Глава 20. Меч полубога

Маашу:

Иду по ночному Аскору. Тихо ступаю по мостовой, иногда замираю, чтобы прислушаться и перейти в тень.

Больше я не боюсь. Уже давно не похожа на ту домашнюю девушку, которая попала в этот мир. Даже на ту, которой пришла в Аскор.

Я изменилась. Абсолютно. Всей своей сутью. Я чувствую свою магию, свою коварную силу.

Охота дело тонкое, особенно когда жертва — мужчина. Почему жертва? Таната не оставит равнодушным, а любовь к ней может погубить, я уверена.

Смерти никому не хочу, но все равно иду, ориентируясь на инстинкты и зов Луны. Мой плащ все больше походит на ткань — беру под контроль свою магию.

Ночной Аскор прекрасен, несмотря на то, что жители мне не нравятся. Замечательный морской воздух еще содержит аромат цветущих деревьев, но уже напоен волшебными запахами ночных цветов.

Открытием стало то, что ночью, после дневной жары город словно просыпался. Выйдя с небольших улочек на более широкую дорогу я обнаружила и много спешащих по делам прохожих и открытые лавки и магазины. Ночной город светился магическими огнями словно в преддверии Нового Года крупные города моей Родины. Цветные рекламы завлекали покупателей. И конечно было очень много мужчин.

Я натянула капюшон плаща, чтобы укрыть лицо и рассматривала окружающих.

Выйти на улицу вечернего города рисковали далеко не все.

Конечно работали и трактиры, я прошла мимо одного такого на небольшой улочке, но в центре подобного не встретила. Как и пьяных. Прохожие одевались прилично и ходили пешком. Некоторые просто гуляли небольшими группами. Никто никуда не спешил.

Я приглядывалась к мужчинам, пытаясь определить опасность. Непроизвольно моя рука покрылась черными когтями и темно-зеленой чешуей, я придерживала полы широкого плаща, пряча темно-синий подол платья. Верх у моего сари был нежно-голубым, а выдавать свой пол я не спешила.

Пока меня принимали за мужчину, полностью закутанного в плащ и с подозрением уступали дорогу, рассматривая когтистую руку. В такие моменты я ожидала удара и тьма концентрировалась под плащом, но удара не следовало и я шла вперед. Впереди показалась довольно большая группа мужчин и я предпочла свернуть на узкую улочку, расположенную подозрительно близко к центру.

Здесь также сияли тысячи мелких фонариков, оплетающих гирляндами деревья, создавая арку при входе, играла музыка, но у самых домов царил полумрак. Сначала я подумала, что это проулок какого-то клана и хотела повернуть назад, как под ноги мне на оба колена опустился парень — раб, если верить его ошейнику.

— Прошу вас, господин, не покидайте нас! — тихо произнес его бархатный печальный голос.

Тут же рядом со мной опустились на мощеную камнем дорожку еще несколько парней и мужчин — рабы.

Гнев во мне всколыхнул темную магию. Я огляделась. У нас бы этот квартал назвали кварталом красных фонарей. Здесь было только одно отличие — это мужчины. Рабы.

Красивые, ухоженные и… потерянные. Шестым чувством я догадалась, что мужчин из них не выйдет, и мой взгляд вернулся к первому. Энергия этого юноши оказалась иной.

— Ты первый раз сегодня? — прошипела я, чтобы никто не догадался о поле, пусть лучше сочтут змеем.

Он вздрогнул. Я прочла страх и боль в его эмоциях, прежде чем он опустил глаза и склонился ниже.

— Да, — прошептал парень.

По его дрожащей ауре видно, что несмотря на целую кожу, немало боли выпало ему.

— Здесь есть наги или демоны? — спросила, понимая несправедливость данного утверждения, будто другие не достойны свободы, — Морские?

— Я не знаю, — прошептал он, совсем сникнув.

— Поз-зовите хоз-зяина, этого я хочу купить нас-совссем, — кивнула другим рабам.

Наверное я выглядела страшно, змеиное шипение и клубящаяся вокруг меня тьма, в которую от моего гнева развоплощался плащ, могли испугать кого угодно. Мою просьбу поспешили выполнить.

Толстяк, представший передо мной в расшитом золотом халате, сразу вызвал холодную ярость.

— Хочу выкупить этого раба. Навс-сегда. Цена?

— О, на него столько ушло трудов! Он красив, хорош, всему обучен! Это большая потеря для моего бизнеса! — набивал цену толстяк.

— З-зачем тебе бизнесс, ты все равно умрешь, — холодно прошипела я.

— Вздумал мне угрожать? — разгневался он

— З-золото или камни? — спросила я, поняв, что из тьмы могу создать что угодно.

Луна мне в помощь, ее энергию могу потратить. На что это будет похоже утром, меня не волнует, а толстяк все равно умрет к утру. Такова тьма.

— Двести золотых! — сказал толстяк. Это при том, что на рабов с рынка мы потратили от силы десять.

Я не торговалась.

— Пиши договор, — прошипела ему и магический договор о покупке раба был написан на магической бумаге.

Я протянула мешочек золота, которое синтезировалось прямо в моей руке. Жадный толстяк высыпал его на блюдо и пересчитал.

— Двести…, - прошептал он и магия взвилась, переключив цепочку ошейника, что зависла передо мной.

