Глава 45

Всё время до вечернего привала я пряталась в фургоне и старательно притворялась спящей. От кого пряталась? Ну, прежде всего, мне не хотелось видеть Мурейна, которого прямо-таки распирало от самодовольства. Принц-олень почему-то считал, что я не просто забыла попросить Богиню разорвать нашу связь, а специально этого не сделала. А ещё я не знала, как теперь вести себя с Региной. Улучив минутку, пока мужчины отвлеклись, она подошла ко мне и почти обвинительным тоном выдала:

– Ну, ты даёшь, Оля! Сейчас выглядишь даже лучше и моложе, чем я!..

Как будто я просила об этом! Меня и прежняя внешность более чем устраивала… Ну, кроме лишних кило, от них я рада была избавиться!

Хорошо, что Синтариэль и Грей меня поддержали, оба заявили, что для них совершенно не важно, как я выгляжу, главное, что это я. Не знаю, возможно, они и лукавят, но приятно, что уж говорить! Какая бы женщина не хотела такое услышать?!

Вот сейчас я и лежала на постели в одиночестве, чтобы всё обдумать и разложить по полочкам. Так, первое: Ефим. Тут, слава Богине, всё сдвинулось с мёртвой точки, и его возвращение уже решённый вопрос, осталось только пройти обряд связывания душ, чтобы и мы с Региной не вернулись за компанию с учеником. Уверена, на Земле нас ничего хорошего не ждёт, особенно меня с изменённой-то внешностью. Единственное, о чём я жалею, так это о том, что не увижу сына и будущих внуков. Как же болит сердце… Сейчас я стараюсь об этом не думать, но скучать по своему мальчику буду сильно. Хоть ему уже тридцать, и в последние годы виделись мы редко, но всегда можно было позвонить и услышать родной голос… А, с другой стороны, сидя в тюрьме за похищение ребёнка, не очень-то позвонишь… Так что для всех будет лучше, если я останусь здесь, на Теймаре.

Второе: Мурейн. Симпатия к принцу, появившаяся после того, как он меня спас, сейчас изрядно уменьшилась от его самодовольства. В любом случае, своим мужем я Мурейна не вижу… Мне жаль, что я его истинная, и ему приходится испытывать ко мне навязанные этой истинностью чувства, но переступать через себя тоже считаю неправильным. Надеюсь, после обряда, когда мы призовём Богиню, чтобы она вернула Ефима, удастся обратиться к ней с просьбой… Но, с другой стороны, мне-то от нашей связи ни холодно, ни жарко. Может, пусть сам об этом попросит? Я, если честно, боюсь испытывать терпение Энии, и не хочу показаться наглой. А вот Мурейн к Богине ещё никогда не обращался, да его даже саламандры не знают, может быть, и захотят помочь.

Третье: Регина. Но тут совсем не понятно, продиктованы ли её слова обычной женской завистью, или я сама себя накручиваю. Может, ничего такого она и не имела в виду?.. В любом случае, с девушкой поговорить надо! Не хотелось бы потерять подругу…

Мы остановились, и Синтариэль громким голосом объявил привал. По словам Рорка, до главного храма добираться недолго, если завтра с утра мы пройдём через портал, то к обеду уже будем на месте.

Ну что, Ольга Ивановна, пора выбираться и встречать проблемы лицом к лицу! Но одна проблема заявилась сама – Регина собственной персоной. Кряхтя, девушка залезла в фургон, увидела, что я не сплю, и робко улыбнулась:

– Привет, подруга!

– Привет! – ответила я, недоумевая. Виделись же.

– Ты меня прости, – вздохнула она, – наверное, я неправильно выразилась. На самом деле, мне нравится твоя новая внешность, и я рада за тебя. Считаю, что теперь всё очень гармонично и соответствует внутреннему содержанию. А мои слова… давай забудем, а? Признаюсь, на миг меня одолела зависть, и сейчас очень стыдно за это… Простишь?

– Прощаю! – пожала я плечами и обняла всхлипнувшую девушку. – Всё хорошо. Только хочу, чтобы ты знала: я об этом не просила. Эния почему-то сама изменила мою внешность и даже не предупредила!

