43

— Подстава, — раздался голос Тимура совсем рядом.

Я оторвалась от пасьянса в ноутбуке и подняла глаза. Он стоял рядом. Очень и очень близко. Недопустимо близко ко мне.

На какой-то момент я замерла и испуганно втянула голову в плечи. И лишь спустя пару секунд поняла, как глупо выглядел этот жест. Так, словно я его боюсь.

М-да уж, Татка, ты — балбеска.

На то, чтобы справится с захлестнувшими эмоциями, понадобилось как минимум десять секунд. И их хватило на то, чтобы Тимур успел скрыться за дверью кабинета, в котором работал Антон.

Тихо выдохнула и с силой залепила себе ладошкой по лбу. Как ни странно, шлепок вышел громким, почти таким же, как постановочные пощечины в фильмах о любви. Испуганно оглянулась на дверь, за которой было подозрительно тихо, и еще раз, на всякий случай, вдохнула и выдохнула.

Мало ли, когда мне в следующий раз доведется дышать…

Все, о чем мне говорил Антон утром, словно выдулось ветром из головы. Вот правду же говорят, что у нас, у девушек, в черепной коробке только веревочка… Чтобы уши не отвалились. А все умные мысли вылетают при малейшем сквозняке со скоростью звука.

Так, Татка, соберись. Нужно срочно вспомнить, что я уже, как бы, решила, что ему нет места в моей жизни. И что я, вообще-то, должна тут всем доказать, что ничуть не хуже других. А даже лучше. И что все у меня хорошо, я счастлива и мне нет никакого дела до прошлого, которое постоянно возвращается назад, словно не все двери еще закрыты.

Снова уткнулась в пасьянс. Антон пока не звал меня, да и зная его — не позовет. Предпочтет решать все дела с братом наедине. Дружба дружбой, но такие вопросы явно не предназначены для моих ушей.

Пасьянс никак не хотел складываться. Я злилась, психовала, но в конце концов сдалась. Встала со стула и намотала пару кругов по кабинету. После глянула на часы и, написав Антону смс, отправилась на обед, хотя еще было довольно рано.

Не очень хотелось бы встречаться с Тимуром еще раз, и уж тем более я не заслужила его едких комментариев в свой адрес.

Дорога до любимого кафе в этот раз отняла немало времени, хотя заведение находилось буквально в паре шагов от офиса. Просто на улице была такая прекрасная погода, что я поддалась соблазну, воткнула в уши наушники и, несмотря на мороз, сделала пару кругов вокруг квартала. Лишь когда кончики пальцев стали неприятно покалывать, напоминая о том, что перчатки я, конечно же, забыла, я вернулась к офису и толкнула соседнюю дверь.

Оказавшись в тепле, выключила музыку и приветливо улыбнулась официантке. Присев за столик у окна погрузилась в чтение меню. Сегодня хотелось чего-то нового. Не тех блюд, которые заказываю обычно.

Остановилась на кофе. Разочарованно выдохнула. Аппетит пропал. Вспомнила поговорку, про то, что он приходит во время еды, но проверять не решилась.

Пока ждала ароматный напиток, успела заскучать. От нечего делать стала черкать на белоснежной салфетке каракули, рисовать человечков, звездочки и сердечки.

— Рисунки на салфетках, — раздался рядом мужской голос и я от неожиданности подпрыгнула. — Что же, если судить по ним, то вы… законченный романтик. Любовь, встречи у пруда в старом парке, прогулки под черным небосводом, усыпанном яркими звездами, и…

— И вы ошибаетесь, — мягко прервала я поток речи незнакомца, судорожно комкая салфетку. — На прошлой, к слову, были маленькие гильотины, лужи чернильной крови, вытекающие из подобия дохлых человечков.

— Разрешите? — мужчина положил руку на спинку стула напротив.

Я кивнула и вновь вгляделась в его лицо, которое показалось смутно знакомым.

— Я убедился в том, что я прав, — усмехнулся он. — А вы меня не помните, Тата. Жаль. Очень и очень жаль.

Я вытаращилась на него и приоткрыла рот от удивления. Да, лицо казалось знакомым, но не более. Зато я на сто процентов из ста была уверена, что ранее никогда в жизни с ним не общалась. Однако этому странному незнакомцу было известно мое имя…

— Цирк, — пробормотала я. — Мы разве с вами знакомы?

