Глава 48. Вместе навсегда

Сердце забилось быстрее. – Не против, но… – почувствовала, как краснею. – Страшновато. Может, мне напиться? Дэн усмехнулся и провёл пальцами по моей щеке: – Не нужно. Всё будет хорошо. Обещаю. Я доверчиво вложила в его руку ладонь, и мы поднялись. Уверена, многие заметили, но никто не подал виду. Арс и вовсе объявил конкурс танцев, ибо все «засиделись». Только Алина, отвлекаясь от разговора с Марком и сыновьями, улыбнулась и ободряюще кивнула, а потом Марк плавно повернул жену к себе за подбородок и поцеловал. В этом движении столько нежности, страсти и, главное, любви, что даже мой страх немного отступил. У нас будет так же? Нет. У нас иначе, по-своему. Дэн порывистый, любит риск, но сколько же в нём жизни. В него стреляли, а он сразу после операции рвался домой и отказывался лежать. Он заражал своей жаждой жизни и требовал, чтобы все как можно скорее забыли о произошедшем. – Волнуешься после того, что было в прошлый раз? – спросил, когда мы зашли за палатку. – Очень, – призналась я, прижавшись к широкой груди и подняв голову. – Может, сначала просто, ну… полежим без… всего. – Забудь о сексе. Если хочешь, вообще не будем этим заниматься сегодня, – он погладил меня по спине. – Расслабься, малышка. – Правда? – мне стало полегче, и я доверчиво потёрлась щекой о его грудь. – А ты не обидишься? – Я, может, и животное, но твои чувства понимаю. Да и какая разница, да? Это нужно делать не когда припирает проклятье, обряды или ещё что, а когда чувства на грани. Как в тот вечер, помнишь? – Помню, – я смущённо улыбнулась, вспоминая горячий мёд, растекающийся внизу живота. – Но в дом свою жену я всё равно обязан внести на руках. Дэн подхватил меня и пространство растянулось. Мы оказались в его спальне в Мунисе. Я была здесь всего пару раз, пока он отлёживался после ранения. Хотя «отлёживался» – спорное слово. На широкой с пологом кровати лежало мохнатое покрывало, не знаю настоящая шкура или нет. Муж (непривычно-то как) усадил меня на кровать и присел, потянувшись к сандалиям, и осторожно распустил узелки. Я отчего-то смутилась, когда он накрыл мои ступни ладонями, согревая. Страшно, очень интимно и волнительно, – я запуталась в своих чувствах. – Почему ты не отказалась от ритуалов? – спросил он, мягко массируя мои ноги. – Амира нет. Тебе не обязательно безвозвратно привязывать себя ко мне. Нет, – он качнул головой. – Не вздумай заявить о том, что это якобы расплата за выстрелы, которые ты не контролировала. Я улыбнулась. Да, их всех уже достала эта тема, и Дэна больше всех. Отказывался слушать мои извинения и шутил, что извинений он ждёт только от Амира, потом желал ему оказаться в каком-нибудь демонском аду и надеялся, что ему там… в общем, будет больно. Оборотни жили настоящим, к этому мне ещё нужно привыкнуть. – А если я уже? – улыбнулась я. – И без ритуалов чувствую, что… люблю тебя? – Малышка… – Поэтому, – я погладила его по волосам, – я не боюсь. Они лишь усилят то, что я и так чувствую. Дэн поднялся, расправляя широченные плечи. Лунный свет, проникающий в комнату, подчеркнул рельеф его тела, и я невольно сглотнула. Мерцающие жёлтые глаза, которые так пугали в первое время, теперь… волновали. Он смотрел как хищник, но в этом взгляде смешались нежность, восхищение, желание. Я чувствовала себя очень маленькой. Он шагнул вперёд и поставил колено на кровать рядом с моим бедром. Улыбнувшись, я отползла назад. Дэн ответил ухмылкой и придвинулся, двигаясь гибко и по-кошачьи грациозно. Эта игривая погоня закончилась, когда мы доползли до подушек. Отчего-то я снова смутилась и спросила: – Хочешь помассировать мне плечи? – Какая интересная просьба, – ухмыльнулся он. – Раздевайся и ложись на живот. – Это был вопрос, но ладно, – придерживая лиф платья, я расстегнула его сзади и, спустив лямки, легла. – Просто массаж, да? – То, о чём ты просишь, – мурлыкнул он, наклонившись к моему уху и осторожно убирая волосы со спины. Я, конечно, знала, что удачно вышла замуж, но то, что Дэн умел делать руками, заставило желать выйти за него ещё пару раз точно. В тумбочке у кровати нашлось какое-то масло, по случайному (или не очень) стечению обстоятельств, пахнущему мятой. Кожу приятно морозило, так что горячие пальцы Дэна ощущались особенно ярко. Сперва он занялся плечами, разогрел и расслабил уставшие мышцы. Затем прошёлся по спине вдоль позвоночника. Как-то хитро прищипывая кожу, он прокатывал её к рёбрам. Растирал, гладил, мял. Я настолько расслабилась, что начала постанывать от удовольствия. – Дэ–э–э–эн. У меня даже мурашки по коже побежали. Я вообще не представляю, существует что-то приятнее этого. – Рад, что тебе нравится, – шепнул он и, наклонившись, поцеловал шею. – Но ты бросила мне вызов. Теперь я хочу показать тебе нечто новое. Я испугалась, но, прежде чем успела обернуться, горячее дыхание раскатилось по коже сладкими мурашками. Он стал гладить иначе, касаясь так, чтобы удержаться на грани приятного и щекотного. Целовал шею, время от времени прихватывая зубами. Я прогнулась в спине и запрокинула голову. Стало страшно и сладко. – Дэн? – всхлипнула и позвала я одновременно. – Да, малышка? – его ладонь тем временем скользила по бедру, задирая платье, не забывая поглаживать и массировать. Плавно перетекала с внешней стороны к внутренней. Я повернула голову, и он тут же впился в губы поцелуем. С удивлением отметила, что он очень часто дышит, как после пробежки. – Почему ты так дрожишь? – Не скажу. – Почему? Скажи. – Потому что моя человечность на грани потери самоконтроля. Забыв о стеснении, я перевернулась на спину. Заглянула в янтарные глаза и погладила от его плеча по груди к животу. – Значит, всё же не сдержишься? – Что ты делаешь? – этот вопрос я прочла уже по губам. – Касаюсь тебя… – бархатистая кожа пресса почти обжигала. На нём вообще жира нет? – Не нравится? Он положил ладонь на мой затылок и притянул, целуя. Я будто расплавилась в его руках, как шоколад. Неожиданно Дэн и сам выдохнул с рычащим стоном, а я поняла, что сжала его талию ногами. – Не боишься, что я навсегда заберу твою душу? – Ты же оборотень, а не демон, – я повторила за Дэном, прикусила кожу у него на шее. – Беспокоиться мне надо только за своё тело. Так? Вместо ответа у Дэна получилось рычание, совершенно нечеловеческое. Сперва он впился в мои губы, вжимая в подушки. Сердце грохотало в висках, но я расслышала треск ткани, а потом моё платье улетело в темноту за пределами кровати. Я осталась в одном белье. Том, которое мы с Алиной выбирали с особым вниманием. По её словам, «у Дэна снесёт не только башку, но и вообще всё». – Не знаю, нравятся ли тебе чулки и пояс… – начала я. Дэн не стал слушать. Наклонившись ко мне, он схватил зубами одну из лент у правой косточки и потянул, распуская узел. Нетерпеливо обжёг кожу языком, отчего я выгнулась в пояснице от неожиданности. Его ладонь легла на мою грудь и уложила на подушки. В животе нетерпеливо тянуло. Его губы занялись моей кожей, спускались ниже. Зубы схватили вторую ленту, раздевая меня, будто подарок. Щёки горели. Я долго отказывалась от этого белья, а теперь, видя то, как он с ним расправляется, чувствовала, как в животе разгорается пожар. Одновременно страшно оттого, что