18 Повод

18 Повод

Демьян

- Ты о чём думала? Хочешь понравиться моей маме и выливаешь на её гостей шампанское? – щелкаю пальцами перед лицом заторможенной Лики.

Она тупит регулярно, но сегодня превзошла себя. Зашквар.

- Это же Крайнова…. – кривит мордашку, и у меня планка сдвигается.

- Мы не в универе, дорогая. Моя мама замужем за отцом Крайновой, следовательно Юля ей приходится…? - держу себя и пытаюсь подтолкнуть Лику к правильной мысли.

- Типа дочери, но не родная… - она сопит и прикладывает руку ко лбу. Хреново изображает попытку вспомнить.

Я знаю, что она не отличница, её тянут как могут, но сейчас Ярославова переплюнула свои туповатые рассуждения на тему… да на любую тему.

- Оттирайся, а я пойду маму найду.

Оставляю Лику в комнате для персонала и иду навести шухер в голове матери. В зале первым делом цепляю Юлю. Въедаюсь взглядом на инстинктах. Чертов наряд не оставляет шанса. Сверху будто рисунки на голом теле, снизу монашка во всей красе ровно до первого шага. У меня обвал скального грунта.

Чертово платье. От него в паху зажигание чиркает, добивая. Надо маменьку отблагодарить за подгон шмота для «сестрёнки».

Я не знаю куда меня тащит. Жили под одной крышей - не крыло. Потому что не было объема, только плоская производная генов Крайнова. Та, на которую плевать. А сейчас слоями ложится. Всё что успел узнать о ней рикошетит под кожей. Особенно момент в её комнате. Я хотел ровно то, что сказал. И больше ничего. И всё равно Юлин переезд пробил сильнее, чем надо.

Знаю, что сам подтолкнул и так лучше. Меньшим объёмом Крайнова будет обрастать, и забираться в мысли. Пытался её в универе игнорировать, получалось. А теперь снова крутит…

Я реально хочу поймать голубые глаза в ловушку своих, и прочитать, о чём думает, но отворачиваюсь.

Специально стопорюсь на выбеленной, накаченной до предела спутнице Мартовского-старшего и отпускает. Киваю Михаилу Альбертовичу, который ухмыляется во весь рот. Ещё бы он гордится тем, как Март Юлю и подружку тарталетками и байками о себе кормит.Сам олигарх имеет огромный послужной список по части девушек.

Маму нахожу болтающей с гостями. Улыбнувшись мне, она на правах хозяйки продолжает разговор о каких-то трендах.

- Что происходит? – высекаю шепотом, когда наконец остаёмся вдвоём.

Я не против, если бы не одна мелочь. Мама давно не зазывает на свои тусовки, я умудряюсь всё испортить. Всегда. А тут плотно присела на уши, и действовала через Ярославову. И остальной народ позвала. И, черт подери, просчиталась. Не учла, что Юле их общество даром не сдалось.

- А что в этом такого? - хлопает ресницами мама. Порой кажется, что она старается выглядеть глупее, чем есть на самом деле. Хотя не кажется. По факту изображает.

- Ма, -предупреждаю.

- Дема, ты же не устроишь ничего? Хватит того, что ты выжил бедную девочку из дома, - претензию кидает.

- А что я могу устроить? Если ты о том, что ты и Олежа исполняете, скрывая настоящую дату знакомства, то….

- Демьян! Не порть мне вечер, и ты обещал ничего не говорить! - взвизгивает мама и тут же вращает головой. Боится быть услышанной, а меня подташнивать начинает от представления, которое тянется с первого дня.

- Для чего это всё? Правду, мама, правду, - нажимаю интонацией.

- Мы с Олегом хотим на новогодние каникулы улететь в запоздалое свадебное путешествие. Ты вытравил Юлю из дома, с отцом она меньше времени проводит, - уголки накрашенных губ родительницы опускаются вниз.

- Поэтому ты сейчас начнёшь шпиговать её эндорфинами, - резюмирую, чувствуя отпечаток горечи.

Мама бледнеет и закрывает лицо руками. Да уж, роль доброй мачехи сложнее, чем она предполагала. Вся надежда в этом спектакле о дружной семейке на Олежку. Я слышал на днях, как он по телефону глотку драл перед своей матерью. Требовал отпустить вожжи и дать спокойно Юле делать, что хочет. Мужик паршивый, а дочь всё-таки волнует.

- Дем, ты же сейчас не испортишь ничего? – мама давит в себе слёзы, и меня пробирает.

- Нет, - спокойно отрезаю.

- А может переоденешься, я костюм тебе приготовила?

Переводит стрелки как обычно.

- Олежке галстук поправь и успокойся, - закатываю глаза, разворачиваюсь и иду к своей…Лике.

Она сама меня находит. Грациозно виляя задницей, идёт с видом королевы.

- Дема, - кладёт руку на моё плечо и смотрит как нашкодившая болонка.

- Потом, - отмахиваюсь. Сканирую зал в поисках одной брюнетки. Надеюсь, Март не отчебучил ничего раньше времени.

- Демьян! Мы не договорили. Почему ты не хочешь поехать вдвоем в Альпы?

Лавина раздражения накатывает. Час уже перетираем, а до неё никак не дойдёт, что нет – это нет. Без дальнейшего развития и слёз.

