Глава 42

Я толкаю Каина на кровать и провожу ладонями по его обнаженной груди. Мне нравится, как он смотрит на меня, голодным хищным взглядом, в котором отчетливо видно, что ему дорого стоит оставаться на месте. Он бы с удовольствием перевернулся, силой утянув меня под себя, и завязал с прелюдией, оттрахав на свой вкус.

А вкус у него простой. Мужской.

— Не шевелись, — я включаю капризный голосок и опускаюсь лицом к его животу.

Чуть-чуть дразню горячим дыханием, наблюдая как напрягаются каменные мышцы пресса, и все же дотрагиваюсь губами. Это даже не поцелуй, я глажу его кожу своими губами, скользя то выше, то ниже, то замысловатыми зигзагами. Окутываю лаской и слышу, как Каин начинает выдыхать с хриплой оттяжкой, сдерживая в груди звуки намного пошлее.

Я набредаю на продолговатый шрам, который идет косой линией по животу, и вылизываю его языком. Обвожу по контуру со всем старанием, иногда останавливаюсь и делаю плавные круговые движения, дотрагиваясь губами. И чувствую, как неумолимо нарастает его возбуждение, язык скользит не по мышцам, а по стальным канатам, особенно когда я опускаюсь ниже, к черной резинке боксеров.

— Лис, — шепчет Каин, накрывая ладонью мою голову, — это уже пытка…

— Разве?

Я с нажимом провожу языком по краю белья и угадываю, как мужская ладонь рефлекторно сжимается. Он скручивает прядки моих волос и толкает ниже, желая заострить ощущения и, наконец, получить главное. Он хочет мой рот на своем члене. Каин больше всего любит минет, и порой мне кажется, что это его единственное слабое место. Особенно мой минет.

Я отодвигаю резинку и смотрю на большой член, к которому прилила кровь. Проступили венки, набухли… Я облизываю губы и насаживаюсь на него ртом сверху, стараясь принять как можно глубже. До конца. Мучительный утробный стон Каина лучше любой ласки, он прокатывается сминающим шквалом по кровотоку и скручивает тугую спираль внизу живота.

Черт, да. Я очень грязная девочка, я могу кончить так. Могу брать очень глубоко… Мне хочется доставить ему наслаждение, хочется облизывать его член и обводить языком головку, замедляясь. Он весь мой в этот момент. Я толкаюсь чаще и сильней, потому что именно так он любит, и чувствую выступившие слезы на щеках. У него слишком большой для моего рта, но я постанываю и заглатываю целиком, ощущая пульсацию эрегированного члена прямо в глотке.

— Крошка… Лис, да…

Он сходит с ума.

И голодным рывком переворачивает меня, вжимая огромным телом в кровать. Каин подтягивает меня под себя, резко опуская руки к своим бедрам, и делает заключительные лихорадочные толчки. Он трахает меня в рот, удерживая ладонью за затылок и упираясь одним коленом в матрас. Жесткий толчок, смазанный, еще один и он кончает с шумным клокочущим выдохом. После чего произносит бессвязные сдавленные звуки, больше всего напоминающие рык животного.

Он падает на кровать рядом и выпускает меня из рук на мгновение. Я же чувствую, как яростно сокращается мое тело. Неконтролируемая сладкая волна накатывает и заполняет каждый нерв, каждое чувствительное место, отдаваясь эхом и так зарождая новую волну, снова и снова.

Господи, я тоже схожу с ума.

— Я кончила, — признаюсь я и поворачиваю голову, чтобы найти раскрасневшееся лицо Каина.

— Правда?

Я подхватываю его ладонь и тяну в самый низ, давая ощутить, какая я горячая и влажная.

— Черт, Лис… Ты сумасшествие.

— Правда? — я передразниваю и нежно целую его грудь, которая покрылась испариной из-за моих стараний. — Это только с тобой так. Грязно и правильно одновременно.

— Я хороший плохой парень?

Каин подтягивает меня к себе и ласковыми прикосновениями успокаивает кожу, начинает с плеч и мягко перетекает к груди, животу… Теперь он любуется моим телом и смотрит, как напрягаются мышцы после недавней волны расслабления.

— Да, — я шепчу с пьяной интонацией и прикрываю глаза, закусывая губы до боли. — Мой хороший плохой парень.

— Я думал, ты хочешь сверху.

— Нет…

— Ты же хотела трахнуть меня? — усмехается Каин.

— Замолчи. Я же показала для чего нужен язык.

— В красках, крошка. Но я могу лучше.

— Да?

— Ты кричать будешь.

— Посмотрим, малыш.