сейчас будет, и хочется. Нестерпимо хочется узнать и почувствовать, потому что своё тело я уже не контролировала. – Дэн, – я испугалась и попыталась отползти, но вырвать у тигра добычу было невозможно. Это волновало ещё больше. Я замерла, испытывая коктейль из страха, стыда и невероятного наслаждения. Дэн мягко сжал бедро, отводя его в сторону и, не позволяя мне свести колени, склонился ниже. Попыталась сесть, но он придавил меня ладонью, а после я забыла о том, кто я и где нахожусь. Меня будто вытряхнули из тела и бросили ванну жидкого удовольствия, которое коснулось абсолютно всех нервов. Комната кружилась. Стыд возводил ощущения на пик. В животе собралась тугая пружина, напряжение которой тащило меня к каким-то незнакомым чувствам. Пружина сжалась до предела, а после выстрелила множеством электрических разрядов, расслабились мышцы, о существовании которых я и не подозревала. Хотелось смеяться, плакать. А ещё было страшно… попросить ещё. Пока я приходила в себя, Дэн снова навис надо мной и облизнулся. Я думала, скажет что-то, но он склонился, прикусывая шею, а после приподнял мои бёдра. – Пожалуйста, – выдохнула я, сжав его предплечье. Сама не знала, о чём прошу. Он склонился ко мне, не моргая, и наши губы замерли на расстоянии вдоха. О мои щёки, наверно, можно обжечься. Он поймал меня и не отпустит, да и я хочу, чтобы так было всегда. Я почувствовала новую волну нарастающего жара и не понимала, откуда это. Будто бы мои ощущения смешались с чужими. Дэна? Он моргнул, а когда открыл глаза, я увидела призрачную полосатую маску на его лице. Осмыслить не успела, Дэн плавно качнул бёдрами и накрыл мои губы поцелуем, глотая стон. Я сжалась и зажмурилась. Дэн не двигался, дожидаясь, когда я привыкну. Боль понемногу отступала, и я стала ощущать иное. Чувство наполненности сметало стыд, страхи и внушало, что лучше, чем сейчас, когда мы так близко, мне уже не будет ни с кем и никогда. Будто две разорванные нити, его проклятье и моя потерявшая самостоятельность душа, сплелись и замкнулись друг на друге будто последний фрагмент пазла. – Малышка… я так тебя люблю. – И я тебя, – жар внутри нарастал, и я нетерпеливо двинула бёдрами, жмурясь оттого, насколько приятно это оказалось. – Хотела похвалить тебя как массажиста, но не стану. Отныне тебе запрещено массировать кого-то ещё. Дэн усмехнулся. – Значит тебе предстоит терпеть на себе все мои умения, – он плавно качнул тазом, а я вскрикнула, теперь от удовольствия. – Вот так, малышка. Да. Я притянула его за шею и поцеловала. Дэн понял моё желание, будто умел читать мысли. Глубокий поцелуй, от которого всегда кружилась голова, плавно нарастающий темп. Мои оголённые нервы, которым уже показали пик удовольствия, требовали повторения и сладко ныли. Руки Дэна были везде. Я даже не пыталась сдерживать крики, отчасти потому, что мой муж не скрывал своего наслаждения. Он и правда животное, которому плевать. Дэн стирал мою скромность, зажатость и прочее. Древние как мир инстинкты обостряли чувства, никакой сдержанности. Кажется, теперь я понимаю своего мужа немного лучше. Наслаждение пришло ударом молнии. Я выгнулась, забывая, как дышать. От макушки до сжатых пальцев на ногах. Кажется, от этого можно потерять сознание. Я чувствовала, что меня будто выстирали и аккуратно разложили, укрыв одеялком. Оглушённая новым чувством, я могла только моргать и улыбаться. Ноги подрагивали. Дэн сходил в ванну, набрал тёплой воны и отнёс меня туда на руках. Спрашивал, как я себя чувствую. – Счастливой, – искренне улыбнулась. – Мы правда навсегда? Он коснулся моего лба своим. – Дольше.