Глава 99

— Надюш, я постою у иконы Богородицы? — сказала Виктория.

— Крёстная, я с тобой, ладно? — попросилась Саша.

— Дочь, ты будешь мешать крёстной, — возразила Надя.

— Мешать не будет, всё хорошо, — уверила её Виктория. — Мы с Сашей тихонько постоим, и каждая подумает и попросит о своём, да?

— Да, — кивнула девочка, взяла крёстную за руку и встала рядом. Надя отошла в сторону. Николай и Вадим отправились смотреть архитектуру монастыря.

На них произвели колоссальное впечатление фрески и мозаичные росписи на стенах монастыря, трапезной. А многочисленные переходы между ними запечатлели не только жизнь обители, но и историю христианства, сцены из Ветхого и Нового Заветов.

— Смотри, — сказал Николай, — каждый образ выложен цветной мозаикой так, что на расстоянии пары метров кажется — он выполнен кистью художника, а не маленькими каменными осколками.

— Невероятно, правда, здорово! — подтвердил Вадим, он, то приближался к мозаичным полотнам, то отходил. — Вика ещё вчера весь вечер говорила об этом месте, я как-то скептически отнёсся к поездке, но сегодня понял, что мне здесь очень нравится. В обители дух особый, что ли?

— Дух, намоленная атмосфера, — пояснил Николай, — мне в таких местах очень спокойно, я ощущаю особую тишину, не пустоту, а тишину внутри себя. Прекращается внутренний диалог. Ты будто замираешь и чувствуешь себя, того, настоящего.

— Надо же, мы с тобой никогда не обсуждали подобные темы, — удивился Вадим.

— Наверное, пришло время, чтобы обсудить, — улыбнулся Николай.

За разговором они дошли до музея во внутреннем дворе.

— Пойдём в музей? — предложил Николай. Вадим с готовностью кивнул.

Тем временем Виктория стояла у иконы Богородицы, левой рукой сжимала ладошку крестницы, правой крестилась. Она не обращала ни на кого внимания, так была сосредоточена. А чуткая Саша не мешала. Она просто смотрела. В какой-то момент девочка вдруг заметила, что покров на иконе стал приподниматься — совсем немножко, но он точно двинулся вверх. Потом застыл.

— Вика, — тихо позвала Саша, — посмотри…

Виктория подняла глаза и тоже увидела, что покров чуть приподнят. В таком положении он продержался ещё несколько секунд, затем опустился и занял своё обычное место.

— Ох, — выдохнула Виктория. — Ты мой ангел, это из-за тебя произошло чудо, — они стояли у покрова как вкопанные и смотрели-смотрели, не в силах отвести взгляд. Но теперь покров был уже неподвижен. — Мне что-то не хорошо. Сашенька, давай пойдём на воздух? — попросила Виктория. Она переволновалась, ноги почему-то стали ватными и лоб покрылся испариной. Девочка кивнула.

Они вышли из храма и увидели открытую калитку в сад.

— Думаю, нам разрешат немножко посидеть в саду, — предположила Вика. Они сели на ближайшую скамью под развесистым деревом, тень от которого не просто защищала от солнца, а создавала облегчающую прохладу.

— Нравится тут у нас? — неожиданно за спиной раздался вопрос на ломаном, но понятном английском языке. Виктория вздрогнула, обернулась. Старенький худой монах в потёртой рясе стоял возле дерева и приветливо улыбался.

— Простите, наверное, здесь нельзя находиться? — всполошилась Вика.

— Конечно, можно, отдыхайте, — он сделал знак рукой. — Как зовут вашу девочку?

— Александра, — ответила Вика. — Она моя крестница.

— Добрая девочка, светлая, — он погладил Сашу по волосам. Достал из кармана крохотный деревянный крестик, протянул его Саше.

— Спасибо, — она положила подарок на ладошку и стала внимательно рассматривать. — Крёстная, можно я погуляю по саду? — обратилась к Вике, потом перевела взгляд на старичка.

— Можно? — уточнила у него Виктория, он быстро закивал головой. — А как к вам обращаться? — спросила после того, как Саша вприпрыжку поскакала по саду.

