Глава 5

Проснулась я рано в пустой постели. Солнце уже вовсю освещало окна, настырно заглядывая сквозь полузадёрнутые шторы.

По шуму воды я догадалась, что Дарий находится в ванной. Соскочила с кровати, прошмыгнула в гардеробную и быстро натянула на себя платье. Потихоньку стараясь не шуметь, я пробралась в гостиную, приоткрыла стеклянную дверь и выскользнула на балкон. Влажный утренний воздух заставил меня поёжиться от холода. Я прошлёпала босыми ногами к краю балкона и посмотрела вниз. До земли как мне показалось не очень далеко, максимум этажа два или три.

«Если привязать к перилам верёвку, то я наверняка смогла бы спуститься здесь», — подумала я и улыбнулась.

Эта мысль мне понравилась и казалась единственным решением. План побега постепенно начал формироваться у меня в голове. Нужно только дождаться, когда кенталеонец оставит меня одну.

Вдруг совершенно неоткуда, как будто материализовавшись из воздуха, передо мной возникли два летающих робота. По форме они смутно напоминали паука с овальным основанием и множеством длинных сегментарных щупалец. В центре этого странного механизма загорелись красные огоньки, словно два зловещих глаза и роботы тут же приняли угрожающую позицию. Они стали издавать жуткие щёлкающие звуки, от которых моя голова была готова расколоться на части от внезапно накатившего приступа боли.

Я машинально схватилась за голову и попятилась назад, но тут же наткнулась на кенталеонца. Он стоял в дверном проеме и вид у него был злой и недовольный. Он схватил меня за шкирку и втолкнул обратно.

Когда я оказалась в комнате головная боль тут же испарилась.

— Что это было? — спросила я.

— Охотники, — сухо ответил он. — Я поставил их вчера, на случай если ты захочешь сбежать.

— И на кого они охотятся?

— На беглецов. Их орудия заряжены снотворным и очень прочной сетью. Они выслеживают и ловят в неё непокорных беглянок и возвращают их хозяевам.

— Значит, я не могу выйти из этой комнаты? И даже на балкон? — возмутилась я.

— Ну почему же. Ты можешь выходить на балкон, только не подходи слишком близко к краю, и они не тронут тебя.

— Ты же говорил, что я не пленница. Тогда почему я не могу выйти из комнаты? Я бы хотела прогуляться. Я не могу сидеть здесь взаперти!

Дарий подошёл ближе и взял меня рукой за подбородок.

— Мири, ты не выйдешь из этой комнаты до тех пор, пока полностью не станешь моей. — Он погладил пальцем мою нижнюю губу, и в его глазах вспыхнуло пламя страсти.

— Но почему?

— Ох, Мири-Мири, ты задаёшь слишком много вопросов.

— Я имею права знать то, что касается меня, — не унималась я.

Дарий прищурился. В его глазах мелькнуло удивление, но тут же исчезло.

— Я не хочу, чтобы другие кенталеонцы подумали, что ты свободна. Мири, у моей расы другие законы, по которым мы вступаем в брак. Когда мы с тобой будем близки, на твоём теле навсегда останется мой запах, по которому другие кенталеонцы поймут, что ты принадлежишь мне, и не будут претендовать на тебя. В твоём организме находятся МОЙ ЛИЧНЫЙ ЯД и теперь только я смогу оплодотворить тебя. Но другим об этом пока неизвестно. Я не хочу, чтобы они смотрели на тебя, как на доступную самку. Чем дольше ты будешь находиться без моей защиты, тем большей опасности подвергаешься. Я решил дать тебе немного времени, чтобы привыкнуть, но я не намерен ждать слишком долго. — Дарий притянул меня к себе и коснулся губ нежным долгим поцелуем. — У меня есть важные дела в Старом городе, вернусь только к вечеру.

— Дарий, — окликнула я, когда он уже направился к двери. — Ты можешь узнать кто забрал мою подругу и где она. Её зовут Изабелла.

— Мири, у меня вряд ли будет время заниматься этой ерундой, — строго ответил он. — Я не интересуюсь, куда мои подданные увозят своих самок.

— Пожалуйста, Дарий. Это очень важно для меня, — на глазах заблестели слезы, но я изо всех сил пыталась сдерживать их. — Я не хочу быть в этом мире совсем одна.

— Ты не одна, Мири. У тебя есть я.

— Это совсем другое, — опустила взгляд.

— Я подумаю, — бросил кенталеонец, выходя из комнаты.