— Шапочно, — улыбнулся мужчина. — Меня зовут Алексей. И вы когда-то меня сбили с ног. Кстати, неподалеку от этого замечательного кафе.

— Кажется, вы тогда меня обозвали меркантильной обиженкой, отчаянно требующей к себе внимание внешнего мира, — прищурилась я, вспоминая тот незначительный инцидент. — И наши пути разошлись, если не ошибаюсь. В тот же вечер, когда вы отказались от моего любезного предложения оплатить химчистку.

— А теперь снова сошлись. Спустя год. Признаться, я все это время частенько замечал тебя в толпе прохожих, или сидящую за столиком кафе и рисующую что-то на салфетках, — пожал плечами Алексей. — Наблюдал за тобой. Как ты хмуришься, как улыбаешься, разговариваешь по телефону или обхватываешь кружку руками, чтобы согреться.

Я поежилась и поерзала на стуле, который вдруг, почему-то, стал дико неудобным.

— Я же говорил тогда, что ты мне понравилась, — вновь усмехнулся Алексей.

— Пожалуй… — замялась я, больше всего на свете желая сбежать от этого доморощенного сталкера, — мне уже пора! Меня шеф заждался…

С этими словами я помахала перед его лицом телефоном, который, как назло, с самого момента моего ухода на обед был молчаливым, и потянулась к сумочке.

— Что же, тогда до встречи? — Алексей сделал вид, что не понял, как сильно я напугана. — Которая не за горами…

— Сомневаюсь, — буркнула я в ответ.

Но тихо. Так, чтобы он не услышал. Мало ли, какие мысли у этого маньяка, наблюдавшего за мной со стороны столько времени.

Натянув на лицо улыбку, спешно покинула кафе. И лишь на улице притормозила — поняла, что забыла оплатить счет за кофе.

Надеюсь, Алексей не разорится. И не обозлится, что я так, по глупости и невнимательности вогнала его в расходы.

До офиса бежала без оглядки. Боялась сбавить темп, потому что чудилось, что стоит мне остановиться, как на плечо ляжет тяжелая рука маньяка и все… И останется от меня на память лишь пара объявлений в газете с черно-белым фото и кричащим заголовком «Пропала девушка».

Даже в холле здания, в котором расположен офис, не стала дожидаться лифта, а понеслась в сторону лестничной клетки.

В приемную влетела изрядно запыхавшись. С громким стуком захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце в груди билось так сильно и казалось, что еще чуть-чуть и проломит клетку из ребер, чтобы выскочить наружу.

Не успела толком отдышаться, как заметила, что не одна. Сначала с перепуга заорала, но быстро заткнулась, узнав в тихом наблюдателе Тимура.

— Это ты? — выдохнула я, отлипая от двери и стараясь выглядеть невозмутимо, прошла к своему столу. — Как встреча? Все обсудили с братом?

— Почти, — уклончиво ответил он, с интересом разглядывая меня.

Бросила мимолетный взгляд в небольшое зеркало, висящее на стене у входа и едва не заорала снова. Волосы стояли дыбом, щеки красные и глаза навыкат. Завершали картину черные круги от туши, которую я, видимо, размазала, когда стирала пот с лица. Все же, человеку, забывшему давно про утренние пробежки, сдать такой спринт очень и очень непросто.

Я почувствовала, что краснею еще больше. Под пронзительным взглядом Тимура.

— Надеюсь, что вы нашли совместное решение твоих проблем, — ляпнула я, как бы намекая, что пора ему либо перестать пялиться, либо проваливать ко всем чертям.

— Не всех, — покачал головой Тим. — Антон наотрез отказался тебя увольнять.

Я удивленно уставилась на него. Немного помолчала, как бы собираясь с мыслями.

— Ну ты и судак, Тим, — наконец тихо сказала. — Неужели тебе мало всего того, что ты уже сделал? Или настолько меня ненавидишь, что готов лишить всего?

Тимур не ожидал от меня такого ответа. По его лицу видно было, что мужчина в замешательстве.

У меня же настроение, которое было и так на нуле, опустилось куда-то на уровень Марианской впадины.

