержаться, чтобы не обнять их в ответ?! Вот теперь и стояли, приклеившись друг к другу, все четверо.

— Даже не ожидали твоего приезда! Ты же вчера и не намекнул, что возвращаешься! — немного ошарашено проговорила.

— Я решил сделать сюрприз, — улыбнулся Егор, глядя ей в глаза.

— Тебе это удалось, — ответила, не переставая улыбаться.

— Папа, а ты уже не поедешь? — спросил Мирон.

— Нет, я уже вернулся. Буду с вами, — ответил сыну.

— А мы поедем домой? — снова расспрашивал мальчик.

— Поедем, — кивнул Егор.

— А Лика? — сильнее сжав ее за шею, спросил и Матвей.

— И Лика... будет с нами, — посмотрел на нее, будто спрашивая.

— Буду, — улыбнулась.

И никаких сомнений! Сказала, что чувствовала, — она рада быть с ними, всеми тремя.

— У тебя еще есть работа сегодня? — спросил ее Егор.

— Да. Еще одна групповая тренировка сейчас будет, — ответила, уже прокручивая в голове, как организовать вечер.

Или, может, Егор все же захочет побыть с сыновьями наедине?

— Мы тебя подождем. Распакуем пока подарки, которые я привез детям, а потом поедем все вместе ужинать в какое-то уютное заведение. Как тебе идея?

— Замечательная! — ответила Лика, чувствуя, как счастье растекается в душе.

***

— И как тебе удавалось их укладывать раньше? — прошептал Егор. — Или это я просто разучился?!

Когда Лика вышла из ванной, он уже сидел измученный на кухне. Оно и не удивительно, первый час ночи.

Поскольку детские кровати находились у Лики, ночевали сегодня все вместе у нее, в ее небольшой квартире, которая раньше была неприступной крепостью, где и сам Егор лишь раз случайно до утра пробыл! Сейчас же совсем не смущало ничего.

— Не знаю, никаких трудностей, — улыбнулась. — Может, они просто из-за эмоций не могли уснуть? — подошла ближе.

— Да, они соскучились. Не хотели меня отпускать. А еще много о тебе говорили. Наперегонки рассказывали, где вы были и как классно время проводили, — потянул Лику, усаживая к себе на колени.

— Я рада, что им со мной было весело, — обняла Егора.

— А как тебе с ними? — немного помолчав, спросил.

Собственно, видел, что Лика с его сыновьями прекрасно общается, что между ними установились достаточно теплые отношения, но важно было именно от нее услышать.

— Знаешь, тоже не грустно. Не думала, что так будет, особенно сначала, — качнула головой.

— Ты действительно не сердишься, что я так нестандартно поступил?

Вроде и обсуждали все по телефону, но сейчас, когда уже рядом, все воспринималось иначе. За ужином как-то не до серьезных разговоров было. Дети совсем не хотели идти в игровую зону, слишком соскучились. А при них же не будешь говорить на взрослые темы.

— Нет, не сержусь. Однако, если честно, до сих пор не понимаю, как ты на такое решился? Моя сестра смеется, говорит, что я способна детей цыганам отдать, — хмыкнула.

— Действительно такое говорит? — поднял брови Егор. — Зря. Вот я был уверен, что ты, возможно, не со всем сразу научишься справляться, но вреда детям точно не причинишь.

— Я очень боялась, что делаю все не так. Я же говорила, что последний раз за детьми смотрела, еще когда в школу ходила. Но, по сравнению с моими сестрами, Мирон и Матвей — ангелочки!

— Ты даже не представляешь, насколько для меня важно, что вы нашли общий язык, — эмоционально, пронзительно прошептал. — Я никогда не знакомил сыновей с девушками, с которыми встречался. Не чувствовал, что можно, что это именно тот человек... А ты... Лика, ты для меня чрезвычайно значима и важна! Я люблю тебя! — глядя ей в глаза в этой полутьме, признался.

— Егор... — выдохнула.

— Ты можешь ничего не говорить. Я не требую. Я просто хочу, чтобы ты знала. И не буду тебя торопить, как-то форсировать события, я понимаю, что тебе нужно время, чтобы оправиться, привыкнуть, подумать, но я очень хочу, чтобы мы и в дальнейшем были вместе. Я верю в то, что мы сможем выйти на новый уровень отношений.

— Как ни странно, я тоже в это верю. Понимаю, что так, как раньше, уже не будет, потому что теперь есть не только ты и я, но и дети. Но меня это не расстраивает, просто надо определиться, как теперь должно быть, чтобы всем было хорошо. Ситуация изменилась. И я настроена на изменения, — немного неловко, с дрожью в голосе сказала.

— Поможем друг другу определиться. Много нюансов надо обсудить, но это все уже завтра, — поцеловал ее. — А сейчас у нас есть немного времени только на нас двоих, если ты не против уединиться в твоей ванной, потому что эта твоя открытая кухня... — улыбнулся.

— Я не против, в ванной мы еще не уединялись, — улыбнувшись, тоже поцеловала Егора.