Я опустилась в кресло и слезы, которые я так усердно сдерживала, брызнули из глаз. Чёртов кенталеонец, он рушит все мои планы, отрезает все пути к побегу. Чувствую, что мне ни за что отсюда не выбраться пока он не добьётся своего.

Мысли в голове путались, и я уже не могла отличить, какая из них здравая, а какая безумная.

«Может, стоит попытаться? Но эти роботы наверняка меня поймают, — мысли в голове метались в хаотичном беспорядке. — Что же мне делать?»

Решение пришло, само собой.

В комнату вошли две служанки, держа в руках подносы с едой. Одна из них была артадонкой, а другая по виду была гуманоидом, но очень сильно напоминала ящерицу. У неё была плотная чешуйчатая кожа тёмно-зелёного цвета и большие жёлтые глаза. А голова была абсолютно безволосая покрытая такой же плотной чешуёй.

Служанки молча прошли в комнату и начали сервировать стол. Охраны за дверью я не заметила. Времени на раздумья не было. Была, не была! Я встала с кресла и рванула к двери.

— Госпожа, вам нельзя покидать комнату! — закричала мне в след артадонка, но мне было плевать.

Я хотела поскорее вырваться из этой клетки неважно куда и неважно как. Наверное, я поступила глупо? Наверное. Но в тот момент меня затопило отчаяние. Такое жуткое, что захотелось взвыть и бежать сломя голову, не думая о последствиях.

Не успела я сделать несколько шагов за дверью как в моей голове, словно взорвалась атомная бомба. Я упала на пол. В глазах двоилось, в ушах звенело, а я беспомощно лежала на полу, скорчившись от невыносимой боли.

В воздухе надо мной зависла пара охотников. Они кружили вокруг меня словно коршуны над своей добычей. Один из них принял угрожающую позу и выпустил из своих орудий огромную сеть, которая полностью накрыла моё тело. После этого я сразу потеряла сознание.

Очнулась я уже в комнате лёжа на кровати. Не знаю, сколько времени я была в отключке, но в комнате уже было темно. Встала с кровати и включила ночник на тумбочке. В дальнем углу комнаты загорелась пара зловещих красных глаз.

Вот же гад!

Охотник находился в комнате в спящем режиме, а когда я проснулась, он снова активировался.

«Наверное, дожидается своего хозяина. И как эта тварь умудрилась затащить меня в комнату? Ну да, конечно. Искусственный интеллект! Будь он проклят!»

Я потихоньку прошмыгнула в гардеробную и закрыла дверь на замок. Забралась с ногами на кресло и свернулась калачиком. Так и сидела, размышляя о том, что же теперь со мной будет, кода вернётся мой тюремщик. То, что ничего хорошего это точно.

Долго мне ждать не пришлось. Дарий вернулся примерно через полчаса.

Я прислушалась.

Он прошёлся по комнате, остановился, затем шаги направились в сторону гардеробной. Ручка на двери дернулась. Раз. Два. А затем он просто вышиб дверь ногой и вошёл внутрь.

Вид у Его Высочества был грозный и невероятно злой.

— Не лучшая идея запирать от меня дверь, — ледяной голос обжог мою кожу, словно меня с ног до головы окатили водой вперемешку со льдом.

Стрелой соскочила с кресла и метнулась прочь. Я смотрела на него огромными от страха глазами, прижимаясь к стене.

— Значит, ты всё-таки решила ослушаться меня? — Дарий снял рубашку, оголив твёрдую мускулистую грудь и ленивой походкой хищника начал приближаться ко мне. — Хотела сбежать от меня, м-м-м, Мири? Я был терпелив, но моё терпение закончилось, — он протянул руки мне за спину и уверенно начал расстёгивать молнию платья. — Я хочу тебя.

Его голос тягучий и тёмный, словно дикий мёд растекался по моим венам, заставляя тучи мурашек в панике разбегаться по телу.

Похоже, он был настроен решительно.

Глаза кенталеонца застилала пелена страсти дикого необузданного желания. Я испугалась не на шутку.

Дарий начал стягивать с меня платье, медленно оголяя плечи, а затем резко рванул его вниз. Паника дикой волной окатила меня с ног до головы и я с силой толкнула его в грудь, вырываясь из плена. Не теряя времени, быстро выбежала из гардеробной.

Бежать было некуда на дверях электронный замок с его личным кодом, на балконе маячил охотник.

Чёрт!

Всё мне конец!

Залезла на кровать и прижала к груди подушку, словно она могла спасти меня от него.

— Мне уже до чёртиков надоело сюсюкаться с тобой. Ты — моя! И я буду делать с тобой всё, что захочу! Прямо сейчас!

