Глава 42
Таня
Да как снять это кольцо? Мне кажется, скоро палец отвалится, я его уже довела до покраснения, и он только еще больше раздулся.
Коллеги в шоке от того, как фигово я выгляжу этим утром, но мне абсолютно параллельно. Отсиживаю первую половину дня как на каторге, а в обед встречаюсь с Алёной, потому что носить весь этот кошмар в себе больше не могу.
Алька забивает нам столик на летней площадке одного из центральных ресторанов. Она уже час тут работает, успела кофе с апельсиновым соком выпить (это ее любимый), а сейчас к ней присоединяюсь и я.
- Алехина, это что у тебя на пальце?
Говорю же, этот камень такого размера, что его наверняка видно даже из космоса.
- Это Быстрицкий.
- Какой на фиг Быстрицкий? Ты почему все выходные не отвечала на сообщения? Я уже думала с собаками ехать тебя искать!
- У тебя нет собак.
- Какая разница! Рассказывай быстро!
- Я была с Лешей на море. У его бабушки там домик, в классном маленьком поселке. Мы провели там два дня и вчера вечером вернулись. Лёша пошел за сигаретами, а меня возле подъезда ждал Стас. Он начал извиняться, говорить, что все осознал и хочет по-настоящему меня вернуть, а потом достал кольцо из кармана и надел мне его на палец. Я даже слова сказать не смогла, не то что с места сдвинуться. И тут пришел Лёша…
- Пахнет жареным, – умничает Алена. – Кстати, я заказала нам пиццу и по салату.
Вот кому что, а поесть Алена не забудет даже под страхом апокалипсиса.
- Короче, они подрались. Очень жестко подрались, разнять не могла. Кто-то из соседей вызвал полицию, и их обоих туда забрали.
- Вот это интересные истории!
- Да офигеть. Я поехала туда вечером, никак не получалось снять это дурацкое кольцо, Лёша увидел его на моем пальце и психанул, сказал, что нам не о чем разговаривать.
- Зай, ну я могу его понять. Он скачет вокруг тебя, вон смотри, на море тебя возил, с семьей знакомил, а ты позволяешь бывшему кольцо помолвочное напялить.
- Но я ведь не говорила Стасу, что я согласна, и я вообще была против этого кольца!
- Так что же ты сразу не сказала! Надо было там вопросы решать, а не мне сейчас рассказывать! Ой, спасибо, молодой человек, – Таня подмигивает официанту, который ставит перед нами доску с горячей пиццей. – Такой лапочка.
- Ты что, продолжаешь засматриваться на всех мужиков?
- Ой, Алехина, кто бы меня морали учил! Сама с одним встречается и подарки от другого принимает! Ты извинилась перед Филом?
- Да говорю же, он не захотел со мной разговаривать! Как я это сделаю?
- Телефон, зайка. Звонишь, пишешь, голосовухи записываешь.
- Он не берет трубку и не заходит в сеть.
- Мда, дерьмо, – Алена хватает с доски первый кусочек пиццы и откусывает от него сразу половину, свободной рукой при этом набирая что-то в телефоне. – Так, я читаю, как снять кольцо с пальца в домашних условиях. Подержать палец под холодной водой, пробовала?
- Да.
- Сколько держала? Надо десять минут.
- Ну не так долго, конечно.
- Вот, значит, после обеда пойдем в туалет и там заморозим твой палец. И если что, потом можно жидким мылом смазать, уверена, все получится. Особенно, если ты прекратишь паниковать. А потом берешь это кольцо, едешь в Минтранс и вручаешь Стасу. Можешь прям на член ему натянуть, пусть сидит, скручивает.
- Алёна!
- Что? Я знала, что от него один вред, знала!
Пока я сижу и бесцельно пялюсь в стакан с лимонадом и кубиками льда, подруга уже почти доедает свою половину пиццы. А я не могу. Вроде и проголодалась, но кусок в горло не лезет, как подумаю, что Фил в ярости после вчерашнего. В очередной раз открываю наш диалог, но в сети он не был еще со вчерашнего дня.
- Ешь давай, пицца вкусная, капец, а то я одна ее сожру, – предупреждает Алёна. – Есть еще какие-то способы найти твоего Ромео? Через лучшего друга там? Ты ведь уже ездила с ним к друзьям?
Да, я рассказывала Алёне про те шашлыки, но без подробностей.
- Знаю. Но у меня нет его номера.
- В друзьях у Фила поищи. Как зовут?
- Герман Шацкий.
Алька давится лимонадом и театрально стучит себя по груди, выпучив глаза.
