Глава 7

Пыль, полы, очередное проветривание помещения – я наворачивала бесконечные круги по квартире, чтобы Илья не дай бог что-то подумал. Когда у меня оставалось ровно семь минут, чтобы переодеться и привести себя в более-менее цивильный вид, я зашла в спальню. Лифчик на стуле, лифчик на кровати, сохнущие трусы на батарее, несколько футболок и ночнушка – только я могла забыть, что с утра собиралась на работу, совершенно не заботясь о том, какой апокалипсис оставляю после себя. Скинув все это добро в шкаф, сменила домашние шорты на штаны и распустила совершенно неприглядный пучок.

Как по мановению волшебной палочки по квартире раздалась трель:

- Будешь хоть год готовиться, все равно заявится неожиданно. – пробурчала и пошла открывать дверь.

- Привет еще раз. – Илья вошел в прихожую и сразу занял собой все свободное пространство.

- И вам доброго дня. – кисло улыбнулась, подпирая косяк межкомнатной двери в углу прихожей. – Чай, кофе? – решила проявить свои недюжинные способности хозяйки.

- Чай, если нетрудно. – проходя в ванную, вероятно, чтобы помыть руки, ответил. Как у себя дома!

- Нетрудно. – вернув уже проснувшегося Беляша на пол, прошла на кухню. Я заваривала свой любимый ягодный, когда в дверях появился Илья с радостно поскуливающим и облизывающим его щеку щенком на руках. На мгновение во мне проскользнуло какое-то непонятное смешанное чувство: то ли укол ревности, то ли что-то еще.

- Как его зовут? – с абсолютно влюбленным взглядом потрепал белоснежную шерсть.

- Беляш. – хмыкнула, ставя две чашки на стол и внимательно наблюдая за этими двумя.

- Похож. – Левжинский повертел собаку со всех сторон, пока щенок изворачивался во все стороны, пытаясь лизнуть мужчину.

- Я начинаю ревновать. – отпивая глоток горячего напитка, иронично произнесла.

- Хочешь присоединиться? – перевел на меня неожиданно темный взгляд. Не успеваю съязвить что-нибудь, как Беляш доходит до крайней степени счастья и мочится прямо на рубашку Илье.

- Моя же ты прелесть! – умиленно выдыхаю, смотря на комочек, которого Левжинский вернул на пол.

- Теперь ты довольна? – все с тем же взглядом поворачивается ко мне. Наверное, мне должно быть стыдно, что «ребенок» не воспитан должным образом, но я же не причем – за ночь невозможно обзавестись хорошими манерами.

- Что вы такое говорите?! – притворно удивляюсь. – Моя стиральная машина к вашим услугам, если желаете. – ухмыляюсь, проявляя отъявленное радушие.

- Благодарю. – вышел из помещения, в то время, как Беляш прижался к моей ноге и просто вырубился.

- Утомился, бедненький. – невозмутимо продолжила пить чай.

Илья вернулся не больше, чем через пять минут. Дорогой мой и любимый Беляш, ты сослужил мне огромную медвежью услугу: картина «Левжинский и его обнаженный торс» заставила меня немного зависнуть. Слегка поблескивающая от капелек воды грудь и дорожка волос, уходящая под ремень в область паха притягивали меня к себе будто магнитом.

- За работу? – обратил мое внимание на себя. Медленно перевела взгляд на его лицо и поняла, что он видел всю мою реакцию от и до.

- Угу. – только и смогла произнести. – Пройдемте в гостиную. – слегка неуверенно предложила. Взяв Беляша на руки, отнесла его на место и села к Илье на диван. Несколько часов обсуждений, активных рабочих споров, и мне очень хочется пристрелить этого самоуверенного придурка.

- Илья Романович, я еще раз повторяю, здесь, - ткнула пальцем на одну часть таблицы, - нужно именно это значение, иначе у нас все накроется здесь. - обвела другую.

- Ты уверена? – по-моему, он слишком близко придвинулся ко мне, а я даже не заметила. Его дыхание совсем рядом с моими волосами, и я буквально нутром чувствую каждое дуновение выдыхаемого им воздуха. За окном уже давно стемнело, а моя гостиная освещается лишь тусклым светом торшера и экраном ноутбука. Непривычная обстановка будоражит.