— Шёл бы ты отсюда, Тим, — устало сказала я, нарушая повисшую тишину.

— Ты стала сильнее, Тат, — задумчиво ответил он. — Но все такая же глупышка.

— И это уже не твои проблемы.

Он встал и медленно прошел к выходу, словно ждал, что я его окликну или остановлю. Я же молчала, думая о том, что сыта по горло этими чувствами. Чувствами к нему, которые Тим раз за разом старался во мне выжечь, будто клеймил. Будто хотел, чтобы я вечно помнила о том, какая же сволочь — эта любовь.

— А может я хочу лишить тебя всего, чтобы ты вернулась? Чтобы только я мог разрешить твои проблемы, тем самым стать для тебя единственным? — резко обернулся Тимур, чем меня изрядно напугал.

— Ты был единственным, — пожала плечами я. — И будешь. Всегда. Единственным козлом, который разрушил мою жизнь. Но спасибо тебе за опыт. За то, что я боюсь доверять людям. За то, что я не верю больше в любовь. В ту любовь, о которой читала в детстве. За то, что я теперь знаю ее истинное лицо. Мерзкое, уродливое, покрытое шрамами и источающее зловоние. А теперь пошел прочь, твой бред про чувства я больше слышать не хочу. Тошнит от этого.

Едва за ним закрылась дверь, как я бессильно опустилась на стул. Что же, надеюсь эта битва была за мной, и мне удалось одержать победу с разгромным счетом. Однако расслабляться не стоило — впереди еще целая война. И для того, чтобы выйти из нее с гордо поднятой головой, мне нужны союзники.

Пробежавшись до кофейного аппарата, я приготовила кофе. И уже на обратном пути купила пару шоколадок в торговом автомате, стоящем на этаже. Теперь осталось подлизаться к Антону и узнать все, что происходило пока меня не было. Интересно же, о чем они столько времени общались с братом, пока я влипала в неприятности в кафе.

Мужчина сидел за столом и сосредоточенно просматривал какие-то документы, подшитые в большую черную папку. Заметив меня, рассеяно улыбнулся и кивнул на пустующее кресло.

— Ты пропустил обед, — сказала я, решительно опуская поднос на стол. — Хоть шоколад пожуй, говорят, что очень полезен для умственной работы.

— Спасибо, — кивнул Антон и снова уткнулся в папку.

В этот момент мне показалось, что он вообще даже не слышал о том, что я ему сказала. Встав с кресла, я подошла к нему и забрала папку из его рук.

— Поешь, говорю, — тоном, не терпящим возражений, сказала я. — А я пока почитаю это, безусловно, интересное чтиво, которое заставило тебя уйти в нирвану.

— Я все думаю о том, что здесь что-то не так, — Антон потер пальцами переносицу и откинулся на спинку стула. — Тимур слишком толковый управленец, чтобы допустить такие банальные ошибки и оказаться на краю бездны.

— Думаешь, подстава? — я приподняла одну бровь и открыла папку.

Бумаги, лежащие передо мной, не вызвали у меня никакого отклика. Нет, я неплохо стала разбираться в бухгалтерии благодаря Антону, но все же документы такого уровня для меня были чем-то вроде… наскальной живописи. Когда вроде символы, буквы и цифры знакомы, но вот общая картинка не складывалась совсем.

— Не исключаю такой возможности, — усмехнулся мужчина и, сделав глоток горячего кофе, удивленно посмотрел на меня. — М-м-м… с сахаром? И чего же тебе нужно?

Я фыркнула и попыталась изобразить на лице негодование.

— Ты так говоришь, будто в чем-то меня подозреваешь, а я всего лишь принесла кофе любимому шефу, — пробурчала я.

— Та-а-а-ат, — не поверил мне Антон.

— Ладно, я действительно пришла сюда не просто так, — выдохнула я и опустилась в кресло. — А лишь затем, что переживала…

— Может хватит? — перебил он меня.

Делать нечего — придется сдаваться с потрохами.

— Хотела узнать, что же случилось. Возможно, даже позлорадствовать, — честно ответила я, опустив голову и снова уткнувшись в бумаги. — Слушай, тут цифры какие-то… заоблачные! Он действительно это все прос… спустил в никуда?