- Шацкий? Что, сын того самого Шацкого, про которого нам еще в универе на праве рассказывали?
- Да. У него дети близняшки, Герман и Лина.
- Ты нашла его? А ну-ка, покажи, хочу увидеть этого мальчика.
Я открываю страницу Германа и отдаю телефон Алене, которая визжит так, что нас слышно за соседними столиками.
- Ой, прости, – она немного снижает громкость, но продолжает листать фотки кучеряшки с голубами глазами. – А сколько ему? Как и Филу твоему?
- Не знаю, думаю, да.
- Ой, зачет, зачет. Прям огонь.
- Ален, у тебя есть парень, – не понимаю, почему я должна взывать к ее совести, но мне приходится сделать это.
- Я еще никому не изменяла, не делай такое лицо! Давай пиши Герману и спрашивай, знает ли он, куда спрятался его лучший друг. А вот и наша еда! Быстро обедаем и идем снимать твое кольцо.
У Германа закрыты личные сообщения, но меня это не останавливает, я кидаю заявку в друзья, и уже через минуту Шацкий ее принимает.
«Герман, привет. Надеюсь, ты помнишь меня. Мне очень нужно найти Лешу, он не берет трубку, не заходит в сеть, может, ты знаешь, в чем дело?»
Герман: «Привет, ну конечно, я помню. А вот где это чудо, я без понятия, мне он тоже не отвечает. Думаю, он просто закопался на работе и выключил телефон. Я у отца на работе, не могу пока доехать до нашего припизднутого. Если что узнаю, напишу, идет?»
«Да, спасибо. Если что, вечером сама попробую его найти»
- Ну что? – Алёна наблюдает за моей перепиской с интересом.
- Он не знает. Лёша и с ним не разговаривает.
- Ну понятно, ушел в подполье. А сладкий мальчик нам поможет в поисках?
- Ты невозможная. Ладно, сейчас я сниму кольцо и поеду к Стасу, сегодня как раз нет еженедельного бесячего совещания по развитию транспорта, он должен быть на работе.
- Вот и умница. А Леша твой все равно никуда не денется.
Закончив обедать и заплатив по счету, мы с Алёной заходим внутрь ресторана и зависаем в туалете. Подруга засекает десять минут, в течение которых я реально держу руку под холодной водой, пока палец не отмерзает. Выдавливаю жидкое мыло из дозатора и размазываю по пальцу, после чего выдыхаю, пытаясь унять волнение, и пробую снять кольцо. Тяжело, но постепенно удается раскрутить его и передвинуть выше, а там уже нет проблем.
- Господи, да! Ура, свобода!
- Я же говорила, все получится! А теперь чеши к Стасику, надеюсь, ты застанешь его. Хорошо бы разобраться с этим косяком до того, как ты будешь мириться с Лешей.
- Спасибо, родная, – обнимаю ее, задерживаясь в этих объятиях. Не знаю, что делала бы без Алёны, наверное, погрязла бы в истерике и замешательстве, а у этой звезды всегда и на все есть план действий.
Возвращаюсь к Правительству, нахожу Валентиновича на парковке и говорю, что мне срочно нужно съездить в Минтранс. Тот подмигивает, но никак не комментирует. Даже удивительно, что он удержался от едких комментариев, упустив шанс потроллить меня. Мы добираемся всего за десять минут до бизнес-центра, где располагается наше транспортное министерство. Здороваюсь с охранником на проходной, этот мужчина уже знает меня, знает, что я из Правительства, поэтому на всякий случай спрашивает, к кому, и пропускает.
Я залетаю на второй этаж, сворачиваю в ту половину, где располагаются кабинеты руководителей, и прямо иду к двери с табличкой «С.Ю. Быстрицкий».
Толкаю дверь приемной, не обнаруживая на месте секретаршу, хотя обед уже закончился, и ей не помешало бы находиться на рабочем месте. На всякий случай притормаживаю у двери, чтобы прислушаться и понять, нет ли кого-то в кабинете у Стаса. Вдруг у него совещание или важный разговор, а я нагло ворвусь и помешаю.
У него определенно кто-то есть, и это… Подхожу ближе и прикладываю ухо к двери, прямо как в кино, практически не дышу, потому что слышу… стоны! Мать твою, в кабинете Быстрицкого какая-то сучка стонет так, что стены трясутся!
Кажется, у меня мушки перед глазами летают, но я дергаю ручку двери и, зажмурившись, открываю ее.
Секретарша Быстрицкого с задранной до талии юбкой сидит на его столе, разведя ноги в гребаном шпагате, а Стас имеет ее, совершенно не задумываясь о том, что стоило хотя бы закрыть дверь на чертов замок.
