Глава 10. Дормун

— Я требую временного сохранения дистанции! — выкрикнула ведьма и сверкнула влажными распахнутыми глазищами.

Очаровательная ведьма, сложно не признать. Но как назло, продолжающая сидеть на коленях тихо цветущего ящера. В мокрых остатках одежды, с тяжелыми от влаги волосами и без капли макияжа, она все равно притягивала взгляд.

И даже сдержанному эльфу покой в ее присутствии давался с трудом.

— Что, прости? — переспросил, поняв, что не услышал ее требования, потому что неотрывно смотрел на розовые губы и тонкий стан.

— Дистанции. Хотя бы временно. Между мной и вами, — повторила она, разделяя фразы паузами, потому все присутствующие молчали, разглядывая свой объект внимания, всем видом демонстрируя отсутствие мыслительной деятельности. — Как вы уже поняли, сложившаяся ситуация стала для меня неожиданностью, и я не готова так просто… просто…

— Заняться с нами жарким сексом? Понимаю, — саркастично протянул кот. — Я тоже не готов ложиться с ними в постель, но работа такая, обязывает.

— Тогда ты должен меня понять как никто другой, — отбила подачу ведьма и обиженно поджала губы. — Я просто прошу вас дать мне время. Для меня подобное впервые, и я не думала, что это произойдет так.

— Что «это»? — спросил онемевшими губами эльф, уже догадываясь, что он сейчас услышит. Пусть он ошибается! Во имя всех богов, небесных врат и демоновых ушей, пусть он ошибается!

— Первый раз.

«Первый раз… первый раз… первый раз…» — закрутилось в воспаленном мозгу, а ноздри заполнились ароматом раскаленного железа. Предвестника войны.

Неудивительно, ведь желание обладать этой чародейкой первым возросло одновременно в три тысячи раз! По тысяче на каждого!

— Поясни, — хрипло начал кот, нервно скребя ногтями ручку кресла. — «Первый раз» что? С несколькими мужчинами?

— И с несколькими, и даже с одним, — без стеснения заявила ведьма и странно покосилась на замершего Рассела, у которого, по всей видимости, опять стояк.

И сейчас Дормун ему завидовал, ведь его член был ближе к чародейке, чем какой-либо другой. А зависть эльфам вообще не свойственна!

У них всегда все самое лучшее! Самое красивое! Самое дорогое и новомодное! Если вода, то только из подземных, кристально чистых источников. Если наряды, то только от лучших швей и из самых сложных тканей, кричащих об исключительности. Если еда, то только самая редкая дичь, рыба, фрукты — все, что душа пожелает!

Это правило не распространялось только на женщин. Все эльфийские женщины были лучшими. Но эта же даже капли крови эльфов не имела, а сердце Дормуна колотилось как ненормальное, разгоняя кровь, прилившую к голове. Но совсем не той, к которой бы следовало.

И что делать? Как быть в этой ситуации?!

Ни кот, ни уж тем более дракон не уступят своего права попробовать ее первым, а потом и вовсе могут отказаться делиться, просто-напросто украв чародейку! Странно, что о краже подумал сам Дормун — благочестивый, воспитанный и честный эльф.

Украсть ее было бы идеальным вариантом, но захочет ли чародейка, чтобы эльф умыкнул ее из-под носа соперников? Нет ничего более унизительного, чем быть отвергнутым. В особенности для эльфа, его чести и репутации.

Значит, остается только одно — завоевать ее! Да, именно так. Покорить, вызывать восхищение, пробуждать желание и, главное, внимательно следить, чтобы этот гениальный план больше никому в голову не пришел. С этих болванов станется.

— Поэтому, — продолжила девушка, устав ждать, пока кто-нибудь отомрет. — Я прошу вас не торопиться и дать мне свыкнуться с этой мыслью. Предупреждаю! Снасильничать меня даже не пробуйте! Взорву тут выбросом все к демоновой бабушке!

Синхронно качнув головами, эльф и его соседи по клану продолжали молчать, смущая своими голодными взглядами упрямую чародейку.

А она хорошенькая, с характером. Даже с котом строга, хотя репутация у него… тот еще гуляка и повеса, в общем. Рассела пожалела, что на руку эльфу совсем не играло и к тому же расстроило.

Получалось, что если на Коула она хотя бы злится, а Рассела жалеет, то к самому Дормуну совершенно равнодушна. С тем же интересом относятся к статуе в прихожей или новому сервизу, судьба которого — пылиться на полке серванта.