— Отец Спиридон, — отозвался монах. — Я садовник, присматриваю за монастырским садом.

— Ах, вот оно что, — поняла Вика.

— Вижу, вам не терпится задать мне вопросы, — он опять улыбнулся. Смотрел так, будто уже знал все ответы. Взгляд проникающий и одновременно отеческий.

— Да, — Вика смутилась, — мне и, правда, надо кое-что узнать у вас, отец Спиридон, — она помедлила. — Почему в саду так пахнет водкой? — выдала первое, что было на уме.

— Дело в том, что я добавляю в опрыскиватель Зиванию — водку, — сел на скамью рядом.

— Зачем? — удивилась Вика.

— Чтобы отогнать мошек, которые портят цветы на деревьях, — застенчиво объяснил он, — мошки — Божьи твари, убивать их нельзя, а от водки они захмелеют и не помешают деревьям цвести в полную силу.

— Как это хорошо придумано, отец Спиридон, — засмеялась Виктория.

— И, правда, Бог надоумил, — закивал монах.

— Мы, когда с Александрой были в храме и стояли возле иконы, видели, как на ней совсем чуть-чуть приподнялся покров, отец Спиридон, — Вика решила, что надо рассказать об этом.

— Да, такое бывает. Редко, но бывает. Значит, Матушка решила особым образом вас отметить, — спокойно отозвался он. Добрые чуть прищуренные тёмные глаза смотрели внимательно.

— И вы так спокойно об этом говорите? — поразилась Виктория.

— «Чудеса, возбуждая удивление, мало содействуют святой жизни» — сказал преподобный Иоанн Кассиан, — процитировал отец Спиридон, — если дано, значит, так угодно. А причины нам искать незачем. Молились у иконы? От души молились, вот и пришло.

— Но, батюшка Спиридон, я молилась совсем о другом, — пояснила Виктория. — Мы после этой обители планируем заехать ещё в монастырь Троодитиссы, там есть пояс, который надевают женщинам, мечтающим о детях. Я тоже мечтаю о ребёнке, хотя мы с мужем уже думаем взять из детского дома, меня не оставляет надежда иметь своего ребёнка.

— Что же, желание иметь детей похвально, — согласился отец Спиридон, — только… — он сделал паузу, — поезжайте в монастырь Троодитиссы, но не за тем, чтобы просить, а чтобы поблагодарить, — сказал он и поднялся со своего места.

— Поблагодарить? — переспросила Вика. Она то и дело переспрашивала, боясь, что не до конца понимает английский язык кипрского монаха.

— Поблагодарить, — подтвердил он. — То, что так долго ждёте, в вас уже есть. Маленькое живое чудо в чреве. Будущей зимой у вас родится девочка, — сказал он и бесшумно ушёл в глубину сада. Опешившая Виктория ни посмела не переспросить, не задержать монаха. Через минуту прибежала Саша и преподнесла ей цветок, который нашла под одним из деревьев, рвать она не посмела. Девочка села рядом с крёстной и мягко прижалась к её плечу.

— Вот вы где, я вас уже потеряла, — появилась Надя, бегая по территории монастыря, она даже запыхалась.

— Мама, а мне дедушка крестик подарил, — Саша показала подарок матери.

— Какой красивый, — восхитилась Надя, — а что за дедушка?

— Отец Спиридон, — ответила за Сашу Виктория, она сидела задумчивая. — Он садовник в монастыре. Но, кажется, не только, ещё и провидец.

— Почему ты так решила? — Надя села рядом с ними на скамью.

— Он сказал, что в моём чреве уже ребёнок, что зимой родится дочка… — Виктория посмотрела на подругу, — Надя, это значит, что я…

— Это значит, что ты беременна, Вика! — Надя чуть не закричала от радости. — Ты же раньше скрупулёзно следила за своим циклом. А сейчас?

— В последние три месяца я перестала считать, следить, я уже смирилась… Надя, неужели я беременна?

— А вот зайдём в городе в аптеку и проверим.

Вечером все пять тестов, которые Вадим купил в аптеке, показали положительный результат.