— Это меня и смущает. Судя по документам, крупных покупок не было. Не было крупных транзакций на оплату каких-либо услуг. Не было ничего. И на балансе, по идее, должна лежать — неплохая сумма. Но ее нет. Быть может, его фирма принимала платежи наличными, тогда это объясняет дело, но нал крайне сложно отследить. Значит Тим что-то недоговаривает. И это в меня вселяет уверенность в том, что я всего лишь пешка в крупной игре, которую он решил провернуть в тайне от всех, — пояснил Антон.

— Не от всех, мне кажется, — покачала головой я. — Думаю, что его подруга, она же любовница, она же возлюбленная, в курсе махинаций. Но вопрос в том, на что надавить, чтобы добыть эту инфу.

С этими словами я покосилась на Антона, как бы намекая на то, что тут я бессильна, а он… очень даже может справиться с этой задачей.

Мужчина поймал мой взгляд, пару минут помолчал и усмехнулся.

— Нет, этого я делать не буду, — рассмеялся он. — Дважды в одну реку не войдешь.

— Ты же понимаешь, что это лишь отговорки? — не сдавалась я. — И что ты просто не хочешь снова связываться с Аней.

— Прошу заметить — вполне обоснованно, — Антон встал со своего кресла и отошел к окну. — Нужно будет притворяться, что не все потеряно. Я не хочу притворства.

— А узнать правду и не выглядеть идиотом в глазах этой парочки хочешь?

Мужчина промолчал, ничего не ответил. Я лишь заметила, как напряглись его плечи.

— Знаешь, я, наверное, зря тебе это предлагаю, — сдалась все же я. — Я знаю, как тяжело впускать прошлое на порог своего настоящего и ставить под угрозу будущее. Поэтому забудь, оно того не стоит.

Перелистнула пару страничек в папке и наткнулась на свою записку. Ту самую, которую оставила, когда бежала без оглядки из дома Тимура. Нахмурилась и вчиталась внимательнее в строчки договора, который оказался под ней. И вдруг отчетливо поняла, как же я ненавижу… Да, я больше не люблю Тимура, я его ненавижу. За все, что он сделал. И заранее, авансом, за все, что он еще сделает.

— Ты права в одном, — Антон повернулся ко мне так резко, что я чуть не выронила папку из рук. — Я выгляжу как полный неудачник. И Тимуру хорошо известно об этом, потому-то он и затеял эту непонятную игру. Но все же… Мне определенно следует встретиться со своей бывшей женой.

Собираясь уйти из кабинета, я незаметно вынула лист с договором из папки. Нашим договором, с Тимуром, который почему-то оказался здесь, подшитый к отчетам его фирмы.

Вечером, собираясь домой, я заглянула в кабинет Антона и снова застала его над бумажками.

— Ты вообще собираешься домой? — фыркнула я, нахмурив брови. — Это уже даже не смешно. Ты же не ел целый день ничего, теперь еще и вечер проведешь, обложившись отчетами.

— Иди домой, Тат, я сегодня здесь с ночевкой, — отмахнулся мужчина. — Как говорится, первым делом самолеты…

— А желудок твой потом, ага! — воскликнула я, выуживая из сумочки телефон и открывая приложение доставки еды из ресторана. — Только поздно будет, Тош. Со здоровьем шутить не стоит.

— Обещаю, что прямо сейчас озабочусь ужином… — кивнул мужчина.

— Я уже. Оплатила картой. И не заставляй меня оставаться здесь и кормить тебя с ложечки, — усмехнулась я.

— Клянусь, что я поем, — примирительно поднял руки вверх Антон. — И тебе не стоит переживать о моем самочувствии.

Я вышла из кабинета и поплелась к лифту. Ну что же, вечер свободен, и я вполне могу посвятить его какому-нибудь приятному занятию. Например, я давно не лупила кулаками подушку, выпуская пар. И давненько не выпускала шушу, которая в последнее время, на удивление, вела себя тихо, как и полагается, в моем понимании, порядочной шиншилле.