С этим срочно нужно было что-то делать! Положение усугублялось тем, что ящер уже обнимал привлекательную ведьмочку, спасши ей жизнь, а кот… он просто кот. Упрямое и безмозглое животное, которое под кроватью будет караулить, но благодаря природному обаянию все равно своего добьется.

Нужно как-то выделиться, стать особенным.

Может, тоже ее спасти? Создать ситуацию, при которой никто более не сможет прийти на выручку, например? Нет, глупо и рискованно. Не дайте боги, кто-нибудь из этих двоих узнает: вовек не отмыться от позора, и потеря расположения ведьмы гарантирована. Но что тогда?

Упрямым был эльф, но не в вопросах ухаживаний. Красиво говорить не умел, все получалось сухим и местами даже грубым. Шутил плоско, картин не рисовал и даже петь не умел, хотя дар песни мало кого из его народа обходил стороной.

Проблема.

Нужно думать быстрее, и желательно поблизости от ведьмы, не выпуская ее из виду.

— Как долго ты будешь мириться с мыслью, что мы покувыркаемся? — спросил Коул, но его голос непривычно хрипел, словно в горле встала кость. — Нам уже понятно — рвануть ты можешь в любой момент.

— Не знаю. У меня нет опыта в этом вопросе. Насколько мне известно, многое зависит от мужчины.

Вызов! Это был вызов!

— Не хочешь прогуляться со мной по Темному лесу?! — рявкнул эльф неожиданно для себя самого.

Наверное, он выглядел глупо, потому что Коул насмешливо фыркнул, а вот дракон, напротив, нахмурился, глядя, как смешно их чопорный эльф выпучивает глаза.

— Темный лес? Что это? — заинтересованно склонив голову, ведьма, как назло, открыла вид на шею и чуть ниже, на тонкую ключицу.

— Покажу и расскажу. Если согласишься, — поспешно добавил Дормун и впервые в жизни ощутил пот на ладонях.

Согласилась… Согласилась… Ведьма согласилась!

Кажется, топчась у порога в ее комнату, он продолжал думать, что согласие ему послышалось. Просто слуховые галлюцинации, бред на фоне патовой ситуации!

Но он так же ясно помнил, как застенчиво она склонила голову к плечу и коротко кивнула, осторожно улыбнувшись.

Значит, визуальные галлюцинации тоже имеют место! Эта девушка сводила с ума в прямом и переносном смысле.

Свидание. Где это видано, чтобы темный эльф из правящей ветви волновался, как прыщавый подросток, впервые пытаясь привлечь внимание соседской девчонки? Правильно! Нигде! У эльфов не бывает прыщей, а значит, и сравнение отвратительное, но ужасающе подходящее.

— Дормун, — выйдя из своей спальни, девушка изобразила изящный реверанс и вновь улыбнулась, заставляя эльфа сжать челюсть от напряжения. — Я готова.

— Сомневаюсь.

Осмотрев придирчивым взглядом ее наряд, которым она заменила наполовину сожженные вещи, Дормун цокнул языком. Ведомый безупречным чувством стиля, схватил ведьму за руку, затаскивая обратно в комнату.

— Это определенно вам не подходит. Юбка слишком облегающая, а куртка, если это можно так назвать, короткая, словно половину ткани ваш портной оставил себе из жадности.

Не слишком-то любезная речь срывалась с его губ, подгоняемая нервозностью, а руки уже бессовестно рылись в скудном багаже.

Ничего подходящего. Уныние и тоска.

— Ааа… вы ищете что-то определенное? — спросила ведьма, как бы намекая, что банально некрасиво рыться в чужих вещах, особенно если их владелец на расстоянии вытянутой руки. — Может, я подскажу?

— Нет. Определенно нет. Близко, но нет. Это точно не подходит.

Выкидывая из неразобранного саквояжа вещи одну за другой, Дормун впадал в уныние от темных расцветок не совсем благородных цветов.

Вот вроде бы лазурно-синее платье, но лучше было бы сшить его из королевского синего! Или блуза почти болотного цвета — она выглядела бы куда лучше, будь это изумрудно-зеленый!

— Напомните, чтобы я отправил к вам портного, — буркнул скорее для себя, но девушка неожиданно надула губы и свела темные брови к переносице.

— Вы звали меня на прогулку, а вместо этого нагло шаритесь по моим вещам и едко комментируете гардероб.

Остановившись, Дормун уставился на тонкую ленточку очередной никуда не годной блузы и прикусил губу.