- Абсолютно. – нахмурившись, поднимаю голову и заглядываю ему в лицо. Невольный рваный выдох вырывается из моей груди, стоит вспомнить, что он все еще полураздет. Кажется, я превращаюсь в нимфоманку, иначе как я могу сейчас так смотреть на Левжинского.

- Проверим? – склоняется еще ближе ко мне, сокращая и без того никудышное расстояние до считанных сантиметров. Я чувствую, как сильно бьется мое сердце, ощущаю и…предвкушаю. Совсем головой поехала, Полетаева!

Звонок в дверь обрушивается на меня словно ушат ледяной воды. Усиленно жмурюсь в надежде согнать собственный поплывший взгляд.

- Ты кого-то ждешь? – тихий голос Ильи разрезает тишину, а рука ложится на мою талию.

- Это курьер. – срываюсь с дивана, будто что-то ужалило меня. Стараясь не смотреть в зеркало на свои пылающие щеки, открываю дверь.

- Здравствуйте. – молодой парень переносит мне за порог одну огромную коробку, лежанку в полиэтилене не меньшего размера и большущий пакет, доверху наполненный всякими мелочами. Я буквально выпадаю в осадок от количества заказанных вещей. А это точно все мне? Нет, я, конечно, когда делала заказ, знала, что он будет объемным, но чтобы настолько…

- Добрый вечер. – слегка заторможено произношу, но еще больше удивляюсь, когда из гостиной выходит Илья.

- К оплате тринадцать тысяч пятьсот восемьдесят три рубля. – произносит сумму парень. Да-да, нечто похожее у меня высветилось при оформлении, наверное. Не помню.

- Картой. – открываю кошелек, чтобы достать пластик, но Илья опережает меня и прикладывает к считывающему устройству свою. Пока я изумленно хлопаю ртом, Левжинский ставит свою подпись на бланке и выпроваживает курьера из квартиры.

Дверь закрывается, а до меня все никак не доходит, на кой черт он спустил почти пятнадцать тысяч на мою собаку?! Смотрю непонимающим взглядом на Илью, но не нахожу на нем никакой подсказки.

- Это вольер? – спрашивает, показывая на самую большую коробку. Киваю, все еще силясь отойти от его выходки. – Пойдем, покажешь, куда установить. – одной рукой прижимает меня к себе, придавая направление, другой несет коробку за ручку из скотча. – Возьми Беляша на диван, чтобы я не пришиб его нечаянно. – вновь проснувшийся щенок уже вовсю наворачивает круги под ногами Левжинского.

- Илья Ром… - по привычке начала, залезая на диван с ногами и укрывая нас с малышом пледом. – Илья. – выдохнула, понимая, что эта чертова субординация стала окончательно резать слух. – Зачем? – спросила. – Я не бедствую, если ты так думаешь.

- Я не считаю, что ты бедствуешь. – он отвлекся от сборки с сел на подлокотник рядом со мной. – Давай это будет моим подарком Беляшу на Новый год, договорились? – провел по шерсти малыша, на что тот сразу показал мокрый нос из-под одеяла. – Видишь, я ему нравлюсь. – тихо рассмеялся. – Не бери в голову. – невесомо провел по моему плечу и вернулся к слишком большому загону для одного маленького комочка шерсти. Чувствую, в ближайшие несколько недель эта вещь станет действительно незаменимой.

- Я так не могу. – пожаловалась. – Можно я тебе назад переведу, а? – жалобно попросила, все еще питая надежду на то, что он согласится.

-Нельзя. – стальным низким голосом ответил, не отвлекаясь от работы. – Дареному коню в зубы не смотрят. – резюмировал.

- Понятно. – вздохнула, принимая тот факт, что меня мягко послали. Говорят, что можно бесконечно смотреть на три вещи: огонь, воду и чей-то труд. Вот именно наблюдение за тем, как Илья «строит забор», меня и сморило.

