Глава 14. Раш

Ну и видок у нее был, когда я прервал поцелуй!

Оторваться от нее оказалось самым трудным испытанием, которое до сих пор выпадало на мою долю. Но нам необходимо было все обсудить. Кроме того, не могло быть и речи о том, чтобы трахнуть ее в собственном кабинете. Но я находился в опасной близости от этого шага. Еще несколько секунд – и ничто в мире не могло бы меня остановить.

– Что ты собираешься мне сказать? – произнесла она, хватая ртом воздух.

Мой член еще был твердым, как скала, но я нашел в себе силы начать разговор.

– Если бы ты заткнулась на две секунды раньше, то убедилась бы, что ошибаешься насчет того, что я собирался сказать сегодня вечером.

Глубокий вдох…

– Я не желаю только тра… – поскольку дело было важное, я исправился, – не желаю всего лишь спать с тобой.

Выдохнув, я выдавил из себя и остальные слова.

– Думаю, нам надо… посмотреть, как пойдут дела.

У нее дрогнул подбородок.

– К чему это ты клонишь?

– Когда ты вошла в мой кабинет, вся расфуфыренная, как какая-нибудь Бетти Буп, я как раз размышлял о нас, вернее, о моих чувствах к тебе. Но тут понимать нечего, кроме того, что я их отрицал. Я не могу ничего обещать тебе, Джиа. Не могу гарантировать, что я все с треском не обломаю. Но… я хочу попытаться.

Ее глаза распахнулись от искреннего удивления.

– Ты хочешь большего, чем просто секс?

Я кивнул.

– Ну да.

Подойдя поближе и обхватив руками ее щеки, я стер остатки помады с губ.

– И тебе не нужно все это дерьмо на лице. Ты и без него чертовски красива. Клянусь, в следующий раз я сцелую с тебя всю эту помаду.

– Это вызов? – На щеках Джиа заалел румянец. – Итак… что нам теперь делать? Куда нам дальше?

Идея встреч была чужда мне. Не помню, когда в последний раз я водил женщину на настоящее свидание. Чем медленней продвигалось дело с Джией, тем меньше было шансов, что я все испорчу. Это означало, что на время надо было во что бы то ни стало не оставаться с ней наедине.

– Завтра вечером у тебя выходной, так ведь?

– Ага.

– Заеду за тобой.

– Приглашаешь меня на свидание? – Эта девчонка ухмыльнулась.

От этой мысли сердце стало биться сильнее.

– Видишь ли, я не особо в курсе, как надо вести себя на свиданиях. Тысячу лет никого на них не приглашал. Но да… приглашаю тебя. Выведу в свет.

– Приглашаю тебя. Выведу в свет. Звучит очень похоже на «пойдем со мной на свидание», – поддразнила меня Джиа.

Я закатил было глаза, но потом примирительно улыбнулся.

– Ок. Пусть это будет свидание.

* * *

Что такое со мной сегодня творится?

Кинув третью за пять минут рубашку в угол, я замер в замешательстве. Можно подумать, никогда в жизни не ходил на свидание с женщиной.

Не привыкший наряжаться, я наконец напялил темно-серую рубашку и темные джинсы.

По правде говоря, я прекрасно знал, что правильная рубашка не спасет меня сегодня вечером от срыва. Ясно как день, что не смогу держать под контролем реакцию своего тела на Джию. Конечно, я хотел узнать ее лучше, общаться с ней. Но я хотел трахнуть ее сильнее, чем дышать, и боялся, что в ту минуту, когда мы коснемся друг друга, у меня снесет крышу и я сорвусь. Я просто знал это.

Я заказал столик в шикарном морском ресторане в получасе езды отсюда. Подумал, что чем больше мы будем находиться в машине, тем меньше шансов у меня все испортить на первом же «свидании».

Когда солнце только-только начало клониться к закату, я подъехал к пляжному домику.

Позвонил в дверь и, покрываясь потом, стал ждать, когда мне ответят. Вспомнив, что Джиа до сих пор не знала, кто владелец этого паршивого домишки, ухмыльнулся.

Когда Джиа открыла, она выглядела так, что мне захотелось вместо ужина полакомиться ею, причем на этом самом месте. Это лишний раз напомнило, насколько мне хреново. На ней было желтое струящееся платье с глубоким вырезом. Чертовски сексуальное, но ничуть не развратное. Джиа распустила волосы, обхватив их по линии лба блестящей лентой. В ее облике было что-то от Клеопатры. Естественная красота Джии в этот раз не была испорчена тоннами косметики. Я был рад, что она прислушалась к моему совету.

