Глава 37

Надя сидела в кафе и ждала Машу. Та позвонила полчаса назад и взволнованно попросила её о встрече. Сказала, что им надо срочно поговорить. Надежда оставила дочь дома с Николаем, правда, тот работал, торопясь сдать фотопроект, но Саша клятвенно заверила, что не будет мешать папе. Она уселась возле его ног, вырезала из книжки животных, комментируя свои действия и по ходу придумывая истории про собак и кошек. Папа, соглашаясь со всем, только кивал.

Пока Надя ждала Машу, позвонила Виктория. Той тоже почему-то не терпелось увидеть подругу и тоже поговорить. Надя пояснила — уже ждёт в кафе Марию, на что Вика, как та освободится, попросила позвонить ей. Как только Надя после разговора с Викой положила трубку, в кафе появилась Маша. Она поискала глазами Надю, махнула ей рукой, быстро подошла.

— Привет, — села напротив, предложенное официантом меню смотреть отказалась, придвинулась к Наде, чуть наклонилась над столом, — мне надо кое-что тебе рассказать, — сказала тише, сделала паузу, — я слышала, как сын твоего мужа с кем-то разговаривал по телефону.

— И? — Наде совсем не понравился бледный вид родственницы. Наверняка, не была у врача, а ведь недавно обсуждали необходимость этого.

— Всё ужасно, — выдохнула Маша.

— Во-первых, успокойся, для начала выпей воды, — сказала Надя и придвинула ей стакан, — во-вторых, где ты видела Вилли и о чём таком ужасном он говорил?

— В нашей библиотеке. Он пришёл туда, когда моего мужа не было дома, — стала, нервничая, пояснять Маша, — поэтому внук остался якобы его ждать. Но он вовсе не ждал.

— Почему ты так решила?

— Потому что он отправил Степановну заваривать ему чай и приготовить печенье, о котором не имеет представления.

— Да? Ну, может, ему и, правда, захотелось чаю и выпечки Елены Степановны? — предположила Надя.

— Нет же, — Маша дёрнулась, — это был всего лишь предлог, он хотел остаться в библиотеке один.

— Интересно, зачем? — вслух подумала Надя.

— Он там что-то искал, — Маша залпом выпила воду, перевела дух. — И по телефону тоже об этом говорил, — добавила она.

— Вспомни точнее, что ты слышала из его разговора, — попросила Надежда.

— Он сказал, что ничего не нашёл, — Маша стала напрягать память, чтобы произвести дословно услышанное, — что найти не так просто, поэтому, наверное, придётся играть в открытую. Потом что-то ещё про сотни тысяч долларов.

— И у тебя это вызвало подозрение? — засомневалась Надя. — Почему? — она отпила принесённый кофе.

— Ты не знаешь самого главного, — Маша опять обернулась, — всё это время Вилли говорил на английском, и несколько раз прозвучало «grandpa». Но что конкретно говорил о нём, я не разобрала.

— Получается, что он всё-таки говорил именно о твоём муже — своём деде, потому что другого «grandpa» у Вилли нет, родители его матери погибли, — сделала вывод Надя.

— Да, — глаза Маши лихорадочно заблестели, — и ещё один странный момент: Вилли в последнее время стал вести себя не так как раньше, — добавила она.

— А точнее?

— Понимаешь, он со мной стал вежливым, сегодня — со Степановной, улыбался, извинялся.

— А вот это точно странно, — отозвалась Надежда, — дома он не церемонится, довольно груб со мной, несколько раз обидел Сашу, я уже не стала жаловаться Коле, чтобы не огорчать его, но больше я Сашку ему в обиду не дам. Мне не нравится воспитание и взгляды этого мальчика.

— Мне тоже, — согласилась Маша, — недавно он меня даже испугал — так бесшумно вошёл в комнату. А теперь ещё и разговор о тайниках в доме. Он будто что-то искал у нас. Надюш, мне страшно, правда. Когда я тебе позвонила, Вилли был ещё в библиотеке. Я тихо вышла из дома, он ничего не заметил. У меня язык не поворачивается назвать его «Володей». Володя — мой муж, но они как небо и земля.

— Так, постарайся всё же успокоиться, Машенька, — Надя коснулась руки племянницы, — тебе нечего бояться. Возможно, Вилли, правда, обсуждал по телефону что-то, касающееся Владимира Григорьевича. Но мы не знаем, в чём там дело. В панику впадать рано, тем более, его бояться. Возвращайся домой, будь спокойна, держись уверенно. Но!

— Но? — Маша встрепенулась.

— Будь всё же на чеку, понаблюдай за парнем, ничем себя не выдавая.

— Может, обо всём рассказать Володе?

— Боюсь, что муж тебе не поверит, — выдала мысль Надя, — я успела это заметить, он души не чает во внуке.

— Да, ты права, — вздохнула Маша.

— Не бойся, моя девочка, просто держи меня в курсе всех, даже самых незначительных событий, касающихся Вилли. Я всё время на связи с тобой.

— Хорошо, Надюша, я поняла, — Маша почувствовала облегчение. Надя всегда умела успокоить.

— Ты обещала мне пойти к врачу, — напомнила Надежда, — не была ведь?

— Нет, не была, — призналась Маша.

— Головные боли всё также мучают? И спишь плохо?

Она закивала.

— Маш, ну что мне с тобой делать? Тебе надо обследоваться, ты же понимаешь. Обещай, что в ближайшие дни пойдёшь к врачу.

— На той неделе пойду, точно.