Глава 4. Актриса

Герман меняется в лице на глазах. Кажется, он готов нас всех убить. Меня, наверное, первой.

— Против, — цедит Лене в лицо, затем поворачивается к моему папе. — Я не отдам своего секретаря, — жестко чеканит. — И я попрошу больше не распоряжаться моим личным персоналом без моего ведома.

— Да брось, Гера, это же всего лишь девка, которая подносит кофе. Какая тебе разница, кто будет это делать. Тем более Лена лучше знает твои вкусовые предпочтения.

— Я сказал: нет.

Атмосфера за столом сильно накалилась. Герман мечет молнии, мой папа тоже не любит, когда ему перечат. Глаза мачехи нервно бегают из стороны в сторону. Очевидно, она судорожно соображает, как сгладить конфликт. Лена сидит с кислой миной.

— Давайте не будем ссориться! — задорно восклицает тетя Люда.

— Не будем, — сухо соглашается Герман, — если без моего ведома не будут распоряжаться моим личным персоналом. Я не отдам своего секретаря.

— Гер, — Лена аккуратно кладет ладонь на его руку. Меня током бьет, горло сводит спазмом. Она делает это так, словно они всё ещё близкие люди. А Герман не скидывает с себя ее ладонь. Позволяет Лене себя касаться. А вот если я до него дотронусь, наверняка откинет мою руку. — Ни у кого нет цели лишить тебя личного помощника, — начинает сахарным голоском. — Просто мне нужна работа. За год после нашего развода я не смогла никуда устроиться. В тридцать пять лет у меня пустое резюме и нет трудовой книжки. Мне нужна хоть какая-то запись. Хоть что-то. Я подумала, что могла бы недолго поработать твоим секретарем просто для записи в трудовой и строчки в резюме. Вот и всё.

Лена говорит спокойно и вкрадчиво. Ее голос звучит тихо, как шелест листьев. И это, мать твою, имеет эффект. Герман смягчается на глазах. Напряжение медленно сходит с его плеч, челюсть расслабляется, глаза добреют.

— Пожалуйста, Гер, — на ее глазах выступают слёзы. — Помоги мне.

Я теряю дар речи. У меня сейчас просто отвиснет челюсть. Вот это актриса. Дайте ей кто-нибудь Оскар. Нет, это просто уму непостижимо. Как она это делает? Где она такому научилась?

— Если тебе нужна работа, ты могла обратиться ко мне напрямую, — Герман всё ещё старается казаться строгим, но уже видно, что Лена его смягчила, и он больше не держит зла.

— Извини, — приподнимает уголки губ в виноватой улыбке. — Я спросила у папы, кем я могла бы поработать в компании. Он сказал, что только твоей секретаршей.

И она ещё папу виноватым выставляет! Ну это уже вообще…

— Я не отдам своего секретаря Веронике, — произносит со стальными нотками. — Что касается работы для тебя, то я узнаю у кадров, какие есть вакансии в компании.

Герман хочет отвернуться от Лены обратно к столу, но она усиливает хватку на его руке.

— Просто, Гер, понимаешь, в чем дело… — Лена наигранно мнется. — У меня высшее экономическое образование, неплохой английский. Ну, ты и сам знаешь. Но компетенций нет. А ты так много рассказывал мне про внешнюю торговлю нашей компании, что я могу написать на эту тему диссертацию. Боюсь, в каких-то других департаментах компании я не справлюсь.

— Хорошо. Я посмотрю вакансии у себя. Вроде бы нам требовался человек с английским для ведения переписки с иностранными клиентами.

— О, это было бы идеально! — Лена расплывается в счастливой улыбке. — Гораздо лучше, чем подносить кофе. Пап, — переводит взгляд на отца, — ты же не против?

Ну конечно, она интересуется для вида. На самом деле ей глубоко по фиг, что думает папа. Отец громко откашливается.

— Ну, я считаю, что Герман мог бы взять тебя обратно на должность законной жены. Но для переписки с клиентами ты тоже сгодишься.

Секундная заминка. Герману не понравились слова папы.

— Ой, как хорошо, что все наконец-то трудоустроены! — мачеха хлопает в ладоши. Получается излишне торжественно. — Ну давайте за пирог уже, а? Для кого я его готовила?