С низким рычанием Дарий бросился ко мне. С силой вырвал из рук подушку, которая оказалась не очень надёжным щитом, и крепко схватив меня за ноги, вытянул на кровати.

Неожиданно в его руках возник какой-то пояс или верёвка (в панике я не разобрала), одним концом которого он ловко обмотал мои руки, а другой конец привязал к спинке кровати.

В комнате царил полумрак, лишь тусклый свет двух ночников отбрасывал на кровать мягкое сияние. Вся эта обстановочка выглядела чересчур интимной. Полуголый кенталеонец и я, лежащая на кровати, связанная и беспомощная в одних трусиках и короткой маечке. Зашибись!

Я дёрнулась, до боли натянув прочные путы, и с ужасом посмотрела в его глаза.

Дарий склонился надо мной. Глаза сверкают. Губы изогнулись в хищной ухмылке.

— Зачем ты привязал меня? Что ты собираешься делать?

— Я привязал тебя только для того, что не хочу гоняться за тобой по всей комнате, — ответил он. — И да, я собираюсь сделать тебя, наконец, своей.

Сильные руки одним резким движением разорвали на мне маечку и отбросили в сторону. Тёмные глаза нагло бесцеремонно заскользили по изгибам желанного тела. Его губы приблизились к моему лицу, легко, словно крылья бабочки коснулись кончика носа, затем спустились к щеке, а потом с глухим рыком Дарий впились в мои губы жадно, требовательно, беспощадно.

Чувствовала себя совершенно беспомощно растянутая перед ним, словно жертва на языческом алтаре. Я боялась даже дышать прижатая к кровати его огромным телом. У меня не было ни единого шанса на спасение.

Кенталеонец плотнее прижал меня к себе. Одна его рука крепко держала за талию, а другая — обхватила грудь и слегка сжала. Соски тут же напряглись, реагируя на его прикосновения.

Дарий склонил голову, чтобы втянуть в рот розовый бутон. При первом же прикосновении к груди его влажного горячего рта по телу прокатилась волна необыкновенной дрожи. Она зародилась где-то в груди, пробежалась по всему телу и сосредоточилась внизу… между ног.

Из моего горла вырвался еле слышный, почти беззвучный стон. Тело напряглось, превращаясь в натянутую струну. Сердце в груди отбивало бешеный ритм, и казалось, что оно вот-вот вырвется наружу.

Его руки продолжали исследовать моё тело, нежно поглаживая каждый изгиб. А затем к рукам присоединились губы, прокладывая дорожку из поцелуев там, где уже побывали его руки.

Я не думала, что всё будет происходить именно так. Мои представления об этой близости были совсем иными. Я рисовала в своей голове страшного монстра, насильника и извращенца, который воспользуется моей слабостью, когда ему захочется. Но прикосновения кенталеонца на удивление не были грубыми и не причиняли боль, а совсем наоборот — дарили наслаждение и бурю совершенно диких эмоций, захлестнувших меня с головой. Я не могла даже и предположить, что кенталеонец окажется искусным соблазнителем, нежным и одновременно страстным любовником.

Дарий нетерпеливо стянул с меня кружевные трусики, и они тут же приземлились рядом с разорванной майкой. А потом он начал целовать мой живот, одновременно поглаживая руками бёдра. Медленно… мучительно медленно. Его губы спускались всё ниже и ниже к шелковистому треугольнику. Сильные руки властно раздвинули ноги, открывая для него моё самое уязвимое место.

Я запаниковала и дернулась в своих прочных путах.

— Дарий, нет! Отпусти меня, — взмолилась я. — Я не хочу…

— Расслабься, девочка моя. Тебе понравиться.

Из его рта появился длинный раздвоенный язык и начал ласкать меня, заставляя выгибаться ему на встречу. А затем он скользнул внутрь, отчего я чуть не подпрыгнула, вскрикнув от неожиданности. Но сильные руки крепко держали меня за бёдра, прижимая к кровати и не давая пошевелиться. Этот неумолимый язык двигался и извивался внутри доводя меня до безумия. Моё тело начало содрогаться, когда его накрыло волной ослепительного удовольствия. Снова и снова, срывая с моих губ громкие стоны.

Дарий быстро снял с себя брюки и накрыл меня своим телом, расположившись между моих раздвинутых ног.

И тут меня охватил страх. Я чувствовала, как Дарий безумно хотел овладеть мной, и что самое страшное моё тело отчаянно требовало его внимания и ласки. Я хотела, чтобы он взял меня. Прямо сейчас. Желание было настолько сильным, что оно заглушало все остальные чувства.

