Глава 41

- Нет? – он улыбается, и я вижу, что он мне не верит.

А я…

Раньше я не думала, что можно быть счастливой просто потому, что тебе улыбаются. И смотрят…

Какая же я была глупая, когда боялась, что к нему вернется зрение и он меня увидит! Глупая эгоистка!

Это счастье, что он видит. И что стоит на ногах!

Сейчас вспоминаю то время, когда я узнала, что он смог, что у него получилось, встал на ноги, и зрячий теперь. Несмотря на боль и обиду я все равно радовалась за него.

Наверное, это и значит любить. Способность радоваться счастью и успехам того, кого любишь, даже если он не с тобой. Не твой…

Не твой… Он всё это время был моим! А я была его. Принадлежала ему!

Несмотря ни на что.

И Славка это прекрасно знал, потому что и он принадлежал другой. Мы оба так и не смогли забыть. Как ни пытались…

- Воробушек, скажи, что ты шутишь, или у меня сейчас сердце остановится. – он осторожно обхватывает мое лицо ладонями, пальцами гладит по щекам. И я тону в его глазах. Ореховых с золотом…

И почему-то думаю, что было бы хорошо если бы у меня родилась девочка вот с такими глазами.

- Ты громко думаешь, малышка… Всё будет, всё, что ты захочешь…

Почему-то стесняюсь этого откровенного взгляда и всего… Всё так быстро, стремительно…

И я знаю, что это хорошо, и что мне повезло, что всё складывается именно так! Но почему-то где-то глубоко внутри чувствую страх.

Молчу, поворачиваюсь к нему, прижимая ладони к его груди. Смотрю, просто смотрю, и получаю удовольствие. Просто от того, что можно вот так вот на него смотреть. Чувствовать его рядом.

- Воробушек…

- М-м? – так не хочется ничего говорить…

- Я сейчас усну. – он улыбается виновато, и я вижу, что зрачки его глаз стали огромными.

Я тоже почему-то чувствую усталость, да я и привыкла спать вместе с Ником.

- Значит, давай спать. Все потом…

Потом будем дальше разбираться в нашей истории, хотя, по-моему, и так уже все ясно.

Нам просто не хватило веры друг в друга и в себя.

Я поступила глупо и эгоистично, уехав, бросив все, не объяснившись. Вторую глупость совершила, когда приняла решение не возвращаться.

Тогда опять все наложилось одно на другое.

Я оказалась в клинике, без воспоминаний, в голове пустота, а в животе… в животе ребенок неизвестно от кого. И мысли – почему меня никто не ищет? Если я беременная, значит у меня были с кем-то отношения? Я кого-то любила и меня любили – почему-то я мысли не допускала, что беременность эта случайна. Уверена была, что мой малыш может быть только плодом любви.

А любимый не торопился узнавать, что с нами. Это было обидно. Обида росла.

Возможно потому, что её было так много, этой обиды, она не прошла и тогда, когда воспоминания вернулись.

И я убедила всех, что именно так правильно!

Хотя… та же Кира не раз и не два говорила мне…

Кира! Что будет, когда она узнает о том, что мы со Славой разошлись? Мне стыдно, перед ней больше всего. Нет, не за то, что мы с ее сыном в итоге не будем вместе. Она с самого начала говорила мне, что не стоит начинать эти отношения. Она знала, что я не люблю Славу так сильно, как он этого заслуживает. А он не любит меня…

- Пойми, детка, нельзя строить отношения от противного. Это только в математике примеры можно так решать. Доказывая не то, что дважды два четыре, а то, что дважды два не пять. В любви это не работает. Увы… плавали, знаем…

Я помню, как при этом с тоской она смотрела на Леонида, всё еще не верила, что сможет заменить мою маму в его сердце…Хотя уже сделала это. И я была очень рада и за Киру, и за Лёню, правда, ему всё не удавалось затащить её в ЗАГС. Так же, как Славе долго не удавалось затащить туда меня… Я ведь… я ведь и согласилась только потому, что… господи, думаю об этом теперь и самой дико. Я согласилась выйти за Славу, потому что боялась, что Илик найдет меня и потребует отдать ему сына! Решила – если у меня будет муж, Умаровы не смогут так просто отнять моего мальчика!

Глупая, я ведь знала, что Ильяс не такой и никогда таким не был! И Тамерлан тоже… правда, Тамерлан всё-таки забрал ребенка у родни его жены, а ведь я знала, что Сандро ему не сын – Илик мне всё рассказал тогда, и про Зою, и про эту… не помню, как её звали, ту девушку, на которой женился Тамерлан и из-за родственников которой Ильяс пострадал…

Ох, сколько же глупостей надо совершить, чтобы наконец понять как правильно!