Решила побаловать себя кружкой ароматного капучино с корицей, что готовили в кафе за углом. И лишь подойдя к двери заведения, вспомнила о дневном инциденте. Влипать в неприятности снова не хотелось вообще. Поэтому я отбежала немного в сторону и, опершись ладошками о стекло, прижалась носом к нему, пытаясь рассмотреть посетителей в кафе. Одного посетителя. Алексея.

Через морозный узор на стекле не было видно, что происходит внутри. Подышав немного на окно, я вновь прислонилась носом, заглядывая в крошечное отверстие. И разочарованно простонала — все равно не видно.

— Внутрь не пустили? — раздался насмешливый голос сзади.

Взвизгнув, я слишком сильно оттолкнулась от стекла и, потеряв равновесие, плюхнулась прямо в чьи-то заботливые руки. Подняла голову и почувствовала, как щеки заливает румянец. На меня сверху вниз смотрел Алексей. Смотрел и ухмылялся. Так, словно поймал нерадивого ребенка, свалившегося с ветки.

— Кажется, при виде меня у тебя подгибаются ноги, — продолжал веселиться Алексей. — Второй раз мне выпала честь спасти тебя от удара о землю. А возможно и разбитого носа. Предлагаю отметить это чашечкой фруктового чая.

Я кое-как выпрямилась, одернула полы пальто и гордо задрала голову.

— И не подумаю. Обнимашки — не повод для знакомства. Как и сталкинг, к слову, — с вызовом ответила на его предложение. — Вы, Алексей, маньяк? Преследуете меня?

— Нет, что вы, я просто наблюдатель. Люблю наблюдать за поведением людей в социуме и рисовать в голове их эмоциональный портрет, — улыбнулся мужчина.

— Но в прошлый раз, впрочем, как и сегодня утром, вы ошиблись, — съязвила я. — Со мной ваш фокус не сработал, признайте.

Он помотал головой, и сжав крепко мою руку, потащил меня в сторону входа.

— Все же, вы не откажитесь подарить мне час вашего времени. Посвятим его разговорам по душам, и кто знает, может я смогу вам дать совет?

Из приоткрытой двери, в которую меня буквально втолкнули, восхитительно пахло вкусной едой. Пришлось побороть себя, чтобы не захлебнуться слюнями. Все же я, как и Антон, сегодня еще ничего не успела поесть. А сама-то его упрекала в том, что заработает себе язву. Два сапога — пара. Не удивительно, что мы так быстро нашли общий язык и из стадии незнакомцев, практически сразу перешли в стадию близких друзей.

Этот год меня научил многому. Вернул мне веру в людей, которую так безжалостно и беспощадно отнял Тимур со своими играми в «счастливую пару». Дал мне возможности, о которых я ранее не могла бы и мечтать. И подарил мне первого, настоящего друга, с которым я чувствовала себя не бедной официанткой без образования, а уверенной помощницей главного босса, способной уладить любую проблему в считанные секунды.

Быть может, кто-то на небесах сжалился, и решил подарить мне еще один шанс. Шанс на нормальную жизнь, а не существование. Шанс стать кем-то, реализовать свои амбиции и превратить энергию в что-то стоящее… Не знаю. Но я от души была благодарна такому повороту судьбы.

Почти благодарна…

Если не считать того, что с шансом на новую жизнь, я, как оказалось, получила в придачу неуемного сталкера — любителя людских душ и характеров.

— Вы знаете, самый дельный совет, который я хочу услышать от вас — это беги, детка, беги! — натянуто улыбнулась я, вешая свое пальто. — Но ведь маньяки такого не посоветуют?

— Тебе наверное сложно будет поверить… — начал было Алексей. — Прости, что на ты, но так, мне кажется, комфортнее. Тебе сложно будет поверить, но я очень добрый малый.

— Наглый. Уверенный в себе. Неуемный. Сталкер, — проговорила я каждое слово.

— Здесь прекрасно готовят рыбу, — перевел тему Алексей. — Но зная тебя, ты предпочтешь мясо и салат из овощей. Ты каждый раз заказываешь одно и то же, словно боишься внести в свою жизнь какое-то разнообразие. Почему?

— Потому что разнообразием сыта по горло, — честно ответила я. — Хочется стабильности. И это маленький шажок в ее сторону.

