Глава 18

— Выпивку, — я повторяю слово, которое он выбрал, и делаю шаг навстречу. — Я не знала, что ты тоже будешь здесь.

— Дэн устроил, — Каин опускает взгляд на декольте и беззастенчиво разглядывает мое тело. — Он так обрадовался, когда я позвонил и попросил вписать меня в списки.

— Наверное, подумал, что ты сразу увезешь меня.

— Сразу? Обычно девушки хотят побыть подольше, когда так заморочились с нарядом. От тебя же глаз не отвести, особенно от одной части твоего тела.

Он изгаляется и выжидает. По его острому, вспарывающему воздух взгляду я вижу, что он тянет последние минуты, буквально наматывает их на кулак и ждет, когда я, наконец, попрошу его о помощи.

А что я могу? Сделать, как он хочет. Можно не на коленях, но убедительно попроситься под сильное крыло. Или пойти в зал с глупой надеждой, что он все-таки одумается. А еще я могу уйти. Вообще уйти из его жизни. Хотя как это? Ведь я собственными руками сломала его прошлую жизнь и сделала из него Каина. Можно ли уйти от своего творения? И как далеко? На сколько меня хватит?

— Наверное, мне не хватает ненависти к тебе, чтобы уйти, — я произношу задумчиво и смотрю сквозь него. — Помню тебя прежнего и всё хорошее, что было… Я никогда тебе не говорила, но я полюбила тебя еще год назад. Ты был прекрасен тогда. Так прекрасен, что я до сих пор вижу того мужчину и не замечаю подонка перед собой.

Странно, но Каин молчит. А я оставила большое поле для колкостей, он мог бы сказать, что я близорука или что всегда “умела” выбирать мужчин. Но он молчит, хотя тут же реагирует на мое движение. Стоит мне проснуться и задвигаться в сторону бара, как он отрывает плечо от стены и выпрямляется.

— Природа зовет? — усмехается Каин, правда, усмешка у него едва выходит, он буквально выдавливает ее из последних сил.

— Ты это придумал, Каин. Ты предложил меня Дэну и ты одел меня в это платье. Наслаждайся теперь.

Усмешка гаснет окончательно. Каин злится, но всем видом пытается показать, что веселье никуда не подевалось, что он по-прежнему получает удовольствие от происходящего. Мне даже кажется на мгновение, что я на верном пути, еще чуть и он уступит мне. Увезет домой, устав изображать холодного ублюдка.

И это даже смешно. Мы оба хотим одного и того же, это видно по нашим бледным напряженным лицам, но упорно двигаемся в другую сторону, чтобы не уступать друг другу. Ведь Каин хочет, чтобы я признала его безоговорочное право решать, карать и никого не любить, а я хочу, чтобы он, наконец, показал, что ему не плевать, что в его израненном сердце есть место для меня.

Хотя бы крошечное. Для крошки хватит.

— Мне нужно возненавидеть тебя всем сердцем, — я зачем-то произношу сокровенные мысли вслух, — стереть все хорошие воспоминания. Тогда я смогу уйти от тебя. Ночь в казино отлично подходит…

— Чтобы уйти от меня, нужно упасть на чужой член? — со второй попытки у него выходит фирменная ухмылка.

Мне больно от нее. Теперь по-настоящему. Главное, не замирать, иначе я посыплюсь, поэтому я делаю новый шаг и кладу ладонь на его щеку. Каин не противится, но остается неподвижен. Он каменной скульптурой возвышается надо мной и выдыхает горячей волной мне в лицо. Пьянящий аромат мужских духов, к которым я безнадежно привыкла, окутывает меня и сбивает с мысли.

К черту! Я собираюсь и лишь коротким движением очерчиваю скулу, а потом переношу пальцы на плечо. Под дорогой тканью пиджака угадываются крепкие мышцы, которые напряжены как перед схваткой.

— Я рада, что тебе весело, — я отнимаю руку и делаю шаг в сторону. — Кому-то должно быть весело.

Я прохожу мимо него и чувствую, как вдруг кончается воздух, когда понимаю, что он не останавливает меня. Каин остается за спиной и не произносит ничего вслед.

А коридор слишком короткий, и вскоре меня ждет дверь для работников. Первая как раз обозначена как “Бар и кухня”. Я иду к ней и больше ни о чем не думаю. Здравствуй, тупая механика движений. Быть может, Каин прав и так можно жить. Ему все равно кого бить, а мне станет все равно с кем трахаться…

Дверь распахивается перед моим носом, когда навстречу вываливается высокий официант с запыхавшимся видом. Он тут же исчезает, бросаясь в другой конец коридора, а я на автомате ловлю ручку двери, чтобы она не захлопнулась.

— Ты спятила?! — гневный возглас Каина касается меня прежде, чем его руки.

И это многотонный пресс, который я ни с чем не спутаю. Он хватает меня за плечи и бросает на стенку. Я вонзаюсь в нее лопатками, судорожно выдыхая, и выставляю руки перед собой, чтобы отгородиться от него. Хотя он внезапно вспоминает о дистанции и лишь напирает крепким телом.

— Там богаче и ублюдочнее меня собрались, — Каин наклоняется ко мне, словно не доверяет моему слуху и хочет, чтобы я читала по его губам. — Целый зал, Лис.

— Хорошо, — я по-дурацки киваю.

— Что блять хорошо?! — он взрывается чистой яростью и выбрасывает руку, плашмя врезаясь в стену у моего виска. — Я же уеду, сейчас развернусь и свалю. Навсегда свалю!

Ему плохо, чертовски плохо. Я вижу, как налились венки у его глаз, и сколько злости он сковывает в руках. Он хочет раскрошить здесь всё, кусочек за кусочком, и едва сдерживается, чтобы не начать с меня. Каин не привык к бессилию и не знает, что делать.

— Попроси, — он говорит тише, приняв мое молчание за сомнение. — Просто попроси.

Упрямый и потерянный.

— Все в порядке, Каин, — я хочу успокоить его и кладу ладони на мужские плечи. — Ты не готов просить у себя, я поняла, я ведь всего лишь шлюха, всего лишь вещь… Хорошо, — я несколько раз киваю как заведенная. — Мы можем поставить точку здесь, как раз за этой дверью.

Я указываю на дверь, ведущую к бару.

— У меня будет ненависть к тебе, а у тебя — отвращение ко мне. Этого должно хватить, чтобы держаться подальше друг от друга. Я же говорила тебе, что согласна на всё, лишь бы не случился еще один такой год. Я не врала.

И я выскальзываю из-под него и слепым рывком вхожу в комнату.