– О, мы говорили об этом с наставником Кашисом. Он вспомнил, что где-то читал о том, что Энию раньше называли Богиней гармонии, потому что она очень не любила несоответствия и всегда старалась их исправлять. В том числе и внешность. Скорее всего, ей не понравилось, что тебе только пятьдесят, а выглядишь ты по их меркам на все полторы тысячи лет, вот она и исправила. Хорошо, что совсем в девочку не превратила! – хихикнула Регина, а потом, спохватившись, предложила. – Давай, я тебе что-нибудь из своих платьев подберу, не обижайся, но твоё теперь висит как на вешалке.

– На правду не обижаются! – хмыкнула я.

Мы так увлеклись, перебирая гардероб подруги и обсуждая, какое платье подойдёт к моим глазам, а какое – нет, что на ужин нас пришлось звать.

– Девушки! – постучал по стенке фургона Сейр. – Ужин готов, ждём только вас.

Мы заговорщицки хихикнули, я надела выбранное платье, и мы вылезли наружу.

Мужчины давно подготовили место для ночлега и сварили ужин, а сейчас сидели вокруг костра с тарелками и ждали нас с подругой. Я села рядом с Синтариэлем, взяла протянутую им тарелку, Регина, получив свою порцию, пристроилась возле Крейна, и все принялись за еду.

А после ужина началась моя персональная пытка, особенно старался Кашис, нага интересовало всё: как выглядела Эния, как смотрела, что говорила. В общем, мне пришлось не по одному разу всё рассказать, и даже показать в лицах. Так умаялась, что меня уже почти не волновало присутствие Мурейна, который сидел напротив, строил мне глазки и подмигивал, когда я на него смотрела. Нда.

Как только появилась возможность, я попрощалась и ушла спать в фургон, оставив мужчин и Регину, продолжавших обсуждать мою встречу с Богиней…

Поднялись мы на рассвете и после лёгкого завтрака стали собираться в дорогу. Всем не терпелось увидеть Энию, ведь она обещала лично прийти за Ефимом. Особое нетерпение проявлял сам Ефим, создавалось ощущение, что он и ночью не спал, так волновался. Вон Трею уже все уши прожужжал, рассказывая про своих родителей, которые там весь город перевернули в поисках сына. Трей очень переживал из-за предстоящей скорой разлуки с приятелем и ходил поникший, улыбаясь через силу. Я сделала себе пометку, как только всё это закончится, надо будет поговорить с парнишкой и постараться чем-нибудь его порадовать.

Так что ехали мы быстро, в пути нигде не задерживались и вскоре добрались до портала. А ещё через пару часов уже подъезжали к главному храму. Храм оказался довольно большим сооружением из белого камня, с куполообразной крышей, покрытой золотом. Мы с Региной соскочили с козел и, взявшись за руки, двинулись прямо к распахнутым воротам. Мы ещё вчера договорились, что выйдем замуж одновременно, сразу же, как приедем. А чего тянуть?

– Хм…девушки, а вы куда? – спросил Рорк, преграждая нам путь.

– Туда. Мы решили, что брачный обряд хотим пройти вместе! В нашем мире подруги часто так делают, – уверенно ответила Регина, не моргнув глазом.

Я же обернулась и посмотрела на спутников. Наши мужчины не спешили к нам присоединиться, а ошарашенно и немного смущённо смотрели вслед. Это меня насторожило.

– А что не так? – осторожно уточнила я у наставника.

– Ну, вообще-то, обряд связывания судеб предполагает телесное слияние женщины и её мужчин, и участвуют в нём только члены будущей семьи. Да и алтарь для этих целей всего один, не уверен, что вы все на нём поместитесь. Но, если в вашем мире так принято… – хохотнул орк.

Мы с Региной переглянулись, смутились, расцепили руки и даже отошли друг от друга. Вот блин, а предупредить нельзя было?! В книге, которую я всё-таки дочитала, обряд лишь упоминался вскользь, без каких-либо подробностей, ну мы и подумали, что он такой же, как на Земле: взаимные клятвы, скрепленные поцелуем, и всё – женаты. Эх.

Сглаживая неловкость, к нам подошли наши мужчины и обняли, успокаивая. Недолго посовещавшись, решили, что первыми обряд пройдут Регина, Сейр и Тейр. Они ушли, а мы остались, развернули временный лагерь и занялись приготовлением обеда.