– Выглядишь неплохо. – Я улыбнулся.

– Ты тоже ничего, – ответила плутовка.

Не зная, что делать со своими руками, я засунул их в карманы. Каждое движение давалось мне с трудом. Я как будто забыл, как надо вести себя с девушкой. Теперь, когда мы вроде обо всем договорились и я мог беспрепятственно прикасаться к ней, я вдруг стал до чертиков бояться, что буду действовать слишком поспешно и все испорчу.

Когда мы уже подходили к «Мустангу», она спросила:

– Куда мы отправляемся?

– Ты когда-нибудь слышала о поместье «Океанский берег»?

– Конечно. Это место – просто сумасшедшая мечта.

– Тогда постарайся вести себя прилично. Постарайся сегодня вечером воздержаться от дебошей.

Устроившись поудобней, Джиа глубоко вздохнула:

– Скучала по поездкам в твоей машине.

Я тоже, черт побери!

Скрестив подтянутые загорелые ноги, Джиа показала их во всей красе в огромном разрезе почти до бедра, который, как оказалось, был на платье.

Черт! Черт! Черт! За время, проведенное в машине, я надеялся удержаться от глупостей.

Пошарив в кармане в поисках сигарет, я понял, что их там нет. Надежды, что я выживу полчаса в машине без курева рядом с этими ногами, не было никакой.

Перед выездом на хайвей я резко затормозил перед «7–11».

– Что ты делаешь?

– Надо купить сигареты. Забыл рюкзак дома.

Сказал – и быстро выскочил из машины, чтобы не слышать ее причитаний по поводу того, что я все еще курю. Сегодня не время для споров.

– Пачку «Мальборо», – сказал я кассиру.

Когда он протянул мне сигареты, я полез в карман и обнаружил, что забыл дома бумажник.

Вот дерьмо!

Увлекшись, как маленький щенок, своим гардеробом, я забыл о самой важной вещи.

Прислонившись к прилавку и тяжело вздохнув, я подтолкнул пачку обратно к кассиру.

– Прости, брат! Забыл бумажник дома.

Джиа, конечно, заметила выражение моего лица, когда я вернулся к машине.

– Что случилось?

Включив зажигание, я вздохнул.

– Возвращаемся. Я забыл бумажник дома. Мы просто остановимся у дома, и я за ним сбегаю.

Она дотронулась до моего бедра, отчего член тут же проснулся.

– Не говори глупостей, я могу заплатить.

Ни за какие блага мира я не позволил бы Джии сделать это, даже если потом вернул бы ей деньги. Более унизительного зрелища, чем девушка, которая открывает кошелек и платит за тебя в ресторане, трудно представить.

– Ну уж нет. Поедем обратно.

Всю дорогу до дома я пытался представить ее реакцию, ведь Джиа никогда не видела, где я живу.

Как и ожидалось, ее глаза при виде этой груды руин вылезли из орбит.

– О боже! Это твой дом? Он прекрасен!

Хотя я не разбрасывал деньги направо и налево, как мой отец и братец, единственная вещь, на которую я позволил себе потратить унаследованное состояние, был офигительный дом в невероятно красивом месте.

Два уровня, огромные окна и вид на океан – это была действительно классная берлога. И располагалась она на небольшом частном участке пляжа – именно там, где мне больше всего нравилось.

Я как раз собирался выскочить из машины, когда Джиа спросила:

– Не возражаешь, если я зайду с тобой? Хочется посмотреть, как все выглядит внутри.

Меня ничуть не удивило, что ей захотелось посмотреть интерьер. Конечно, я с самого начала должен был быть джентльменом и пригласить ее. Просто я не доверял самому себе, поэтому не мог оставаться с Джией наедине. Но что мне сейчас оставалось делать? После того, как она сама попросила об этом. Оставить ее в машине?

– Ах да, конечно.

Зайдя внутрь, Джиа огляделась, воспринимая современный минималистский стиль моего дома. Мебель большей частью была черная или серая. Стены основного пространства выкрашены в белый цвет и увешаны картинами моей матери.

Я специально попросил написать разные вариации лунной ночи над океаном.

