Глава 18

Осторожно убрала руку глубоко спящего Ильи со своего живота и села на кровати. День будет длинным: уборка, потом квартиру нарядить, салатики приготовить. Да, тридцать первое декабря, оно такое. И даже несмотря на то, что мы решили праздновать дома только вдвоём, новогодняя атмосфера не повредит.

Не найдя под боком ничего, кроме футболки Левжинского, нацепила её, сунула босые ноги в огромные пушистые тапки и тихонько вышла из спальни, прикрывая за собой дверь.

Буквально у порога меня встречал Беляш: этот маленький негодник уже давно стал игнорировать вольер и теперь свободно разгуливает по квартире. Но ведёт себя, надо отметить, более-менее прилично.

Им с Ильей хватило буквально одного воспитательного мероприятия на каждый случай, чтобы Беляш стал примерным щенком, который не скребется в спальню, ходит на пеленку и не грызёт мебель. Идиллия! Даже мечтать о таком не могла.

- Пойдём, мой хороший, покормлю тебя. – взяла малыша на руки  и под его счастливое виляние хвостом прошла на кухню. Наложив еду в миску и обновив воду, заглянула в холодильник, чтобы найти что-нибудь съедобное на завтрак.

Опять кроме пачки яиц и салата в горшке ничего не осталось! Заколебал сжирать все, Левжинский! Сегодня сам в магазин пойдёт, даже обедать нечем, что уж горворить про новогодний стол.

Уже разбив яйца в сковородку, вспомнила о своей припрятанной ветчине. Он не должен был её найти! Я тут выяснила, что Илья ненавидит кефир, поэтому вырезала в пустой коробке «дверцу» и спрятала туда свою заначку.

С полным предвкушения взгляда, открываю холодильник и вижу вожделенный кефир. Беру коробку и понимаю, что она пустая. Он что, съел мою ветчину?! Убью, заразу!

- Илья! – уже не особо заботясь о сне любимого, врываюсь назад в спальню. Тот бессовестно спит, обнимая вместо меня подушку. Как так можно?! Никакой совести у людей не осталось!

Аккуратно подхожу к кровати с его стороны и со всей дури хлопаю в ладоши прямо над ухом. В мгновение я, даже не успев испугаться, оказываюсь перекинута на кровать и теперь лежу под хмурым Левжинским.

Хмурюсь в ответ и продолжаю гипнотизировать мужчину. Тот не выдерживает первым и, ткнувшись носом мне в ключицу, ворчит:

- Что ты творишь? А если бы я тебя ударил нечаянно? Знаешь, каких рефлексов я понабрался за столько лет жизни с братом? Лучше не знать. – продолжил общаться сам с собой.

Я попробовала выбраться, но этот кабан навалился ещё сильнее.

- Ты зачем съел мою ветчину?! – сбросив с себя его одурманивающие чары, я наконец-то вспомнила цель своего визита сюда.

- Какую ветчину? – весело оскалился.

- Не надо притворяться, что ты не знаешь, о какой ветчине идёт речь! - ткнула пальцем ему в плечо, потому что дальше мои руки были полностью заблокированы.

- Ах, - поцеловал в шею, - ты о той ветчине, которую ты спрятала от меня в кефире? – иронично поднял бровь.

- Да! – сморщила нос. – Где она?! – выжидательно уставилась на Илью.

- Я её съел. – как ни в чем не бывало ответил.

- Ты, ты, - я даже не знаю, что ответить на такую наглость, поэтому повторяю одно несчастное местоимение, в надежде придумать, как его обозвать.

- Самый лучший. – подсказывает Илья и жарко целует.

- Отстань, - нехотя отрываюсь от его губ и снова повторяю свои безуспешные попытки вылезти, - сейчас яйца сгорят.

Ловлю непонимающий взгляд Левжинского и, воспользовавшись моментом, все же выбираюсь наружу:

- Ну не смотри на меня так, яичница сгорит. Так уж и быть, завтраком я тебя накормлю, а потом дуй в магазин и за елкой. – великодушно ответила.

- А может вместе? – с надеждой пробубнил, снова откидываясь на подушки.

- Нет, - протянула в дверях, - я сегодня сижу дома, а ты плохо себя вёл, поэтому идёшь в магазин. – ухмыльнулась.

- Ты самая прекрасная девушка из всех, кого я знал! – язвительно крикнул мне вслед.

