Глава 27. Крутые парни не оборачиваются на взрывы

Дэн притянул меня к себе и прижал к груди. – Ой, да пошёл ты, – фыркнул он. Я почувствовала, как меня потянуло вниз, но потом движение оборвалось. Будто нитка порвалась. Что за? – Ах да, совсем забыл сказать, – картинно рассмеялся Амир. – Сбежать не выйдет. Знаю я ваши бесчестные привычки драпать в неподходящий момент. Подготовились. – Бесчестные? – рыкнул Дэн, задвигая меня себе за спину. – Вчетвером на одного – честно, по-твоему? – Мы можем обойтись без драки. Отдай девчонку. – Ещё чего? Это моя невеста, – Дэн ухмыльнулся, а я вздрогнула, будто впервые услышала. Чёрт. Его же убьют из-за меня. Их четверо! Дэн справлялся с Амиром, но, если теперь он не один… К тому же они сделали что-то, из-за чего мы не можем перенестись в безопасное место. – Что тебе нужно? – спросила я. – Зачем всё это? Для чего? – А если ты мне понравилась? – поднял изящную бровь Амир, а Дэн рыкнул. – Девушка, от которой двуликое животное мурлыкает как котёнок? Я изучал тебя, Валерия. Редкий цветок, выросший в непримечательной среде. Его подельники вошли в кабинет и встали полукругом, один остался в коридоре. Дэн оттеснил меня назад, ближе к массивному столу, невесть как попавшему в эту комнатушку. Я не представляла, как мы будем выкручиваться – тут даже на окнах сетка! – У тебя редкая аура, – продолжал Амир. – Высокая сопротивляемость к воздействию. Я удивился, когда ты не среагировала на мои позывы в первую встречу, но позже понял, в чём дело. – Ещё слово, урод, и я выверну тебя так, что твоя аура окажется у тебя же в заднице, – низко пророкотал Дэн. Его голос уже мало походил на человеческий. – Я же говорил, животное. Валерия, ты бы… – Лерчик, под стол! – рявкнул Дэн. Дважды меня просить не пришлось. Перепрыгивала я, уже зажмурившись. Вспышки света ударили по глазам, что-то разбилось, рык Дэна, чей-то крик. Показалось, кто-то притащил огромную коробку фейерверка и поджёг фитиль прямо в кабинете. Раздался грохот. Я свернулась калачиком и закрыла голову руками. В ушах звенело так, будто я находилась внутри гигантского колокола, по которому стучат сотней кувалд. Не представляю, что там происходит, но, надеюсь, Дэн готов к такой драке и не пострадает. Кожу обожгло раскалённым воздухом, а сверху на стол, под которым я пряталась, посыпались какие-то мелкие щепки и осколки. Господи, хоть бы «Салатик» не рухнул нам на головы… – Иди сюда, – слабо различила я слова из-за звона в ушах. Кто именно говорит, не поняла. Приоткрыв глаза, я почти сразу сощурилась. Всё в дыму, по потолку стелется огонь… Господи, это плохо! Они устроили пожар! Комнату затягивал чёрный дым. Что произошло? Когда с трудом разлепила глаза, то поняла, что стол опрокинут. Надо мной склонился Амир и тянул ко мне руку. – Нет! – я попыталась отползти. – Лапы убрал! На демона прямо из пламени прыгнул Дэн. Не знаю, когда он успел обратиться. В этот раз неготовым оказался Амир. Оборотень повалил его на пол и с размаху ударил по лицу кулаком. Клянусь, я услышала, как хрустнули кости. Будь Амир человеком, уверена, это были бы последние мгновения его жизни. Вырвав руку, Дэн замахнулся второй раз, затем третий. Я отвернулась, испугавшись, а потом услышала смех. И хохотал Амир, причём так, что голос звучал отовсюду сразу. Отражался от стен эхом, вгрызался в нервы и заставлял мышцы подрагивать. Дэн ударил ещё раз, но в этот миг тело демона распалось клубами тёмно-красного дыма. Дэн остался сидеть на полу один, закашлявшись то ли от пожара, то ли из-за распылившегося Амира. Смех никуда не делся, продолжая давить на психику. Звучал всё громче и громче. – Дэн! – крикнула я, пытаясь перекричать хохот. – Дэн! Надо бежать! Оборотень не слышал меня. Он кашлял и пробовал закрыть уши, но это не помогало. – Дэн! Осознав, что он меня не слышит, подползла и схватила за руку, потом указала на выход. Оборотень сгрёб меня в охапку, будто я была маленьким ребёнком, и прыгнул, но не к двери, а к окну, тому, что с сеткой. Вынес её плечом, будто она не металлическая, а сделана из бумаги и, кувыркнувшись, накрыл меня собой. Ударом сердца позже грянул взрыв. Снова зазвенело стекло, где-то на улице орали сигналки машин, пыль смешалась с дымом. – Дэн, что там было? – меня трясло. – Господи, ты живой? Не ранен? – Путём, – хрипнул он. – Спина чутка щиплет. Сзади что-то с грохотом рухнуло, но сейчас мне было наплевать. Свежая футболка, которую Дэн надел перед обедом с его папой, висела клочьями. Спина в крови, из неё торчали осколки стекла, кажется. Было видно отметины, будто от хлыста или чего-то вроде того. – Дэн… надо в больницу. Ты сможешь перенестись? – Угу… – буркнул он, цепляясь так, будто боялся, что меня собирались вырвать из его рук. – Ты цела? – Да, – я обхватила лицо ладонями, заставила посмотреть на себя. – Не вздумай умирать! Понял?! – Лады, – ухмыльнулся он, – если поцелуешь. Боже мой, как он может думать о таком?! – Только если ты не умрёшь! – Не бойся, малышка. Устал просто, ну и потрепало. Хорошо всё будет. Будешь рядом? Покивала. Меня успокоили его слова, но в глазах расплывалось. Зажмурившись, я поцеловала Дэна, осторожно, но он тут же перехватил инициативу, отнял дыхание и на миг вырвал из кошмарного боевика. В этот раз поцелуй имел вкус крови, поэтому я быстро отстранилась. – Ты перенесёшься? – Да, сейчас, – он оглянулся. Я тоже посмотрела на «Салатик» и невольно прижала ладонь к губам. Наша маленькая и уютная кафешка была пристройкой зданию и, насколько я поняла по словам Романа, не особо законная, но нас пока не сносили. А теперь… Груда камней. От него осталась только груда камней… Со стороны улицы были слышны крики, наверняка зеваки собрались. Мы пока оставались вне поля видимости. Что там с Амиром и его дружками? Снова сбежали? – Эй, малышка, смотри на меня, – Дэн повернул моё лицо за подбородок. – Ничего страшного. – Но… Он… твоё кафе, Дэн, – мне стало так жалко, что в глазах опять защипало. – Ничего. Построим новое. Лучше. Хочешь? Я тряхнула головой. Блин, я совсем не соображаю уже. – Потом, – я осторожно обняла его. – Надо в больницу. Сперва лечим тебя. – Маленькая моя, – он слабо улыбнулся. – Со мной порядок. Хоть и храбрился, а я видела, что тигр чуть не мурлыкает оттого, что я пытаюсь позаботиться. С улицы послышались сирены. Потеревшись о мою щеку своей, как кошка, Дэн вздохнул и мир растянулся, унося нас прочь.