Я хотела рассказать Илику о ребенке, и в то же время хотела защитить сына, и себя, и… свое бедное сердце, которое не выдержало бы, если бы его еще раз вот так, с размаху со скалы, на камни, или на асфальт.

Смотрю на спящего рядом мужчину.

Еще вчера он был таким далеким! Я и мечтать не могла о том, что всё случится вот так.

Еще утром я даже не думала о том, что он приедет… собиралась за свадебным платьем!

Воробушек, маленький, счастливый Воробушек!

И все-таки мне тоже нужно поговорить со Славой.

Попросить у него прощения. Я знаю, он скажет, что все это ерунда и он сам виноват. Это так… так трогает моё сердце, то как эти мужчины стараются снять с моих плеч груз вины.

Боже, если бы мне лет пять назад кто-то сказал что я, Надя Воробьева, нескладная, вечно смущающаяся, неуверенная в себе девчонка окажусь в ситуации, когда рядом двое таких прекрасных мужчин, каждый из которых по своему за меня борется!

Да, пусть чувство Славы другое, скорее… дружеское, но ведь именно мне он протянул руку помощи! Меня хотел спасти!

Мне так хочется, чтобы он тоже был счастлив!

Яна… конечно, мне совсем не нравится эта женщина, но он её любит! И потом… у них, оказывается, есть ребенок!

Глажу Илика по щеке, не замечаю, как сама засыпаю.

Открываю глаза, понимая, что рядом со мной в постели никого. Это я так крепко уснула, пропустив пробуждение моего сына? Раньше такого не бывало.

Встаю, слышу голоса в гостиной – Ильяс играет с Ником. Быстро иду в ванную, чтобы привести себя в порядок. Удивленно смотрю в зеркало – я так изменилась за несколько часов? Или это счастливый блеск в глазах делает меня такой красивой, уверенной в себе?

Выхожу к ним, вижу их играющими на ковре – Ник демонстрирует отцу все машинки, которые уже успел тут выклянчить у Славы. Знает, что я не иду на поводу у каждого каприза, а Слава и сам любит машинки, и видимо вспоминает свое детство и то, как приходилось просить у мамы очередную.

- Привет!

- Ма! Кода на моле?

- На море? Сейчас самое время. Только нужно надеть плавки.

- А Иляс с нами?

- Конечно, - Илик улыбается сыну, смотрит на меня, - только мне тоже надо переодеться.

- Хорошо, иди, мы подождем.

- Я быстро.

Он подходит ко мне, быстро обнимает целует, потом наклоняется к Нику.

- Позаботься о маме пока меня нет, чемпион! – гладит его по голове и выходит из номера, а у меня почему-то свербит в груди.

Смотрю на сына, охватывает такая дикая нежность и… и боль.

Как я могла скрывать его от отца? И отца от него?

Глупый, маленький воробушек…

Поднимаю сына на руки – люблю носить его на руках, хотя мне и нельзя. Он улыбается мне, трется носом о мой нос – наше любимое занятие, носики точить.

- Иляс хороший, да?

Киваю, чувствуя, как слезы накатывают.

- Он тебя поцеловал.

- Да, поцеловал.

- А почему?

«Потому что он твой папа»! Как же мне хочется сказать это сыну! Так хочется!

- Пойдем одеваться? Море ждет!

Минут через пятнадцать мы все вместе спускаемся вниз, идем на пляж, мимо бассейна. Ильяс бережно обнимает меня за талию, поддерживая. Он несет на руках Ника и сумку с пляжными принадлежностями.

Это так странно, потому что утром мы так же шли со Славой. И я чувствую, что мне немного неловко, кто-то ведь мог видеть меня с одним мужчиной, а теперь я уже с другим.

Впрочем, наверное, мне всё-таки всё равно.

Я просто счастлива.

Ильяс устраивает меня на шезлонге, сам берет Ника идет с ним к морю. Они купаются, играют, смеются. Илик так трогательно оберегает сына, пытается учить его плавать.

Я понимаю, что нужно найти момент, чтобы рассказать Николаю о том, кто такой Ильяс.

Думаю, мой малыш будет в восторге от этой новости.

Наблюдая за ними, забываю обо всем. Потом понимаю, что слышу какой-то раздражающий звук уже довольно давно. Оказывается, у меня в сумке вибрирует телефон. Звонок от Славы, почему-то я сразу понимаю, что что-то случилось…

- Алло?

- Надя… мне нужна ваша помощь.