Что это? Просто страсть или нечто большее. Что со мной происходит? Моим телом завладели непривычные для меня совершенно дикие желания. Безумная потребность спариться с доминирующим самцом, заявившим на меня свои права.

А потом на меня накатило озарение. Это всё он. Он делает это со мной. Вытягивает самые примитивные чувства из глубин моего подсознания. Играет моим разумом, словно с игрушкой.

Меня охватило отвращение — к себе. Я ненавидела себя за слабость, за предательство своего тела, за то, что не могу найти в себе силы дать отпор кенталеонцу. Эти чувства словно призраки пронеслись по моему утратившему самообладание разуму и тут же исчезли. Мне стало на всё плевать. Что со мной будет и каких последствий стоит ждать от этого соития. Я хотела его. Я жаждала его прикосновений, его поцелуев.

Дарий припал к моим губам, с глухим стоном, не разрывая контакта, словно сжалившись, он развязал пояс, связывающий мои руки. А потом начал растирать и поглаживать затёкшие запястья.

Я упёрлась в него руками в защитном жесте. Моё тело решило предпринять последнюю попытку спастись бегством. Но не тут-то было. Дарий, похоже, догадался о моих намерениях и крепко сжал мои запястья в своих руках, прижимая к кровати по обе стороны от моей головы.

— Даже не думай, — предупредил он. — Ты вся в моей власти. Моя…

В полутьме его глаза полыхнули синим пламенем. Удивительное и завораживающее зрелище, заставившее меня ещё раз задуматься, кто же этот кенталеонец на самом деле? Но эти мысли тут же испарились, когда его рука накрыла моё лоно, поглаживая влажные складочки, заставляя задыхаться от новых ощущений.

— Дарий, я никогда… у меня… у меня никогда…, — от волнения я забыла, как нужно связно говорить.

— Я знаю, — прошептал он прямо мне в губы и продолжил целовать. — Доверься мне.

Его поцелуй был страстным, напористым, властным, но через минуту, словно одумавшись, стал более мягким и нежным. Настойчиво разомкнул мои губы и углубил поцелуй. Наши языки сплелись в причудливом танце и поцелуй превратился в неистовый.

Я обвила его шею руками и притянула ближе. Нерешительно коснулась пальчиками его сильных плеч, погладили гладкую кожу. Легко и несмело прикоснулась губами к впадинке на его шее, немного задержалась, вдыхая аромат его кожи. Она пахла какими-то неведомыми абсолютно нереальными духами или это был его собственный запах. Он нравился мне. Он возбуждал.

Мои робкие невинные прикосновения возбудили кенталеонца до предела. Внутри него проснулся демон. Дикое желание затуманило его разум, кенталеонец с глухим рыком рванул на себя мои бёдра, крепко удерживая их руками так, чтобы я не смогла вырваться.

Вскрикнула от ужасной боли, пронзившей моё тело, и уткнулась лицом в его широкую грудь, чтобы не разрыдаться.

Дарий замер на мгновение, давая моему телу возможность привыкнуть к его вторжению. А потом он начал двигаться, проникая всё глубже мощными уверенными толчками, от которых у меня перехватило дыхание.

Даже сама не поняла, как я начала стонать, выгибаясь навстречу его телу. Почувствовав свою полную власть надо мной, его движения ускорились, пока нас обоих не разорвала изнутри ослепительная вспышка.

Я лежала обнажённая на гладких атласных простынях в его сильных объятиях, тихо, едва дыша, прислушиваясь к стуку его сердца в груди.

Боялась даже пошевелиться. Всё никак не могла поверить в то, что сейчас произошло.

Дарий погладил меня по голове, рассеянно перебирая пальцами шелковистые пряди. Потом он склонился и начал покрывать поцелуями моё лицо, постепенно перемещаясь к шее, а затем нежно прикусил мочку уха.

Я задрожала от удовольствия.

Его руки начали вновь поглаживать моё тело, распаляя новый пожар. Влажный, немного шершавый язык ласкал розовые соски, которые тут же напряглись, покоряясь его ласке. Горячее дыхание обжигало кожу. Я почувствовала, как его член вновь отвердел, вжимаясь в мой пах.

— Дарий, — тихо прошептала я.

Мой голос дрожал. Неуверенный. Смущённый.

— Мири-и. Такая вкусная, такая сладкая самочка. Мне кажется, что я никогда не смогу насытиться тобой, — его голос был хриплым от страсти.

А потом он снова взял меня и брал, снова и снова, пока я не ослабела на столько, что уже стала сомневаться, что когда-нибудь смогу подняться с кровати.

Мы уснули в объятиях друг друга, когда за окном уже поднималась заря.