- Лик, я не хочу.

- Что значит не хочу? – всхлипывает настолько громко, что мужик рядом оборачивается.

- Я не хочу три дня находиться с тобой тет-а-тет, - безжалостно рублю, потому что допекла.

- Тогда я тебя бросаю, - задирает нос. Моя ж хорошая реально на слабо берёт. ЧСВ шкалит не по-детски. Ничего, мне не в новинку разжевывать. Или забить? Всё равно рано или поздно расстанемся. Почему не сейчас?

Вдогонку к решению флэшбэк ловлю. Именно словами о расставании она выбила из меня признание в любви. Тогда я не стал бодаться, дал ей три желанных слова, а сейчас не прокатит.

- Лика, дай свой телефон.

Приказ её отрезвляет. Лика теснее жмётся. Смотрю на неё убийственно спокойно и выгибаю бровь. Дрожащей рукой, без лишних телодвижений и звуков Ярославова достает из небольшой сумки- клатча телефон. Отдаёт разблокированным.

Удаляю свой номер, чищу журнал звонков и чаты в мессенджерах. Второй рукой достаю из кармана свой смарт и удаляю номер Лики.

- Что ты сделал? - бледнея, буксует бывшая девушка.

- Слушай внимательно и только посмей что-нибудь упустить. Ты сейчас разворачиваешься, находишь Карину и сваливаешь. В универе не подходишь ни ко мне, ни к Крайновой. Засеку - поставлю на колени перед всем универом. Поняла?

Лика пыхтит, придумывая способ сдать назад.

- Дема, прости. Я перегнула. Давай поговорим, - заискивающе смотрит и тянется руками к моей шее. Уворачиваюсь и отдаю телефон.

- Нет, это ты меня бросила, забыла?

- Ты не посмеешь, - ядовито шипит.

- Свободна. Развернулась, взяла Карину за руку и скрылась за три минуты. Успеешь - никому не скажу, что у тебя нет моего номера, не успеешь - сделаю рассылку.

Лика не спорит. Опускает голову и уходит.

Она знает, что цифры решают.

Правило зародилось выпуска три назад. Если у тебя есть репа, то ты решаешь кто тебе звонит. Не дал номер – не разрешил обращаться. А если дал, то человек может на тебя рассчитывать. От трепа до полной задницы. Удаляешь номер – разрываешь контакты.

Удалив свой номер из телефона Лики, я отрезал ей возможность начать доставать меня сейчас же. Она не побежит спрашивать мой номер. Это будет крахом. Возможно, догадается взять распечатку звонков.

И всё же один момент триггернул. Она не поняла, что я блефовал, когда говорил будто поставлю её на колени перед толпой. Этим я унизил бы в первую очередь себя.

Мы с Ликой были вместе с начала первого курса: ругались до сотряса стен, мирились до седьмого пота. Она закрывала глаза на многое, списывая всё на слухи и собственную неотразимость, я терпел её загоны, позволял себя продавливать.

Беру бокал у циркулирующего мимо официанта и лениво наблюдаю за игрой пузырьков. Полагаю, что-то должно было сейчас надорваться или хотя бы звякнуть. Но пусто. Наоборот, в грудине давно свернувшие необъяснимое чувство выпрямилось. Хрен знает как его объяснить.

Не давит больше.

Внимание привлекает свист Марта.

- Виктория, желаю бутику процветания и я бы остался, но мы сваливаем, - подхватывает на руки подружку Крайновой и уходит.

Я отсчитываю до пяти. Ничего не происходит. Блондинка не возвращается. - Покровский, что с вами со всеми не так? Куда он её потащил? – набрасывается на меня фурия.

Взрываем воздух, скрещивая взгляды. Даже не пытаюсь остановить разгон внутри. Переваливаю за точку равновесия и дыхалка летит к чертям. Вместе с ней попытки игнорировать.

Мне нравится погружаться. Хочу глубже, - признаюсь сам себе.

Крайнова выписывает круг головой, но контакт не разрывает.

- Общаться, - отмораживаюсь и отвечаю. – И сразу говорю - Март только что уволок твою Таню у всех на глазах. И, как видишь, она не торопится возвращаться. Всё путём.

- И куда они пошли? – Юля продолжает напирать физически и эмоционально.

- К нему.

- Покровский! Скажи адрес, - слегка толкает меня в грудь и закусывает дрожащую губу.

- Нет, - беру её за руку и подталкиваю к выходу из зала. Шелковые пальцы выскальзывают из ладони с невероятной скоростью.

- Демьян, ты снова издеваешься? – взглядом разрезает. Хмурится, растирая мурашки на руках.

- Нет. Объясни зачем тебе адрес? – раздражённо выбрасываю в воздух. Её реакция, точнее попытка откреститься от моих прикосновений мыкает.

- Я не доверяю твоему дружку. Мы с Таней вместе пришли и вместе должны уйти. И вещи она, наверное, не взяла, - говорит как с тугодумом.

- Тогда поехали.

Её причины меня мало парят, это лишь повод. Я хочу найти выступ, зацепиться и понять как исправить косяк с гитарой. Неважно в какую сторону меня занесёт. Даже если завтра я зачеркну все мысли о Крайновой раз и навсегда. Этот поступок я себе не отпущу, пока она не отпустит.