Глава 30. Нас хотели убить. Почему?

И я уплыла куда-то. Просто перестала существовать на момент, полностью растворяясь в наслаждении. Тахир быстро снял меня с Азхара. Взял на руки и крепко прижал к себе, поправив одежду, что на себе, что на мне.

Я продолжила лежать, пока голова не пришла в порядок. Перед глазами все еще мельтешило — то ли от страха, то ли от потрясающего секса, то ли от нехватки воздуха.

Мы все еще были в лифте. Но дальше… все начало меняться.

Ошейник на шее Азхара вдруг вспыхнул, будто от перегрева, и с гулким щелчком распался, падая на металлический пол.

Я только и успела ахнуть. По его венам что-то пошло — будто жидкий огонь, светящийся, пульсирующий.

Он мерцал, словно в нем поселилось что-то неземное. Голубые глаза зажглись таким светом, что стало страшно смотреть. А усмешка, ехидная, уверенная, уже не спадала с его лица.

Одним мощным движением он ударил кулаком по стеклянной стене лифта — и она разлетелась на сотни осколков. Тахир прикрыл меня собой, не дав ни единому осколку коснуться кожи.

Наиль, мрачный, убрал руки от панели, перестал блокировать газ, который просачивался из пола. Я, кажется, впервые за весь день смогла нормально вдохнуть — но ненадолго.

Как только Азхар поправил свой внешний вид, произошло неожиданное.

— Прыгаем, — скомандовал Тахир.

— Прыгаем?! — вскрикнула я, оглядываясь на зияющую дыру.

Азхар, разумеется, даже не подумал сомневаться. Он хохотнул и сиганул вниз первым. За ним прыгнул Наиль. А потом и Тахир, не спрашивая меня больше ни о чем, просто рванул вниз, крепко прижимая меня к себе.

Я закричала.

Ветер ударил в лицо, сбил дыхание.

Волосы взметнулись вверх, глаза заслезились, и сердце стучало так громко, что я слышала его сильнее, чем вой воздуха.

Все тело словно разрывалось пополам от ощущения свободного падения. Я сжалась в комок, вцепившись в Тахира — хотя он держал меня так, что я и без того не могла бы вырваться.

Но в какой-то момент я разомкнула глаза. Ветер хлестал, в ушах гудело, мир промчался мимо, и это было… страшно, до одури страшно.

И одновременно — до дикого восторга. Я будто падала навстречу новой жизни, в никуда, в пропасть, но со смехом.

Когда Тахир мягко приземлился, земля качнулась а у меня перед глазами все попыло. Он поставил меня на ноги, будто это был всего лишь прыжок с бордюра.

— Нас определенно хотели потравить те, кто здесь главный, — сказал он, оглядываясь на здание.

— Но… к чему?! — я сглотнула, обхватывая руками себя. — Это же очевидное преднамеренное убийство. Нелогично. Землянок тут встречают с распростертыми объятиями!

— И продают на рынке люди сомнительной власти, — напомнил Азхар, стряхивая невидимую пыль с плеча. —Особенно, когда землянки оказывались без сопровождения. Точно также и с остальными «несвободными».

Я прикусила губу. В точку. Где бы ты ни был, все равно останешься иностранцем. Даже если документы сменил.Здесь также. Даже с наследными принцами поступили так, будто они щенки подзаборные. Ожидали своего часа, когда их кому-то продадут.

— К чему тогда все эти «помощи» и красивые речи? — выдохнула я. — К чему тогда они придерживались закона и делали все на основании чего-то? Зачем мы официально поженились?

— Чтобы сделать вид, что они друганы землян, — фыркнул Азхар. — Точно так же было и с нашими планетами.А мы должны играть роль так, будто тоже придерживаемся законов. Здесь все играли в игры.

Неприятный холод пробежал по коже. Вроде бы логично. Вроде бы правильно. Но так хотелось верить, что все не так мрачно. Я же планировала здесь начать совсем новую жизнь и не возвращать Свету обратно к смерти.

Домой мы добирались молча. Мужчины были начеку. Двери и окна захлопнулись с грохотом. Наиль тут же встал у входа — охранять. Тахир и Азхар направились в ванную, возиться с водой. Я, как всегда, осталась с собственными мыслями.

К Азхару я теперь относилась настороженно. Он свободен. Пульт — бесполезен. И я никак не могла воздействовать на него. Нужно наблюдать, держать ухо востро. Потому что неизвестно, что они решат завтра.

— Здесь теперь небезопасно? — спросила я тихо, глядя на Тахира, который вошел с полотенцами и сменной одеждой.

— Нет, в дом они не пойдут, — коротко ответил он. — Они будут действовать исподтишка.

— То есть… — я усмехнулась, но горько. — В лифте решили нас убить, а в собственном доме будут строить интриги?

Тахир пожал плечами.

— Это логичнее. В открытую они не могут.

— Почему это?

— Потому что все планеты наблюдают за ними, — мрачно сказал Тахир. — Существует некая группа лиц, которая действительно беспокоится за ряды беженцев. Однако другим планетам не нравится предоставлять помощь по чьей-то указке, поэтому они придумали правила, которые нужно реализовывать в кратчайшие сроки. Большинство не справляется, и их забирают… а что с ними происходит дальше — загадка. Возможно, в рабство, как нас. Возможно, на опыты… или куда хуже. Ты же заметила, что здесь на землянок особенно смотрят, как на диковинку. Землянку хотят получить все. Поэтому на этой планете больше их нет. Ты – единственная. А здесь их было больше тысячи.

— И куда же они… неужели их всех?...

— Да.

От этих слов по коже побежали мурашки.

— И как же с ними бороться? — спросила я, чувствуя, что ответ мне не понравится.