Я взяла магическую цепь когтистой лапой и мы покинули квартал.

Я шла вперед. Магическая серебристая цепь имела кольцо и я надела на свою когтистую лапу. Смотрелось красиво.

— Ты умеешь драться? — шепотом спросила я.

— Н — нет. Не с-совсем. Это написано в рабском свитке, господин, — прошептал парень. Он так боялся, что даже чуть заикался.

Я оглянулась. Он был очень бледен и еле шел за мной, но очень боялся натянуть цепь.

— Госпожа, — прошептала я, — Я твоя госпожа. Пока. И не надо так бояться, тебе ничего не грозит. А вот бывший хозяин умрет к утру. С последними лучами Луна заберет его жизнь. Он забыл заветы Богов. Богиня- Мать не одобрила бы рабство.

— Вы Смерть или Тьма? — с еще большим страхом спросил он и поспешно отступил, — Простите.

— Тьма принадлежит моим мужьям. Тебе же могу дать свободу, но что ты станешь делать? Пропадешь один. Пока оставайся со мной.

Мы обходили шумные компании. Тьма еще не успокоилась рядом и эту магию прохожие старались не касаться.

Меня вела Луна и я наконец нашла, что хотела. В углу темной улицы фонарики скудно освещали оружейную лавку. Я вошла внутрь. Раб следовал за мной. Взгляды, которыми награждали смазливого длинноволосого парня — брюнета, явно полукровку-эльфа, заставляли опасаться нас обоих. Не хватало еще мне драться за своего раба! Естественно он не останется на улице.

Оружейная лавка казалась самой обычной. Хозяин не заботился о рекламе. Как и не был фанатом чистоты. На краю стола валялась промасленная тряпка, каменный пол не выметен, грязь въелась в некоторые камни и собственно чистых, не промасленных лавок не имелось. Зато на стойках с любовью развешено разное оружие и доспехи. Здесь и яркое освещение, и подчеркнут блеск стали тонких кольчуг.

Хозяин молча рассматривал гостей. Кого он только не видел, но как правило не мешал смотреть товар.

Меня интересовало не это. Свет Луны пробился в окно и ласково остановился на клинке. Я подошла ближе, не веря своим глазам. На стене, скромно освещенный, без каких-то особенных опознавательных знаков, висел именно тот клинок, которым порезал меня Элохар. Тот, что принадлежал самому Шейдану и время от времени проверяли баланс братья.

Я протянула к нему руку, коснулась лезвия.

— Я узнала тебя, дорогой, твой блеск ни с чем не спутать, как бы ты ни маскировался под сталь, — рассматривала эфес и гарду.

С виду сталь казалась простой, но я просто чувствовала исходящую от нее энергию. Кому как не мне помнить энергию полубогов! Это был именно тот клинок!

Я провела по краю своей ладонью, пальцем касаясь клинка и на моей ладони осталась острая полоса пореза. Кровь струйкой пробежала по клинку и впиталась.

— Я беру его, — оглянулась на кузнеца — пожилого сурового мужчину.

— Это невозможно, меч продан, скоро придет его хозяин, — бесхитростно отозвался мастер, продолжая полировать шлем.

Я вздохнула. Мастер не лукавил и не набивал цену.

— Вы не поняли, любезный, этот меч мой и он будет служить мне вечно, — прошептала я.

Я положила руку на клинок и наши энергии совпали.

— Я бы так не сказал, — раздался холодный и презрительный голос Шаэлана, — Не стоит тянуть руки к тому, что тебе не принадлежит.

На этот раз он был в холодном бешенстве.

— Уверен? — я оглянулась, позволяя капюшону спасть.

Мой раб стоял в стороне, не зная, что делать. Но мне и не требовалось ничье вмешательство. Шаэлана было не узнать — лицо закрыто платком, а всю фигуру, как и у меня, скрывал длинный плащ. Но это был именно он. Я узнала его сразу.

Сделала шаг к нему и зашипела, смотря снизу вверх.

— Этот меч будет служить мне вечно! Хочешь ты или нет! Я не уступлю!

— Какое совпадение! Я тоже! — прорычал он, опуская с лица платок.

Я усмехнулась.

— Неужели ты думаешь, вампирчик, что я не узнала тебя? Я напоила клинок своей кровью и магией! И меня не интересует, что теперь ты будешь с этим делать! — моя рука коснулась его щеки. Всем существом я звала его, как мужей, но на этот раз передо мною был тигр. Я сделала вид, что хочу его поцеловать, рассматривая губы и на миг моя тьма задержала его, окутав магией.

— Быстро! — я схватила раба, благо он понял, что мы бежим, и покинула лавку.

Оказавшись на воздухе, схватила парня и мгновенно раскинув крылья, помчалась домой.

Вслед нам донеслось рычание вампира. Он схватил свой клинок, обнаружив порчу — меч не будет разить врагов против моей воли. И рычал где-то на улице.

— Ты!!! Я найду тебя!!! Как посмела уйти и сделать это с моим мечом?

Я посмеивалась своей шутке, и очень быстро летела домой, таща парня.

Тьма скрывала нас, и я не боялась вампира. Он уступит мне, я знала. Потому что его душа откликнулась на мой зов. Хочет он или нет, часть души Шейдана моя.