- Под стать тебе! – пропела, уходя спасать глазунью.

Растрёпанный Илья уселся за стол и, подперев голову руками, вперился в меня взглядом.

- Чего? – разрезая еду лопаткой напополам, спросила.

- Любуюсь. –довольно проурчал.

Недоверчиво покосилась на него и с сомнением поинтересовалась:

- Ты что-то задумал, да?

- Я? – вопросительно округлил глаза.

- Я за тобой слежу. – с воинственным взглядом оповестила мужчину.

- Список скинула сообщением. – дала напутствие Левжинскому, кого мы с Беляшом провожали, завернувшись в плед.

- Вы такие уютные. – заныл, переполнившись нежеланием уходить из дома.

- Иди. – коротко поцеловала в губы, выпроваживая. – Мы хотим есть и елку.

- Там все плешивые небось остались. – недовольно пробубнил.

- Без нормальной елки не возвращайся, я все сказала. – закрыла дверь прямо перед носом и пошла драить квартиру.

Обжился квадратными метрами, пол года тереть – не перетереть. Хотя, тут я сама виновата: Илья предложил нанять домработницу, которая бы приходила и убиралась, а я сдуру отказалась. Сейчас, когда я в сотый раз меняю воду в ведре, эта мысль уже не кажется мне такой отталкивающей.

Однако оно того стоило – слой пыли в нашем жилище заметно поубавился. Пакость же устроил Беляш: я повернулась, чтобы посмотреть на только что вымытые, ещё мокрые полы, и увидела грязные следы маленьких лап по всему периметру.

- Беляш! – передо мной показался радостный, ужасно пыльный щенок, с какими-то свисающими комьями грязи на себе. Некогда белоснежная шерстка стала темно-серой. – Откуда ты такой взялся, чудило? – вздохнула. – Нельзя так делать, нельзя. – знать бы ещё, откуда вылез, носом бы можно было ткнуть. – Пошли купаться. – взяла малыша на руки, стараясь не прижимать к себе близко.

Беляшик стойко переносил мои манипуляции с его шерстью, но и я была особенно аккуратна. Честно говоря, руки слегка подрагивали. По ощущениям, будто младенца купаешь, и я бы не отказалась от присутствия Ильи для подстраховки в этот момент. В последний раз я мыла кого-то настолько беззащитного несколько лет назад, когда Катя только родила дочку.

Выключив воду, замотала щенка в толстое полотенце и вышла из ванной. Горячий влажный комок доверчиво льнул к моей груди, вызывая во мне весь спектр тёплых чувств.

- Что у вас происходит? – поинтересовался вернувшийся Илья, снимая куртку.

- Он извозился в комьях пыли и грязи. – поморщилась. – Пришлось экстренно мыть, пока масштабы загрязнения не стали прогрессировать. – отчиталась.

Положила щенка на руки, будто в колыбель, и уставилась на него каким-то трепетным материнским взглядом. Нет, я, конечно, и до этого замечала, что совсем немного фанатею от рекламы детского питания и подгузников, потому что там очень милые младенцы, но это, по-моему, чересчур.

- Малышка, ты чего? – подошедший Илья ласково провёл по моей щеке. Зажмурилась и попыталась отогнать назойливые мысли. Не скажу же я ему, что неожиданно захотела испытать радость материнства. Бред же.

- Задумалась. – односложно ответила. – Ты не видел фен? Не могу его в ванной найти.

- Посмотри в гардеробной, я им носки сушил.

- Ладно. – протянула, стараясь ничему в этой жизни больше не удивляться.

- Сидеть. – наставила Беляша и включила фен в розетку. Малыш сначала настороженно отнёсся к шумно дующей махине, но потом вроде втянулся.

- Подержи его, чтобы не наследил. Я грязь смету. – впихнула уже сухого офигевшего щенка Илье и пошла в темпе домывать полы.

Спустя несколько часов под несменные новогодние хиты мы нарезали закуски.

- Илья, положи сыр на место. Да, у меня есть глаза на затылке. – хмыкнула, ища приправу в шкафчике. За спиной раздался преувеличенный грустный вздох. – Левжинский, имей совесть. – сказала, выхватывая из его рук несчастный кусочек и заталкивая его себе в рот.

- Юля! – рыкнул. Не дура, понятно, надо сматываться отсюда. Это, в прочем, я и сделала, прихватив с собой пару пустых бокалов и бутылку шампанского.