Джиа, казалось, всем существом впитывала их в себя.

– Раш… это такое место… такое…

– Благодарю.

Ей не потребовалось много времени, чтобы заметить картины. Она направилась прямо к той, что изображала полнолуние.

– Это работы твоей матери?

Я следовал за ней по пятам.

– Да.

– Они прекрасны, – сказала моя девочка, легонько проводя пальцем по холсту. – У тебя пунктик насчет Луны?

– Она мне нравится, да. Она всегда здесь, со мной, и у нее тоже есть темная сторона, как и у меня. Вот я и попросил маму нарисовать разные изображения Луны над ночным океаном.

Я чувствовал, как колесики вращаются в голове Джии, как будто она силилась понять, почему я так привязан к Луне. Может, пыталась провести параллели между ночным светилом и моей жаждой надежности, или любви, или еще какого-то дерьма.

– Ну, мне определенно кажется, что Луна подходит тебе больше, чем Солнце.

Тут я вскинул бровь.

– Потому что я лунатик?

– Ага, конечно. А еще тьма, таинственные вибрации.

Джиа продолжала бродить по дому, не обращая внимания на мое настойчивое желание побыстрей убраться.

– Не возражаешь, если я поднимусь на второй этаж?

Похоже, я и не собирался избежать этой участи, а отчасти и вовсе хотел показать ей как можно больше, как будто привыкал к присутствию Джии в доме.

Вместо ответа я подтолкнул ее локтем и повел за собой вверх по лестнице.

Джиа провальсировала по спальне и распахнула дверь, ведущую на крышу.

Последние лучи солнца освещали волнующийся океан. Джиа замерла, наслаждаясь вечерним воздухом и пейзажем. Эта восхитительная девушка с развевающимися волосами, не отрываясь, глядела на воду.

Довольно долго мы простояли молча, прислушиваясь к шуму волн, а потом она вдруг заговорила:

– Если бы я жила здесь, клянусь, никогда бы отсюда не уехала.

В моем извращенном воображении мгновенно промелькнул образ Джии в наручниках, прикованных к кровати.

Не можешь приказать своим мыслям заткнуться?

Когда она зачем-то повернулась, я не удержался и выпалил:

– Знаешь, а ты настоящая красотка!

– Держу пари, что ты говоришь это всем девушкам, которых доводишь до своего балкона.

Я старался не водить женщин к себе домой. Обычно приходил к ним сам. В дом они попадали чрезвычайно редко, только тогда, когда этого невозможно было избежать. И я никогда не пускал их в эту спальню с балконом, использовал для «развлечений» гостевую комнату на первом этаже.

– Ты первая девушка, стоящая на нем.

Джиа нахмурила лоб.

– Ты серьезно?

– Ага. Парень я необщительный. Никогда не приводил сюда женщин. Здесь… наверху… это как бы мое святилище.

– Тогда как же ты позволил мне сюда вторгнуться?

– Дьявол его знает. Думаю… я доверяю тебе… или что-то в этом роде.

– Что-то в этом роде? – Она удивленно подняла брови.

– Что-то, чего я не могу понять. Схожу с ума по тебе. С той самой секунды, как в первый раз увидел. Ты что-то такое сдвинула во мне, что я не могу сдержать.

– Ну так… не сдерживай.

Я подошел поближе и заправил прядь волос за ее ушко.

– Похоже, как будто я хочу защитить тебя и одновременно развратить. Ужасно.

– Вовсе нет. Это мило.

– Если бы ты заглянула прямо сейчас в мои мысли, то не думала бы, что это мило.

– Думаю, у меня есть смутное представление.

Мне так сильно захотелось поцеловать ее, но вместо этого я посмотрел на телефон.

– Нам надо идти.

– Ты заказал столик?

– Ага. Мы потеряем бронь.

Джиа помедлила, а потом произнесла:

– Ты не возражаешь, если мы зависнем здесь? Нет настроения идти в ресторан. У меня чувство, будто я уже полжизни провела в ресторане. Мне бы хотелось посидеть на этой террасе с бокалом вина. Может, закажем что-нибудь навынос?

Джиа выразила ровно то, о чем я и мечтал, если бы до такой степени не боялся остаться с ней наедине.

Не услышав ответа, она сказала:

– Но если ты не хочешь…

– Нет. Все в порядке, – выпалил я, – можем остаться здесь.

Вечер становился все более сложным для меня.