Алексей задумчиво потер рука об руку и, не дав мне открыть рот, сделал заказ сам. Я насупилась, но еще раз про себя повторила, что с психами и маньяками не спорят.

— Итак, продолжим нашу дружескую беседу? — улыбнулся он, заметив, что я украдкой посмотрела на часы. — У нас осталось не так много времени, но я планирую использовать его максимально выгодно.

— Тогда тебе не кажется, что это место неподходящее? — приподняла я бровь. — Или у вас, маньяков, такая психология? Вам нужно полное доверие со стороны жертвы? А может, этот сценарий вызывает в тебе какие-то чувства, и разыгрывая его раз за разом, ты все больше и больше кайфуешь?

— Меня забавляет твоя замкнутость, а нападки изрядно веселят. Нет, Тат, все гораздо проще. Ты помнишь тот день?

— В деталях? Нет, конечно же! — фыркнула я. — Но твоя «память» меня наталкивает на мысль, что совпадения не случайны. Признайся, ты сам бросился мне под ноги? А потом затащил в кафе, но в какой-то момент все пошло не по плану, ведь я не отказывалась оплатить химчистку, а даже настаивала на этом. И… быть может, ненароком выбилась из линейки придуманного тобой для меня поведения?

— Ты просто была счастлива. В мелочах. Неслась по улице, не замечая никого вокруг и ничего вокруг. И это меня зацепило, — никак не отреагировал Алексей на очередной мой выпад.

— Сомневаюсь, что я была счастлива. Скорее, радовалась мелочам, — покачала я головой. — И я не хотела тебя извалять в грязи, прости, пожалуйста.

— Я знаю. И даже ни разу, ни секунды не злился, — улыбнулся он.

Мне вдруг стало неловко. Воспоминания о том дне, словно огромный снежный ком, обрушились на меня. Как я радовалась первому, в том году, снегу. Как с затаенным восторгом смотрела на разноцветные огоньки, которые украшали улицу. Как радовалась каждому мгновению, будто ребенок и открывалась предновогоднему волшебству. Впускала его в себя, пропускала по венам вместе с кровью, напитываясь энергией праздника, которой мне давно так не хватало. И как мне казалось тогда, что Тимур все же может стать тем самым принцем, о котором мечтает каждая девчонка…

Казалось. Как и всегда.

Стоило влюбиться в него, как способность здраво мыслить покинула меня. Вспомнить хотя бы ворох лжи и ошибок, который я вынуждена разгребать по сей день. И частичку себя, с которой я вынуждена бороться за право свободно дышать, не загибаясь от боли и обиды за то, что меня предали.

Как же можно так просто предать человека? Неужели, ни разу, никто не задумался о том, что ему может быть плохо? Больно? Обидно? Невозможно…

Как и мы… Невозможны!

Нужно лишь почаще себе это повторять. Чтобы не забыть, и снова не прыгнуть на любимые грабли. В третий, почти юбилейный раз.

А еще я вспомнила как Алексей обхватил руками кружку. И этот жест тогда мне показался каким-то родным. Словно так и должно быть. Словно это то, чего я так долго ждала и отчаянно искала, но не в тех людях.

Вздрогнула и покосилась на молчаливый телефон. Ну уж нет, нельзя мне допускать подобные мысли, если не хочу после расплачиваться еще за одну ошибку. И не стоит принимать вежливость и интерес за какие-то чувства. Он просто видит во мне загадку. Тайну. Это притягивает его, и он готов жертвовать своим временем, лишь бы решить этот ребус и поскорее. А я… а я все еще наивная дура, хотя и пыталась доказать всем обратное. И себе доказать. Себе, пожалуй, в первую очередь.

— Меня дома ждет шиншилла, — тихо проговорила я. — Я слишком мало времени с ней провожу. Работа, дела, заботы… И я устаю настолько, что порой забываю даже с ней поговорить.

Алексей удивленно посмотрел на меня, а после решительно встал.

— Никуда не уходи, я сейчас.

И вот же, вот он — шанс сбежать от него. Снова. Но я почему-то замешкалась, а после и вовсе покорилась. Лишь написала быстро смс Антону, чтобы он не забыл поесть. С него сталось бы. Он, порой, настолько погружался в работу, что все вокруг переставало иметь для него значение.