Да, он определенно некрасиво себя ведет, что эльфу претило от рождения. «Некрасиво» это вообще не его история, все должно быть изящно, притягательно и максимально подчеркивающе. Недаром его костюмы элегантно очерчивали фигуру и скрывали изъяны.

Хотя какие у эльфа изъяны? Глупости.

— П-п-простите, — заикаясь, прошептал он и резко выдохнул, возвращая ситуацию под контроль. — Простите мое поведение. Но ваши наряды действительно не совсем подходящие. В Темном лесу уместнее будет надеть брюки и плащ. Если у вас нет этих вещей, я с радостью одолжу вам их из своего гардероба.

— Сомневаюсь, что мне подойдет ваш размер, — проведя линию в воздухе над своей головой, девушка явно указала на разницу в их росте.

Действительно. Брюки Дормуна, мягко говоря, будут волочиться за ведьмой прямо по земле, а плащ будет похож на мантию королевских размеров, подол которого обязывает слуг нести его на руках.

— Но я могу подкорректировать их магией, если вы не против.

— Отличная идея!

Теперь окончательно растерявшийся эльф тащил чародейку уже в свою спальню, скоропалительно решив, что об одном потерянном костюме сожалеть не стоит. У него их еще много. Очень много.

Ведьма не сопротивлялась, но иногда вынуждала Дормуна сбавлять скорость, не успевая за широким шагом.

Уже в его временной спальне до мужчины дошло, что это первая женщина, которую он так близко подпустил к своей постели.

Пока он жил дома, на Севере, доступ к его покоям имелся только у пары слуг, и те были мужчинами. Помощь в обычной жизни Дормуну не требовалась: с утренними туалетами он справлялся самостоятельно, на трапезы спускался в обеденную залу, не требуя еды в постель, а уборку наводил старый призрак Ларриентил.

И несмотря на совсем недавно занятую спальню в замке Эл-Истон, чародейка была первой женщиной, переступившей порог.

И сейчас неуверенно прикусывала щеку изнутри, пытаясь понять, почему мужчина замер на месте, странно на нее уставившись.

— Вот. Выбирайте любой, цвета которого вам больше по душе, — махнув ладонью, Дормун приказал шкафу открыться, демонстрируя свою святая святых.

— Я могу взять вот этот?

— Какой? Что? Нет! Он не подходит к оттенку ваших глаз! — возмутившись, эльф наперегонки с девушкой бросился к шкафу. — И на этот не смотрите, не ваш фасон! Секундочку…

Интуитивно просчитав цветотип чародейки и подходящие под ее фигуру наряды, Дормун еще несколько минут рылся в недрах своего гардероба, крайне гордо дотянувшись до дальней вешалки и продемонстрировав ведьме свой выбор.

— Вот! Это будет сидеть идеально!

— Ого…

Ох, пронесло!

Мысленно похвалив свою сообразительность и оправдав ею нелепое поведение, несвойственное природному вкусу, Дормун с незнакомым ранее удовольствием наблюдал за реакцией чародейки. Девушка осторожно и очень бережно провела подушечками пальцев по серебристому канту, прочувствовала великолепную выделку кожи василиска и по достоинству оценила вышивку в виде закатного солнца черно-серыми нитками.

— Очень красивый. Вы уверены? Я не смогу вернуть его в изначальное состояние.

— Уверен. Сапфировый синий вам пойдет больше, чем мне.

Конечно, Дормун лукавил. Ему шло все, что хранил его шкаф, но горящие глаза чародейки почему-то слишком легко затмили потерю одного из любимых нарядов.

— Хорошо. Я примерю.

— Я вас оста… отвернусь.

Повернувшись на пятках, эльф не смог устоять от соблазна остаться с обнаженной девушкой в одной комнате. Да, пусть спиной, но факта оголенной кожи в его присутствии это не отменяло!

Спустя пару минут шуршания и тяжелого дыхания процесс застопорился, и ведьма мягко спросила:

— Поможете мне? Я, кажется, застряла, эх…

Глаза эльфа широко распахнулись, а дыхание потяжелело.

Костюм с дизайном из тугих ремней был отличной идеей. Только этого он и ждал.

— Да, конечно! — одернув себя, он постарался, чтобы голос звучал менее ликующе, и повернулся, сделав глубокий вдох.

Лишь бы не зарычать от восторга. Он, в конце концов, воспитанный мужчина, готовый в любой момент прийти оре на выручку. Особенно когда она едва ли одета, и практически обездвижена.