Просыпалась я с чувством дикой умиротворенности: попискивание и приглушенный тихий голос на фоне казались невероятно родными и уютными. Спустя несколько минут реальность все же начала пробираться в чертоги моего сознания.

- Проснулась? – как ни в чем не бывало поинтересовался Илья с другого конца дивана, в то время, как Беляш не переставал скакать на нем. – Говорил же я тебе, разбудим. – обратился он к малышу.

- Ты еще здесь? – слишком удивленным голосом пробормотала спросонок.

- Здесь. – усмехнулся. – Нам нужно было поесть и поиграть. – щенок резко сменил траекторию и, путаясь лапами в пледе, засеменил ко мне. Достигнув моего лица, довольно вжался в шею.

- Вам? – удивилась. – Не говори, что ты стал одним из тех, кто выражает свой родительский инстинкт, употребляя «мы» вместо «он». – ухмыльнулась.

- Очень остроумно, Юль. – иронично выгнул бровь. – Мы – значит я и он. К твоему сведению, я тоже не святым духом питаюсь.

- Ну-ну. – пожала плечами. – Боюсь, ты осведомлен больше: в этом доме еще есть еда?

- У тебя осталось еще две котлеты и овощей на порцию. – кивнул.

- Только не говори, - начала я, но натолкнулась на его честный, невинный взгляд. – А где все остальное?

- Здесь. – похлопал по плоскому животу.

- Ты серьезно? – округлила глаза. – Там же был полный холодильник. Левжинский, тебя не прокормить! – помассировала затекшую шею.

- Это мой единственный недостаток. – хмыкнул. – Повернись спиной. – подвинулся ко мне.

- Зачем? – тупо уставилась на мужчину.

- Повернись, повернись, не бойся. – усмехнулся моей нерешительности.

- Ничего я тебя не боюсь. – произнесла севшим голосом и перевернулась.

- Умница. – Илья связал мои волосы в вольную косу и перекинул их на грудь. Умелые прикосновения сильных ладоней мгновенно разнесли мурашки по телу. – Где болит? – прошептал совсем рядом.

- Тут. – провела пальцами по правому плечу. – Илья. – выдохнула, когда он провел по нему, и затекшую мышцу отпустило.

- Что? – практически проурчал в шею.

- Который час? – неожиданно встрепенулась, обратив внимание на кромешную тьму на улице. Огромный минус зимы в том, что мы большую часть суток находимся в ночи и не понимаем, сколько времени на самом деле.

- Без пятнадцати двенадцать. – не прекращая массаж, проговорил.

- А, - начала я, но была остановлена.

- Тише, расслабься. Я скоро уже поеду. – нажал на какую-то особо чувствительную точку между лопаток, и меня вмиг скрутило от яркости испытываемых ощущений.

- Угу. – пробормотала, продолжая таять под его руками. По факту пятнадцать минут, мне они показались прекрасной вечностью.

- Мне пора. – с некоторыми нотками сожаления в голосе сказал. Или мне показалось? – Завтра рано вставать. – объяснил.

- Конечно. – встала с дивана, ища куда-то исчезнувшие тапочки. Один нашла сразу, а второй оказался захвачен Беляшом. М-да, у этого малыша какая-та непреодолимая тяга к мягкой, меховой обуви. – Я провожу тебя. – стянула с батареи высохшую рубашку и протянула Илье. – Может погладить? – недоверчиво уставилась на мятую ткань.

- Оставь. Мне до машины и обратно. Никто ничего не узнает. – заговорщически произнес и подмигнул, вызвав на моем лице неподдельную улыбку. – Юль, я тут подумал, - произнес уже в дверях, - привози Беляша в понедельник с собой. Он посидит у меня в кабинете, а ты спокойно поработаешь.

- Кормить будешь? – серьезно оглядела уже одевшегося мужчину с ног до головы.

- Стану ему лучшим отцом. – клятвенно заверил.

- Это чересчур. Иди. – вытолкала его из квартиры. – Спокойной ночи. – он будто бы слишком долго выискивает что-то в моих глазах, а потом все же отвечает:

- Спокойной ночи.