- Коля, Коля, Николай, сиди дома, не гуляй, не ходи на тот конец да не носи девкам колец! – поставила бокалы на журнальный столик и радостно стала подпевать «голубому экрану», наворачивая круги по полу на скользких носках вокруг Ильи.

- Хорошо, что я не Коля. – на очередном повороте ему удалось меня поймать, и теперь я была плотно вжата в крепкое, стабильно нахальное, тело.

- А? – переспросила.

- Ага. – усмехнулся и чмокнул в нос. – Столько лет, столько лет где тебя носило?! – теперь уже сам начал петь следующую песню. – Столько лет я спорил с судьбой, ради этой встречи с тобой. – провёл пальцами по моей щеке. – Мёрз я где-то, плыл за моря, знаю это было не зря. Все на свете было не зря, не напрасно было. – теперь уже сам закружил меня в ритмичном танце.

- Без тебя как жилось мне на свете этом? – подключилась к нашему импровизированному караоке. – Тот, кто ждёт, все снесет, как бы жизнь не била, лишь бы все это не напрасно было.

- Юль, - неожиданно нежно прошептал на ухо, и я задрала голову, чтобы увидеть глаза Ильи. Любимый медовый оттенок сейчас сиял искренней теплотой и заботой. – Моя любимая, - прижал за затылок, целуя в волосы, – выходи за меня. – не успеваю уловить перемену окружающего настроения, но буквально считанные секунды, и Илья садится на одно колено.

Смотрю на него, как на дурачка, но понимаю, что дурачок здесь только я, потому что забыла все слова. Это что, мне предложение чтоли сделали? Илья мне предлагает выйти за него?! Мне?! Я? Ох, по-моему, я попала…

А что принято говорить в таких случаях? Нет, это что-то я совсем торможу. Соберись, потом тупить будешь, а сейчас не запори ответственный момент!

- Я, - Боже, как же сложно! Как будто язык отнялся! – Я согласна. – практически беззвучно выдыхаю и падаю на колени рядом с ним, потому что ноги окончательно отказываются держать. Прохладный металл скользит по безымянному пальцу, а я неотрывно смотрю в глаза мужчине, который стал для меня всем, без которого теперь стало невозможно засыпать, и пусто просыпаться.

Слезы текут по коже, но я понимаю это только когда капли ударяются о наши сцепленные руки.

- Моя. – целует правую руку с идеально подошедшим кольцом. Белое золото с бриллиантом невероятной огранки гипнотизирует, но не как самостоятельный предмет, а как символ его отношения ко мне. - Тише, родная. – умиленно произносит и стирает влагу с моего лица. – Иди ко мне, зайка. – подхватывает за талию и перетаскивает себе на колени. Горячие поцелуи один за другим сливают нас воедино, подтверждая, что мы наконец-то нашли правильные полюса друг к другу.

Мы лежали на пледе под елкой и любовались, как волшебно гирлянды смотрятся снизу вверх. На часах пятнадцать минут до Нового года, а я упрашиваю Илью сжечь желание по традиции.

- Ну, пожалуйста, - протянула, - давай сожжем бумажки. – потерлась носом о колючую щеку и жалостливыми глазами посмотрела на развалившегося рядом мужчину.

- Мы не будем есть пепел. – в сотый раз повторил, проводя по моей спине ладонью. – Это глупо. – кто вообще устанавливает границы глупости? – Ко всему прочему, я не хочу, чтобы кто-то из нас получил расстройство желудка или задохнулся. – твёрдо посмотрел на меня.

- Илья! – легонько стукнула ладонью по широкой груди. – Не порть мне праздник своим занудством. – пробормотала прямо в губы. Ну должен же он растаять!

- Только ради тебя. – усмехнулся. – Готов умереть молодым и красивым. – забрался руками мне под свитер.

- Спасибо! – довольно защебетала, расцеловывая Левжинского и вороша его и без того растрепавшиеся волосы.

Пять минут до конца года. Речь президента: «этот год был трудным для нас…», которую все слушают сидя, а в нашем случае стоя, потому что нам все же пришлось вылезти из-под елки, для того, чтобы «съесть пепел».

- Может я хотя бы шампанское открою заранее? - спрашивает Илья, которому я уже засунула ручку и кусок бумаги в руки.

- Не по правилам. - помотала головой. - Все во время курантов. – в предвкушении прикусила губу.