Узкий сюртук, перетянутый тугими ремнями в районе пояса, застопорился на пышной женской груди, немного сдвигая ее. Руки чародейки были вытянуты вверх, и из-за узости наряда крепко сжаты в плечах — при всем желании она не могла их опустить.

Брюки должны были сидеть на талии, но благодаря свободному для девушки размеру осторожно сползали вниз по покатым бедрам, все больше открывая впалый живот с нежной, едва заметной мягкостью внизу и бордовое белье неожиданно хорошего качества.

— Так… мм… поможете?

— Да, да. Сейчас.

Сглотнув подкативший к горлу ком, Дормун незаметно поправил брюки, резко ставшие тесными для ожившего паха. Пружинистой, слегка пьяной походкой эльф приблизился к взволновавшему его объекту и в первую очередь потянулся к поясу штанов, прихватывая пальцами петли для ремня.

Завороженно наблюдая за тем, как ведьма двигает бедрами, стараясь помочь, Дормун изо всех сил старался не выдавать свою медлительность слишком явно.

О, как же ему хотелось продлить этот момент! Без страха быть застуканным, заглядывать в приятное декольте: сквозь лиф просвечивали светло-коричневые соски! Хотя бы немного смелее прижимать подушечки пальцев к пудрово-розовой коже!

Со штанами наконец было покончено. Пришло время приступить к самому сладкому, тому, что Дормун так хотел отложить на попозже, чтобы полностью насладиться близостью.

Руки уверенно потянулись к ремням, расстегивая простые пряжки, и чем больше он расслаблял натяжение, тем глубже вдыхала грудь, ими затянутая.

Мягко… Медленно… И очень чувственно…

Белые, нетронутые солнцем холмы гипнотизировали, полностью лишая контроля. На мгновение Дормун даже поймал себя на том, что дышит с ней в такт, подстраиваясь под ритм притягательной амплитуды.

Взгляд зацепился за заострившиеся окружности сосков, теперь бесстыдно натягивающих гладкое кружево и вызывающе притягивающих внимание. Но в голове Дормуна властвовала тупая пустота, центром которой были именно эти отзывчивые нежные точки.

Провести по ним пальцем, смять мягкую окружность, погладить, приласкать губами! Прямо сейчас, хоть секунду, пока ему не прижгут похотливую морду огненной сферой! Всего на мгновение!

Одно нечаянное, упущенное прикосновение, и мужская ладонь опускается на манящую женскую грудь.

Оооо, Лунные врата!

Только украденное мгновение, но такое, что по рукам волнами промчался эклектический разряд, с оглушительным треском ударяя в голову! На скорости света отголоски домчались в мужскую гордость, и сдерживать ноющую жажду стало совершенно невыносимо. Хотелось шумно вздохнуть, остужая горящие легкие, но дыхание сперло, а сердце едва не остановилось.

Проклятие!

Этого прикосновения было чертовски мало! Так мало, что хотелось сейчас же исправить ситуацию и, да простит его отец, уткнуться в женскую грудь своим правящим лицом, одурело втягивая нежный аромат!

Стараясь сохранить остатки контроля, Дормун с огромным трудом потянул край куртки вниз, помогая девушки выглянуть из воротника.

Ее темные кудряшки все так же бойко топорщились в разные стороны, на щеках горел румянец, как после жаркой парной, а глаза заслезились от яркости света, от которого она уже успела отвыкнуть, будучи в плену сюртука.

— Благодарю.

— Не за что, — сипло ответил Дормун и благочинно отступил, позволив чародейке воспользоваться магией.

Парочка слов на старо-эльфийском наречии, пассы руками, и прямо на глазах наряд не по размеру мягко обтянул укрытое им тело.

Покрутившись у зеркала, ведьма довольно кивнула и щелкнула пальцами, превращая неугомонные кудряшки в ровные локоны. Признаться честно, Дормуну они нравились меньше, чем беспокойные барашки, что так притягивали внимание.

— Я готова. Можем идти?

— Да, конечно. Прошу, — вежливо уступив девушке дорогу, Дормун на секунду замер, приклеиваясь взглядом к обтянутым кожей костюма ягодицам.

Интересно, он так же выглядел в этом наряде? Или все зависит исключительно от попки, которая в них заключена?

— Спасибо вам за костюм. А вот лапать меня за грудь было необязательно, — сказала чародейка, обличая неуместную вольность Дормуна. Это заставило эльфа густо покраснеть и вновь сцепить потные ладони.

Второй раз в жизни.