Пока мужчины суетились, я сидела и смотрела в одну точку. Если честно, я здорово разволновалась. Мало того, что собираюсь пойти в храм и заниматься там непристойностями, так ещё и все остальные будут в курсе… Ох, до чего же неловко! Хорошо, хоть зрителей… то есть гостей в храм не пускают… Мои терзания прервал Мурейн, присаживаясь рядом:

– Я так понимаю, на обряд вы меня не приглашаете? – уточнил он угрюмо. – Неужели захотелось себе цену набить и помучить меня? Я был о вас лучшего мнения!

Я аж задохнулась от возмущения, но попыталась объяснить:

– Во-первых, не знаю как у вас, а в моём мире, мужчина делает женщине предложение, а не наоборот. А во-вторых, я не давала вам повода думать, что хочу пройти с вами обряд. Я действительно забыла попросить Энию разорвать нашу связь, просто растерялась. Но вы можете сделать это сами, когда Богиня придёт за Ефимом! – резко сказала я, но поспешила немного сгладить своё заявление. – Вы очень привлекательный мужчина, и я уверена, найдёте когда-нибудь своё счастье, только не со мной. Мы не подходим друг другу, простите…

–А почему вы всегда решаете за меня?! Сами решили разорвать связь, не спрашивая моего мнения, сами решили, что мы не подходим! Может, я не согласен с этим?! Вы об этом не думали?! – прорычал мужчина, поднялся и почти бегом бросился к своему пегасу, вскочил на него и улетел.

А я почувствовала себя виноватой. Что если я не права? Может, надо было как-то по-другому поступить? Ох, как всё сложно-то.

– Всё в порядке? – спросил Грей, подходя ко мне и помогая подняться.

– Да. Наверное. Не знаю. Волнуюсь очень! – призналась я, спрятав лицо на груди мужа.

– Не переживай, душа моя, всё будет хорошо, – обнял меня оборотень и погладил по спине.

Регина с мужьями вернулась два часа спустя, раскрасневшаяся и смущённая, за это время я вся буквально издёргалась. Ободряюще кивнув мне, девушка села к костру вместе со своими мужчинами и набросилась на еду. Синтариэль и Грей взяли меня за руки и повели в храм. Ох, как я волновалась! Мелькнула даже мысль сбежать, но вспомнив про Ефимку, я стиснула зубы и вошла в ворота храма.

Там меня подвели к большому, светящемуся белым алтарю и усадили на него. А дальше было всё, словно в тумане. Помню, как меня успокаивали и признавались в любви, как целовали с двух сторон, потом как раздели и ласкали… В какой-то момент я будто смотрела на себя со стороны. Вот я лежу, раскинув руки и закрыв глаза, а надо мной двигается Синтариэль, вот его уже сменяет Грей, а потом бах… и я, уже одетая, улыбаясь, выхожу со своими мужьями из храма. Так и хотелось спросить: "И что это было? Всё что ли?" Но побоявшись обидеть мужчин – старались ведь, я промолчала.

Вот и пришло время прощаться с Ефимкой. При расставании с мальчиком мы с Региной не могли сдержать слёз, да и он без конца шмыгал носом. Свой трофей – зелёнку – ученик торжественно вручил Трею, наказав расходовать экономно, а потом бросился ко мне в объятия и расплакался:

– Ольга Ивановна, я вас никогда не забуду! – всхлипывал он. – Вы тут без меня держитесь и в обиду себя не давайте. А за меня не волнуйтесь! Я всё скажу, как вы учили, что не помню ничего и вас не видел. Эх, жалко уходить, но папа с мамой ведь тоже без меня пропадут, а за вами теперь есть, кому присмотреть…

Я вытирала его слёзы и ревела сама, целуя солёные щеки:

– Ты молодец, мой хороший! Настоящий мужчина! Я так тобой горжусь! Самый лучший ученик на свете! Главное, маму с папой береги, ты у них один, и про учёбу не забывай, особенно про биологию. Помни, чудеса случаются, и всегда верь в лучшее! Я знаю, тебя ждёт великое будущее!!!

Наобнимавшись мы, наконец, позвали Энию. Богиня явилась сразу, всё такая же прекрасная и с доброй улыбкой на губах. Кивнув всем, она поманила за собой мальчика и повела его в храм. А мы долго смотрели им в след, пока ворота храма не закрылись, навсегда разлучая нас с Ефимкой…