- Так я не успею сделать и то, и другое. – продолжил настаивать на своём.

- Успеешь. – осталось только ногой возмущенно топнуть для пущего эффекта. – Напиши что-нибудь короткое и очень емкое. Одно слово, например.

- Одно слово? – переспросил. – Хорошо. – ухмыльнулся своим мыслям.

23:59. «С Новым Годом!» - по телевизору и мои вожделенные двенадцать ударов.

«Хочу сына» - продолжая поддаваться своему утреннему порыву, пишу. На данный момент я так чувствую и именно этого желаю, и это – самое главное. Быстрое точное движение спички по коробку, и вот моя обугленная бумажка тонет в искрящемся напитке.

Илья с хитрющим взглядом смотрит на меня и повторяет мои движения.

- С Новым годом, Юля. – выдыхает.

- С Новым годом, Илья. – улыбаюсь в ответ.

Двенадцатый удар часов, и мой бокал окончательно пустеет. Илья подходит ко мне вплотную и убирает его, разжимая пальцы.

- Теперь подарки. – жарко целует в шею, крепко прижимая к себе.

- Можно я первая? – уткнувшись в грудь, умиротворенно шепчу.

- Конечно. – разжимает объятия.

Иду в гардеробную и из коробки из-под сапог вытаскиваю ещё одну, упакованную в красную подарочную бумагу. Знакомые всегда говорили, что я прекрасно подбираю подарки и всегда попадаю точно в цель, но сейчас мне кажется, что я ужасно рискую.

Спустить стоимость неплохого холодильника на радиоуправляемый вертолёт – надо постараться. Но я все же рискнула.Возвращаюсь к Илье, который сидит возле елки и через бокал игристого наблюдает за преломлением света от гирлянды, и устраиваюсь рядом.

- Это тебе. – смущенно произношу.

- Спасибо. – нежно целует в висок и вскрывает упаковку. – Да ладно?! – не верящим, горящим взглядом смотрит то на меня, то на вертолёт.

- Тебе понравилось? – напряжённо мну пальцами резинку свитера.

- Шутишь?! – распечатывает коробку и достаёт модель. – Это же новый, - дальше я не поняла, так как была произнесена какая-то дикая комбинация букв и цифр, - только что вышел в продажу. Мне ещё Женька на него ссылку кидал. – влюблённо осмотрел «игрушку». – Ты лучшая! – простонал, вновь переключаясь на меня и страстно целуя.

«Угодила» - хмыкнула про себя, абстрагируясь от приятных мыслей и наслаждаясь пряной лаской.

- Так, теперь моя очередь. – проурчал счастливый Илья, отрываясь от моих губ. – С праздником, родная. – вновь сажает к себе на колени и вкладывает в руки симпатичный конверт темно-зеленого цвета.

- Что там? – провожу кончиками пальцев по дорогой матовой бумаге.

- Открой и узнаешь. – проводит ладонями по бёдрам.

- Ты серьезно?! – пораженно произношу. По-моему, я сейчас тресну от восторга. Билеты со второго января по конец праздников. В Бельгию! – Мы едем к моей маме? – вопрошающе уставилась на Илью.

- Она позвонила несколько дней назад, но ты была в душе, а я решил познакомиться с будущей тещей. – просто ответил. – В общем, мы с ней договорились устроить тебе сюрприз. Кстати, - мужчина усмехнулся, - она сказала, что у меня странно знакомое лицо. Будто она меня уже когда-то видела.

- А ты что? – я все ещё не могла поверить в это маленькое новогоднее чудо, что всего лишь через несколько дней увижу маму.

- А я сказал, что все может быть. – игриво подмигнул. – Пошли салют смотреть, пока не закончился. – встал и протянул руку мне под возбужденный лай Беляша, которому залпы за окном совершенно не пришлись по вкусу.

- Да, пап. – спустя всего лишь несколько минут, пока я все ещё наблюдала за разноцветными всполохами, Илье позвонили на мобильный. – И вас с праздником! – поздравил родителей. – А вы где: в квартире или за городом? – А, понял. – Завтра? – переспросил. – Сейчас спрошу.

- Малышка, - наклонился ко мне, - ты как?

- Я не против. – искренне улыбнулась и откинула голову Илье на грудь. Все-таки жизнь удивительная штука! Такая непредсказуемая, но такая прекрасная. А еще, знаете, сны иногда сбываются!