Все, о чем я думаю сейчас, так это необходимость срочно сходить к врачу и сдать все анализы, потому что этот подонок мог шпилить свою секретаршу и раньше, а мы с ним иногда не предохранялись.
Сообразив, что кто-то зашел в кабинет, секретутка визжит, соскакивает со стола и одергивает юбку, а Стас, быстро застегнув брюки, смотрит на меня как ни в чем не бывало.
- То есть для тебя нормально подарить мне кольцо и после этого трахаться с первой попавшейся овцой? Или у тебя давно с ней интрижка?
- Танечка! – а он еще находит в себе смелость улыбаться. – Родная, так тебе же можно было с тем малолеткой трахаться, а я что, святоша? Ты не хочешь, а я мужик взрослый, мне секс нужен.
- Ты идиот? Я не изменяла тебе! А ты вчера каялся и звал меня замуж!
- Что? – это проснулась секретарша. Как ее? Лена? Лиза? Хоть убей, не помню. – Ты позвал ее замуж?
- Лена, проваливай отсюда, – Стас буквально выталкивает ее из кабинета и теперь уже закрывает его на защелку. А я, выждав полсекунды, кидаюсь на него и начинаю бить по груди.
- Козел! Ты козел, Быстрицкий! Ты мне заливал что-то о любви, о том, что понял все, что хочешь жить со мной, а не прошло и суток, как уже какую-то девку шпилишь!
- Тихо, Таня, тихо, – ловит мои руки и крепко сжимает, подталкивает меня к столу и придавливает своим весом, чтобы я не могла сдвинуться с места. – Я не понял, что тебя не устраивает? Ты думала, только тебе можно развлекаться с кем угодно? Я не обязан строить из себя примерного мужа!
- Ты подарил мне сраное кольцо!
- Ты сама его выпрашивала! Я думал, подарю, ты успокоишься!
- И поэтому трахнул эту девку? Ты спал с ней раньше, Стас, когда мы встречались? Отвечай!
- Нет.
- Не ври мне!
- Какая разница, что было раньше, Алехина! Ты сама не успела отшить меня, как под малолетку улеглась. Я за тобой бегал, ждал, когда одумаешься, а ты перед каким-то пацаном из шиномонтажки ноги раздвигала! Самой не противно?
- От тебя противно! Какой же ты козел!
Отчаянно пытаюсь вырвать свои запястья из его захвата, и как только это удается, отвешиваю ему смачную пощечину.
Толкаю его, и пока он осыпает меня ругательствами, начинаю разносить его рабочий стол. Поднимаю в воздух папки с бумагами, швыряю на пол подставку под ручки, разбиваю статуэтку, которую ему подарили в федеральном Минтрансе в прошлом году, сношу органайзер для документов.
- Довольна? Спустила пар?
- Нет. Я бы разбила все тут, все до последней грамоты на стене! Ненавижу тебя, Стас! Ненавижу! И вот, – достаю из кармана пиджака кольцо и кладу на стол прямо поверх бумажного бардака. – Ты думал, это решит все проблемы? Подавись своим кольцом, понял? Хочешь, подари своей девке дешевой, может, она за кольцо сказочный минет тебе сделает прямо не отходя от рабочего места!
- Ты сама это делала здесь, в этом кабинете, – напоминает мне о том самом случае, когда мы занялись сексом, пока все находились на совещании.
- Да. Очень жалею об этом. Была слепа и наивна. Я никогда не вернусь к тебе Быстрицкий! Никогда и ни за что на свете! Ты испортил все хорошие воспоминания, что были у нас, ты испортил все! Никогда больше не прикасайся ко мне!
- Все сказала? Вали. Может, твой малолетка тебя утешит.
- Да пошел ты, – пулей выметаюсь из его кабинета, открыв дверь и от души хлопнув ей напоследок. В приемной застаю эту самую Лену с выпученными от ужаса глазами, но не говорю ей ничего. Бегу, бегу, бегу, пока не оказываюсь в машине у Валентиновича и не возвращаюсь на работе. Звоню Лёше еще раз, но его телефон полностью выключен. Без сил падаю прямо на стол, подложив руки под голову, и едва сдерживаю рыдания. Телефон уведомляет об очередном сообщении, и я подскакиваю в надежде, что это Филиппов появился в сети. Но мне приходит сообщение от Шацкого.
Герман: «Он вечером приедет ко мне. Если хочешь, подгребай, поговорите у меня»
И далее скидывает адрес.
Я поеду. Обязательно поеду. Только я очень боюсь.